- Ну что же, спрашивай, что хотел, - сказал он, не отрываясь от приготовления сигары.
Первое что пришло в голову Вадигу - узнать о брате. Это единственное, что его волновало в данный момент. На остальных из их группы ему уже было все равно.
- Что с моим братом, да и с группой в целом? - спросил он неуверенно.
- Ты как думаешь? Забудь о нем и о всех остальных, их уже нет в живых, ибо кто придет к нам с мечом, тот от меча и погибнет, - ответил мужчина слегка невнятно из-за того, что пытался закурить сигару, держа её в зубах и водя огнем немного ниже её кончика.
Эта новость не потрясла юношу, он осознавал, что за содеянное простая и легкая смерть - не самый ужасный исход.
- Что дальше? - спросил он полностью потухшим голосом, потому что за столько событий этого дня, все его эмоции уже давним давно иссякли. Теперь он просто чувствовал себя пустой куклой, роботом.
- Дальше, я хочу узнать о том, что ты вообще знаешь о всей этой безумной игре? - мужчина выпускал клубы дыма, и эмоция удовольствия проносилась по его лицу.
- В каком смысле? Вы о том, что я знаю о Даджале, в смысле о вас, о мире, о войне добра и зла? - он испытывал сильную неловкость, несмотря на то, что до этого считал сидящего возле него мужчину - врагом и форменным воплощением зла.
Сейчас он гость в доме хозяина, а в Исламе оскорбить хозяина дома, в котором ты гостишь - самое последнее дело.
- Первая ловушка — это мыслить категориями войны добра и зла. Я решительно уверяю тебя, никто ни с кем уже давно не воюет, это иллюзия. Добро и Зло, вне контекста человеческой души и тела не имеют вообще ничего общего с войной. Они лишь выполняют свою работу, So as I, - мужчина подмигнул юноше и показал на себя.
- Мир в полутонах, это правда, но вы ведь – Даджаль, или мы все ошиблись? Вы - зверь. Тот самый сын блудницы и самого Сатаны? - юноша собрал все свои силы и всю свою серьезность, чтобы сказать эти слова. Столь неловко ему было.
- Не смущайся, все правильно, говори прямо, никогда не юли, особенно когда это касается жизни и смерти. Да, я тот самый Д., с самой, что ни на есть, большой буквы – Д. В конце концов, я не собираюсь тебе лгать, мальчишка. Я здесь не для этого, ибо тысячу раз мы уже сидим здесь и тысячу раз ты задаешь этот вопрос. Каждый выполняет свою работу, моя задача отделить зерна от плевел, испытать абсолютно каждого и это не я решаю, так решает Бог, он и дает власть для исполнения его воли. Это не менее великая роль чем роль пророка Иссы. Он нес истину, начиная игру, моя задача нести обольщения и заканчивать игру. Тысячу раз я разрушал мир, и тысячу раз он возрождался, чтобы я снова разрушил его.
- То есть ты хочешь сказать, что не нужно бороться со злом, с Дьяволом?
- Ну вы боролись. Верно? А разве так борются со злом? Разве со злом борются вероломством, жестокостью и смертью? Разве стоит вообще с кем-то бороться, как и боятся Дьявола? Разве Дьявол наказывает праведников, разве человеку добра и истины, безгрешному и несущему лишь благодетели стоит его боятся? Я тебе более того скажу, я даже прикоснутся не смогу к нему, если на, то не будет воли самого Бога, как не пересечь мне порог этого дома если ОН этого не пожелает.
Юноша находился в абсолютном замешательстве и состоянии шока, все его истины, все что ему толковали, всё чему его учили, только что, на его глазах- враг человечества сровнял с землей, но это было еще пол беды, беда была в том, что он был абсолютно прав.
- Ты действительно веришь, что против Бога может быть какая-то война? Бог создал Дьявола, Бог создал меня и тебя. Неужели ты думаешь, что есть хоть малейшая крупица возможности восстать против него, без его же на то разрешения? Это всё игра, а мы лишь актеры. Каждый человек свободен, в рамках свободы, которую дает ему Бог. Мы лишь играем спектакль, все вместе, ибо не может быть шоу, когда актеры не за одно. Спектакль где каждый зритель выбирает, деградация и духовная смерть или продолжение в вечной жизни.
- Более того, истинно говорю тебе, это далеко не первый спектакль который происходит, и даже не десятый. Все эти обломки древних цивилизаций, это все остатки из прошлых игр, так и Астриум, далеко не первопроходец в этом сюжете, - продолжал мужчина выпуская клубы дыма, и они медленно растворялись в воздухе.
- Мы здесь сидим уже далеко не в первый раз, сынок. Он улыбнулся и подмигнул ему.
Мурашки снова побежали по спине Вадига, он сглотнул слюну.