Даосам удалось раскрыть потенциал человека. Они нашли, где сосредоточены людские силы и плодовитость. Они обнаружили способы трансформировать и направить эту жизнеспособность таким образом, дабы то, что было бессмертным всегда, — осколок духа, несущийся сквозь тысячелетия существования вселенной, — мог освободиться от своей физической оболочки. Сохранить физическое тело до того момента, когда бессмертная душа в целости и сохранности будет готова покинуть его, — вот в чем заключался смысл медитации Золотого Зародыша,
Он родился заново, познав рождение и созидание. Но жизнь без смерти ничего не стоит, и как раз в момент истинного познания жизни Сайхуну пришлось познать и смерть.
Стояла поздняя осень. Недавно прошло осеннее равноденствие. Три путника направлялись к Маошань, в провинцию Цзянсу. В горах монахи набрели на тихую, уединенную пещеру. Дважды в день, по утрам и вечерам, по горным ущельям и перевалам медленно катилась волна тумана. Словно атмосферный океан струился между скалами, закрывая от глаз происходившее внизу. Кроме трех монахов, других людей на этой одинокой вершине не было. Вокруг пели птицы, где-то неподалеку тихо журчал ручей, да легкий ветерок ласкал оголенные остовы деревьев. Сайхун взглянул на своих наставников: на лицах у стариков застыло выражение умиротворения.
— Скоро наступит час, — сказал Изящный Кувшин, — когда мы покинем ЭТОТ Мир.
дики Дао____________Золотой зародыш______________________293
р — Кто знает, сколько времени мы бродили по этой пыльной земле, — добавил Хрустальный Источник. — Жаль, что ее очарование настолько хруп-
— Пойди вниз, в город, и купи съестного, — продолжил между тем {{зящный Кувшин. — А потом приготовишь для нас погребальный костер.
., Почтительно поклонившись, Сайхун послушно направился в город. На душе у него было неспокойно. На Хуашань он видел, как другие мастера покидают свое тело; ему даже приходилось быть одним из учеников, собравшихся для того, чтобы почтить одно из наиболее выдающихся свершений, доступных даосу. Но ни разу это не был его мастер-учитель, так что Сайхун не испытывал при этом особых переживаний. Теперь же, столкнувшись с неизбежным уходом Изящного Кувшина и Хрустального Источника, он запаниковал.
Два старых монаха собрались умирать. Несмотря на то что за всю свою жизнь Сайхун научился воспринимать обыкновенную смерть как обыкновенное изменение, а духовную смерть — как вознесение в высшие сферы сознания, его вдруг охватило чувство одиночества. Они собирались покинуть его, предоставив ему самому идти дальше, лишая его своих наставлений, которые всегда давали ему полную уверенность в правильности любого дозволенного мастером действия. Он даже привык к мысли о появлении в его жизни новых мастеров — фактически, он никогда не был свободен от подобной структуры отношений — даже его мятежные выходки были непосредственно связаны с определенным авторитетом, против которого он пытался восстать. Что же он будет делать без них? — не на шутку задумался Сайхун. Может, вернуться в Хуашань? Или в оперную труппу? К Ван Цзыпину? Ни один из вариантов не нравился ему, но инстинктивно он чувствовал: как бы ни сложилась дальнейшая жизнь, он всегда останется верен пути духовности. Все остальное было преходящим и непостоянным. Даже потом, когда Сайхун рубил дрова и складывал погребальный костер, он размышлял о том, что все созданное руками человека неизбежно обречено на окончание.
Утро назначенного стариками дня выдалось холодным и туманным. Они Фдели в пещере и медитировали. Чувствуя приближение конца, Сайхун посмотрел на их фигуры в багровых отсветах костра. Изящный Кувшин, худой, но прямой, словно струна, выглядел более старым и морщинистым. В свете костра его тонкие седые волосы казались огненной шапкой,- зато глаза, как всегда, сверкали, словно прозрачные, загадочные алмазы. Хрустальный Источник смотрелся более по-земному. Он бесстрастно глядел куда-то сквозь вход в пещеру, сохраняя спокойный, даже героический облик. Сайхун снова поразился мысли, что буквально через несколько часов оба старика будут мертвы, и задумался, что они чувствуют, созерцая свое путешествие в непознанное.
— Мудрый знает, как послать свою душу в великую пустоту, — прошептал Изящный Кувшин. — Он уже видел высшие планы бытия. Поэтому, когда наступает время смерти, он твердо нацеливает свой разум в то место,
294___________________Глава двадцать седьмая_________Ден Мин Дао
где он хочет оказаться потом. Тогда после смерти его душа отправится именно туда.