— Но ведь это я попросил тебя взять меня с собой.
— Наверное, не стоило мне соглашаться.
— Я рад, что побывал там, — сказал Сайхун. — После твоих волнующих рассказов ничто не может заменить непосредственного участия. Но знаешь, я понял, что тот мир не для меня. Мне не нравится пить; я не хочу курить опиум и не чувствую потребности нарушать обет безбрачия. И все-таки я не уверен: действительно ли эта суровая, аскетическая жизнь — лучшее из всего, что есть на земле?
— Я знаю, что внешний мир тебя не интересует. Ты лучше задумайся над тем, как он может повлиять на тебя. Скажем, по всей стране японцы захватили огромные территории Китая. Националисты под предводительством Чан Кайши отчаянно пытаются создать правительство в Чжунцзине, выбить из страны японцев, а заодно ударить в спину коммунистам. В другой части света Германия напала на Польшу. Весь мир скатывается к войне. Люди убивают друг друга, и никогда еще не использовались такие большие цифры, чтобы обозначить количество убитых.
— Два года назад я сражался во время японо-китайской войны. Так что я видел ужасы военного времени. Я бился, защищая свой народ.
184___________________Глава двадцать первая__________Ден Мин Дао
— Но зверства продолжаются.
— Ну и что мне делать? Присоединиться к Мао в Енани? Или встать под знамена военных правителей, как это сделал ты? Ведь я отшельник, а политика — штука недолгая.
— Что ты можешь возразить, если я скажу, что за всю твою жизнь в Китае не было ни одного мирного дня? А сейчас речь о том, что не только Китай, но и весь мир балансирует на краю пропасти. Посмотри: вся Европа в огнях сражений. Война может распространиться на Соединенные Штаты и даже, наверное, на Южную Америку. Пока весь мир будет превращаться в руины, ты останешься сидеть на своем коврике для медитаций.
— Даосизм — это философия сердца, — твердо ответил Сайхун, — его нельзя искоренить. Дао существует вечно, и даже разрушение всей планеты не отразится на нем. Я вижу своего учителя и вижу остальных учеников в классе. Я вижу, какого уровня они достигли, и это вызывает во мне стремление достичь того же. Я знаю, что никакая война, никакая беда не коснутся этих достижений, потому что каждое такое достижение — это внутренняя победа. У меня могут быть мои собственные сомнения, но политика — это не тот способ, с помощью которого от них можно избавиться.
— Значит, ты упорствуешь в своей вере?
— Да, — сказал Сайхун.
— Значит, мир может дойти до крайней черты, а ты и не подумаешь измениться?!
— Я чувствую, что благодаря моим суровым обетам я достигаю результата. Я не хочу быть таким же, как обыкновенные люди. Я хочу добиться чего-то большего, чего-то более великого. Эти люди внизу влачат убогое существование, сгибаясь под ударами неумолимого рока. Такая жизнь не для меня. Я хочу достигнуть совершенства.
— Я тоже верю в совершенство и дисциплину — иначе я никогда не зашел бы так далеко. Так что пусть тебя не отвлекает внешняя оболочка моей жизни. Женщины и азартные игры — это лишь небольшая ее часть. Я хочу совершить какой-нибудь великий, даже героический поступок. В конце концов, этому миру не наступит конец. Если бы ты не осознавал это, то вряд ли был бы так спокоен. Однако, чтобы навести порядок на этой деградирующей планете, потребуются действительно великие люди. И я хочу быть одним из них. Это потребует огромной дисциплины, смелости, ума и стремления к совершенству — даже в некотором смысле чистоты. Все перечисленные качества дает монашеская жизыь.
— Ты хочешь сказать, что мы равны? — воскликнул Сайхун, обрадовавшись такому сравнению.
— Я хочу обнадежить тебя, Маленькая Бабочка, чтобы ты настойчиво учился. Монашеская жизнь и светская — это лишь две грани одного меча. Они неразделимы; ни одна из них не может существовать без другой. И одну нельзя считать лучше другой. Но необходимо, чтобы каждый из нас понимал свою собственную судьбу. Мы можем добиться успеха, лишь следуя своим
; Хроники Дао Две бабочки________________________185
самым сокровенным предпочтениям. Я требую, чтобы ты настойчиво упражнялся в аскетизме. Правда, что при этом безжалостно отметаются физические и социальные потребности; но зато твой дух будет удовлетворен. Маленькая Бабочка, не позволяй разочарованию ставить тебе палки в колеса.
— О, Старший Брат, — с чувством в голосе произнес Сайхун, — ты так красноречив. Почему бы и тебе не принять монашеский обет?
— Возможно, я так и поступлю, — задумчиво откликнулся Бабочка, — когда закончу свои земные блуждания. Вот почему я должен путешествовать, чтобы собрать все впечатления. Учителя говорят: «Прежде чем стать отшельником, познай мир». Когда земная жизнь пресытит меня, я вернусь и останусь во имя добра.