Сквозь тьму, что была гуще самой плотной вуали, слышались далекие звуки скрипки. Вадиг очнулся в мягкой кровати, в полутьме, лишь слабые отблески ночного города и лунного света пробивались в комнату сквозь занавески на огромных окнах.
Он не сразу понял, что происходит. Казалось, что произошедшие за сегодня события были всего лишь далеким сном.
Он осмотрелся. Комната была обставлена с безупречным вкусом и стилем. Мягкие ковры покрывали весь пол. Большая часть мебели была сделана из дерева каким-то невероятно искусным мастером.
Он медленно поднялся с кровати на ноги. Голова была все еще ватная и мысли, то и дело, путались. Он протер глаза и прислушался. Звуки скрипки не были какой-то чудесной галлюцинацией или последствием отключки. Они были настоящие и исходили из-за двери.
Он аккуратно пошел по мягким коврам и открыл двери. Перед его глазами открылся огромных размеров просторный каминный зал.
В кресле сидела необычайной красоты девушка, с тонкой точеной фигурой и азиатскими чертами лица. Она смотрела на мужчину, одетого в элегантного пошива смокинг, который стоял посреди зала и играл на скрипке невероятной красоты музыку.
Какое-то время Вадиг наблюдал эту картину, пока мужчина не заметил его и не остановился. Мурашки побежали по спине юноши: это был он, тот мужчина из храма.
Лилу обернулась, заметив, что её возлюбленный перестал играть и тоже увидев юношу.
- Прошу простить меня за обстоятельства при которых мне приходится вас знакомить, - сказал мужчина, аккуратно кладя на стол инструмент. - Это Вадиг, талантливый юноша из пустыни Ферак, Великого Исламского Государства.
Вадиг какое-то время стоял в дверях в замешательстве, но потом чувство такта подсказало ему выйти к хозяевам дома и пожать нежную руку Лилу, которая с невозмутимым видом выставила её вперед не вставая с кресла. - А это Лилу, царица Сиятельного Астриума.
- Прошу, присаживайся где тебе нравится, чувствуй себя как дома, - продолжил мужчина.
Он направился к барной стойке и достал пыльную бутылку вина из специального холодильника.
Вадиг никогда не видел таких холодильников, но, признаться, в тайную пробовал вино с друзьями. Они хранили украденные бутылки в тайном погребе, что вырыли и обложили камнем одним особенно жарким летом.
- Признаться, по нашим законам вы еще не совершеннолетний, - говорил мужчина по-отцовски снисходительно, - но в честь особенных событий, нам всем это необходимо.
Ловким движением он открыл бутылку и поднес горлышко к носу.
- Как раз то что нужно, сказал он вдыхая чудесный аромат вина двадцатилетней выдержки.
Через мгновение он раздал бокалы и поднял тост:
- За рождение нового начала! Все чокнулись и отпили вина. Прохладный фруктовый вкус наполнил рот Вадига. Он никогда еще не пробовал столь прекрасного напитка, кровь прилила к его щекам.
Вино взяло его сильнее чем думал. Голова уже не была ватной, но теперь слегка кружилась.
Он решительно не понимал, что происходит. Но раз игра выглядит именно так, нужно подстраивается под её правила.
В нем играли противоречивые чувства. Было страшно: он оказался практически в центре вражеского лагеря, то и дело порываясь спросить, что случилось с его братом и с другими ребятами. Но чувствовал, что это сейчас совершенно не уместно.
Он ощущал власть человека в этом зале, столь сильную что не мог даже пошевелить пальцем без его разрешения.
Одновременно с этим он чувствовал невероятное, практически мистическое спокойствие и безопасность.
Интуиция подсказывала, что боятся нечего, и что ему ничего не угрожает.
Какое-то время они молча наслаждались вином, после чего мужчина подошел к Лилу и прошептал ей что-то на ухо, а она посмотрела ему пристально в глаза и кивнула.
Мужчина попросил прощения и ушел. Лилу развернулась к Вадигу и обвела его хитрым взглядом с ног до головы. Вадиг почувствовал смущение и кровь еще сильнее прилила к щекам.
- Ну что же, раз нас опять бросили, придется мне с тобой поговорить, - кокетливо сказала Лилу.
- Я вижу, что тебе тревожно. Расскажи мне что случилось? - продолжила она, и в её взгляде возникло выражение сострадания и внимательности…
***