Сайхун размышлял о том, может ли человек ощущать свою собственную судьбу и в состоянии ли он победить намерение, исходящее из высшего источника. Юноша сел и скрестил ноги. Спина автоматически выпрямилась, принимая положение, ставшее привычным за эти годы. Нейтральная темнота кельи сменилась ощущением приятного спокойствия. Внутренний диалог с самим собой уступил место взгляду внутрь. Внутренний взгляд перешел в созерцание. Постепенно его привязанность к событиям дня ослабевала. Созерцание сосредоточилось на мягком ритме приливов и отливов его дыхания. Он обратил внимание на эту пульсацию: показалось даже, что он слышит Шум движущейся крови, слышит, как энергия движется по нервам. Сайхун никак не управлял этим движением. Вскоре он погрузился еще глубже внутрь себя, и осознание проникло за пределы физических функций. То, что корни Духовности находятся в физическом теле, оказалось правдой. Можно было даже сказать, что тело и дух неразделимы. Духовность зарождалась там — среди мягких внутренних полостей, внутрителесной жидкости, вязкой крови,
Ж
196___________________Глава двадцать вторая__________Ден Мин Дао
изогнутых вен, зернистых костей и даже презренных продуктов жизнедеятельности.
Тут из глубины его подсознания возникло нечто, о чем когда-то давно говорил его старый учитель: «У совершенного человека чистое сердце. К такому человеку даже в болоте грязь не пристанет. Жестокие ураганы могут разрушить горы, сильные ветры способны взмутить четыре океана, — но совершенный этого не боится. Он парит сквозь облака, плывет над солнцем и луной, преодолевая рамки мира. Жизнь и смерть не могут разрушить его единство с миром. Его сердце принадлежит всему вокруг, но сам он не принадлежит ничему».
Последний проблеск памяти сознания растаял в ослепительном свете.
Глава двадцать третья
Испытание
01 днажды Великий Мастер призвал к себе всех своих учеников. — Я могу предложить вам испытание. Кто хочет?
— Я, Учитель! — поспешно крикнул Сайхун.
— Да, мне действительно необходимо поймать одного человека; но я совсем не уверен, что ты подходишь для этого.
— Боевое испытание — это даже лучше! — с энтузиазмом воскликнул Сайхун. — Кто он?
— Это некто, кого я уже прощал девять раз. Больше я прощать его не намерен. Меня на самом деле вынуждают к этому: правитель провинции самолично явился ко мне и пригрозил, что, если я не придумаю что-нибудь, он сравняет с землей все храмы Хуашань.
Тут Великий Мастер сделал паузу и посмотрел прямо в глаза Сайхуну.
— Его прозвали Пауком, Витающим В Небе. Недавно он ограбил государственный конвой с золотом, убив при этом многих охранников. Его навыки в акробатике почти сверхъестественны: ему ничего не стоит перенестись с одной крыши на другую и даже перепрыгнуть высокую стену. В бою он пользуется двумя кинжалами. Это боксер стиля Коготь Орла.
Сайхун тут же запомнил информацию, желая полностью уяснить суть дела.
— Кроме того, он гуляка не из последних,—продолжал Великий Мастер, — а еще мошенник, торговец наркотиками, член банды «Зеленый Круг». Вообще-то правитель разыскивает его потому, что этот развратник соблазнил его жену. Теперь разбойник гуляет в Пекине, где местные газеты еще больше поднимают его популярность. Не проходит недели, чтобы не появились новые сообщения о совершенных им преступлениях.
— Учитель, — уважительно произнес Сайхун, — почему столь низкий человек интересует вас?
Великий Мастер глубоко вздохнул, но тут же на его лице появилось выражение крайней решимости:
— Потому что я воспитывал его с самого детства. Это твой старший товарищ по учебе — Бабочка.
Сайхун сохранял торжественный вид.
— Ты уверен, что твои личные чувства не помешают тебе? — спросил его Великий Мастер. — Даже Гуань-гун позволял чувствам вмешиваться в обязанности.
— Нет, Учитель, — ответил Сайхун. — Он зашел слишком далеко, предал вас и всю нашу общину. Я не дам ему уйти.