- Тогда, быть может, нам стоит вернуться в столицу? Похоже, это самое лучшее место, среди всех увиденных нами земель.
Безумное предложение Анастасии портило все планы Лидиана. Особенно тот факт, что Инна, судя по её взгляду, довольно благодушно приняла это предложение. За ним идти готов был Вилен. В нём, пожалуй, мог бы найтись нужный потенциал. Но он надеялся на красавицу Инну. А потому он покажет свою козырную карту. А после решит, как избавиться от Анастасии, которая, увы, знает слишком много.
- Я считал, что наша главная цель – вернуться домой.
Тонкий расчёт – поманить самым желаемым. Да, здесь интересно, настолько, насколько может быть интересно человеку двадцать первого века без водопровода и электричества. Так милостиво розданное королевой серебро позволит им всем не нуждаться до скончания времён. Но дом, родные, привычный уклад жизни. Всё это так желанно и любимо.
- Отсюда нет пути назад!
Яростный оклик Анастасии не мог склонить чашу весов на её сторону. Будь хоть малая надежда на возвращение, те, кто не знают истинной расстановки сил, будут рваться вперёд. Именно так, как и необходимо Лидиану. И проигрыш Анастасии в этой битве очевиден. Аккуратно взяв Инну за запястье, обозначая свою победу, Лидиан прямо взглянул в глаза своей компаньонке. И увиденное в них ему совершенно не понравилось. Последний жест яростная валькирия явно посчитала лишним.
Яростной волчицей, защищающей свой выводок, Настя бросилась на Лидиана, желая сомкнуть пальцы на его белом горле. Быть может, даже свернуть шею этому павлину. Но очередная нелепость, вызвавшая изумление даже у Лидиана, не позволила Насте осуществить свои планы. Когда да блондинчика оставалось буквально несколько шагов, Анастасия запнулась за одну из рассохшихся деревяшек сколоченного пола. Потеряв равновесие, девушка, по инерции, сделав несколько шагов, вывалилась в окно, разбивая стекло.
Проигнорировав отошедшего в сторону Лидиана, Вилен и Инна перегнулись через подоконник, встревоженные сдавленным воем боли. Цепенея от открывшегося им зрелища, друзья с ужасом смотрели на изрезанное лицо и горло своей совсем недавно красивой подруги. Анастасия придерживала плечо, видное сквозь изрезанную ткань рукава. Кожа и мышцы пропороты. Но ни Вилен, ни Инна не обладали достаточными знаниями, чтобы сказать наверняка, сколь серьёзна рана. На взгляд обывателя, уродливые порезы на лице представлялись более страшным зрелищем.
- Есть здесь поблизости врач?
Испуганная Инна, в мгновение ока растолкавшая задремавшего хозяина лачуги, прохрипела ему свой вопрос, едва управляясь с собственным голосом.
- В городе есть лекари. Но до рассвета они закрыты.
- У нас нет времени ждать до рассвета. Спасибо за гостеприимство.
Снисходительно наблюдая за поднявшейся суетой, Лидиан сел на своё место. Анастасия получила наказание за свой гнев. И он надеялся, что она не доживёт до утра.
- Я найду вас в городе поутру.
Юноша и девушка даже не обратили на него внимания, выбегая на улицу. Было страшно даже поднять изрезанное тело, а как-то его надо было доставить в город. И ядовитые слова англичанина трогали их сейчас меньше всего. Лишь отголоском мыли в голове Инны забилось, что лучше бы Лидиану их не находить.
2. Дар жизни
Подслеповато щуря уставшие глаза на солнечный свет, Инна откинулась на резную спинку куцой кровати. Уже два дня, как они с Виленом стучались в раскалённые дневным жаром кованные двери города. Три - что удивляет её сейчас, когда бешеная гонка за минутами замедлилась - стражницы, немолодые женщины, махнув на них рукой, пустили в город, и указали, где искать ближайшего лекаря.
В ночной час, когда жара спала, они нашли того, что в ночи охотится у горячих вод источника, что окружает город. Уставшее сознание Инны сначала спутало его с кентавром, но статный и жилистый мужчина оказался лишь умелым всадником и охотником, у самой глади воды подстреливающим редкую для такой горячей воды рыбёху, выпрыгивающую их воды.
Этот столь разносторонний человек оказался прославленным в городе лекарем, давшим им приют на дни лечения Анастасии. Но и его умений было мало, чтобы спасти её красоту и руку. Анастасия, тяжело переживающая потерю, была подавлена и отказывалась говорить с друзьями. Наверное, ей было стыдно за так дурно закончившуюся вспышку гнева. Она порывалась всё делать сама, не позволяя помогать ей. Единственный раз, когда она просила помощи – был тот день, когда Лидиан, направленный сюда стражницами, пришёл за своими товарищами. Но лекаря не пришлось долго уговаривать солгать незваному гостю. Лидиан откровенно ему не понравился, а потому был послан дальше, по заверению в смерти девушки и в том, что остальные пошли дальше.