- И что от меня нужно? – сказал он.
- Ты столь образованный, обученный лучшими Имамами, впечатлительный, а это самое важное – умение тонко воспринимать мир, я хочу, чтобы ты написал книгу, новую, удивительную, достойную короля перекрестков.
- Хорошо, я напишу книгу, - согласился юноша, - но потом ты отпустишь меня?
- Конечно, - улыбнулся мужчина, - ты же знаешь, с праведниками я всегда держу слово, - он пожал ему руку в знак заключения договора, а затем продолжил:
- Если что, это место всегда будет твоим домом, и мы всегда будем рады тебя принять.
Вадиг сначала принялся говорить о том, что его ждут родители и на родине ему комфортней, ведь это все-таки его земля, но потом он понял, что скажет ему мужчина.
Ведь разве родители, которые любят отдадут своего сына на погибель ради ложных истин? Разве так борются со злом? Как нельзя заключить мир с помощью меча, так нельзя бороться со злом с помощью зла.
Вадиг на какое-то время глубоко задумался, он сидел и вглядывался в прекрасный вид на ночной Астриум.
Мужчина молча курил сигару и так же наслаждался видом, ибо вид этого места, подобно виду океана, никогда не может надоесть.
- Но ведь, ты бы мог нести истину вместо лжи, быть таким же как Исса, - задумчиво прошептал юноша.
- Неужто думаешь, что Бог не предвидел такого варианта, и я могу пойти против его воли, как Исса мог бы пойти против воли своего отца - мужчина улыбнулся, видя смущение на лице Вадига, ибо тот осознал всю глупость своего вопроса.
- Мир находится в таком состоянии, когда уже никакая истинна не остановит его разрушения. Скажи я хоть триста истин, это уже ничего не изменит. Я подобно врачу вижу умирающего пациента на кровати, в момент, когда никакие лекарства не смогут ему помочь. Единственное, пожалуй, что я могу дать ему, человечеству - укол морфия чтобы то не испытывало лишних мук. Глупо считать, что мир создан чтобы жить вечно, как раз в его смертности заключается ценность его существования, жаль только, что мы находимся в отрезке его завершения. Тем не менее, смерть, как и осень, особенно прекрасна, такая уж природа всего живого в этом мире.
Они сидели в тишине, Вадиг осознавал истины которые были ему открыты человеком от которого меньше всего можно было этого ожидать. Картина мира, его понимание о человеческой жизни и о самом Боге перевернулась настолько что с этим было крайне трудно совладать. В конце концов Вадиг, хотя бы отчасти смог принять то что он узнал и понял.
- С чего мне стоит начать? - спросил он.
- С женщины, - ответил с улыбкой мужчина и посмотрел на изумленное лицо Вадига. - Ведь это крайне прискорбно, не находишь, Вадиг? То, что ты находишься на закате истории человечества, а так и не прикоснешься к женщине?
Щеки Вадига запылали настолько, что ему показалось что их красный цвет можно было увидеть во мраке в котором они сидели. Он попытался сменить тему, сказав:
- Я имел в виду слова, с каких слов мне стоит начать?
Мужчина все так же продолжал улыбаться, но на секунду выражение глубокой задумчивости пронеслось по его лицу.
- Начни со слов: “Истинно говорю вам: тот, над кем не властен порок, тот властен над всеми, кто ему поддается”. А теперь беги в кафе на восьмой улице, ты узнаешь его по ярко-оранжевой вывеске, как раз сейчас там ужинает та самая девушка которая тебе понравилась.
Юноша вскочил с места и пулей вылетел с лоджии...
***
Солнце уже давно было в зените, когда мужчина вошел в Капитолий. Как и вчера совет уже был на своих местах, мужчина молча сел на свое.
-Мы решительно отказываем вам в отставке, но осведомлены почему вы подали документ именно вчера. Мы ценим ваше самопожертвование и доблесть, прозорливость, и в некоем роде - гениальность.
Бывший раввин пристально посмотрел из-под очков-половинок на мужчину и продолжил:
- Сокрушив врагов государства, найдя союзников среди них же, вы еще раз доказали полную и безоговорочную компетентность в управлении Астриумом. Для нас большая честь работать с вами, наша преданность и верность к вам – безгранична, - закончил старик и зал разразился аплодисментами…
***
Юноша проснулся в мягкой кровати, когда солнце уже давно озаряло все вокруг. Возле него лежала та самая темноволосая девушка.