Боец покинул пленников и вошел в шатер. Йен, понимая, что с ними могут сделать всё, что угодно, начал придумывать последние слова, но вдруг из шатра появился тот самый боец, который, поняв что дождь закончился, снял шлем и произнес:
— Выберите главного, его ждет маршал…
Лазутчики, не долго думая, указали пальцем на Йена, а один, ожидая, что за полезную информацию ему сохранят жизнь, выкрикнул:
— Берите этого! Он брат короля Загорья!
Охранявший его пикинер древком нанес удар по спине лазутчика, отчего тот упал лицом в грязь, а командир, оставив Йена одного, вдавил голову труса в грязь, и держал, пока тот не перестал двигаться и дышать.
— Больше всего мы не любим трусов. Прошу нас извинить…
Стражники прибились к Йену и провели его в шатер.
***
В шатре было сухо и тепло. В нем стоял стол, вокруг которого на резных стульях сидели одетые в доспехи мужчины разного возраста, говорящие на непонятном Йену языке. На огромном стуле, верхушка которого была украшена вырезанной из дерева эмблемой окольцованного солнца, сидел довольно поднаторевший мужчина, лицо которого было покрыто десятками глубоких и не очень шрамов.
— Кто вы? — спросил мужчина с небольшим акцентом.
— Я не собираюсь об этом говорить, пока не узнаю, кто такие вы.
— Хах, меня зовут Конрад Браун, я маршал Рассветного Ордена, домом которого являются Ороманские острова…
— Какие, мать его, острова? — не скрывая удивления высказал Йен.
— Острова к югу от Талшира, скрытые туманом…
Йен был глубоко ошарашен этой новостью — он был на самых южных берегах Эрифоса, и видел тот самый загадочный туман, но не представлял, что там может скрываться.
— Лорд Браун…
— Позвольте, я не лорд, я маршал!
— Маршал Браун, какая цель вашего вторжения? — поинтересовался Йен, ожидая получить от старого рыцаря ясный ответ.
— Вторжение? Вы о чем? Это всего лишь разведка, легкая прогулка…
— Вас тут не меньше двадцати тысяч, вы называете это разведкой?
— Не придирайтесь к словам, юный воин… Нас отправил магистр Ордена, дабы мы нашли пригодные для жизни места…
— Даже так? Тогда у меня к вам предложение… — игриво начал Йен, ожидая, что сможет подловить маршала на жадности.
— Какое? — не скрывая удивления и восхищения дерзким рыцарем ответил Конрад.
— Мой брат — король, король всех земель к северу от этой реки… Вы знаете, на сколько огромен этот материк… Весь материк занимает одно королевство — Эрнедон, армии которого и строят укрепления против вашего натиска. Мы можем вам помочь, уважаемый Маршал.
Конрад задумался — возможность заиметь сильного союзника в новой земле казалась ему более чем приятной, да и земли Загорья не смогли бы вместить и прокормить всех жителей Оромании. Приближенные маршала молчали, и он, ещё раз осмотрев их задумчивые лица, проговорил:
— Я от лица Рассветного Ордена выражаю свою согласие… Мы начнем штурм на закате следующего дня.
— Отлично, тогда можно послать птицу своему брату? — довольно произнес Йен, которому мгновенно развязали путы.
Комментарий к Глава 58. Рассвет на юге, тьма на севере.
Ребят, вы читаете главу, я понимаю. Но можно ли увидеть ваше мнение, рекомендации и похвалы. Я немного прошу, даже пары слов. Заранее спасибо.
Сейчас ухожу писать огромную главу, надеюсь за три-четыре дня управлюсь. Простите за ожидание.
========== Глава 59. Комедиант. История одной битвы. ==========
Йена, Хлата Муна и их отряда не было в лагере уже больше суток, что предоставляло Родрику пищу для не самых приятных размышлений. Он не мог падать духом, но даже вероятность того, что его брат погиб или попал в плен пугала его. Теперь, когда Родрик стал королем, ему нужно стать опорой для лордов, их оплотом силы и веры.
Дождь, продолжавшийся всю ночь, окончательно размыл дороги, но, как это обычно бывает в Загорье, этот дождь сменился на головокружительную жару. Порывистый ветер сменился на штиль, который, порой, прерывался на короткие, освежающие порывы летнего ветерка.
Роудс-Бридж лежал прямо перед ними. Укрепленный с двух сторон и охраняемый почти двадцатитысячным войском он казался более, чем неприступным. Осадные орудия стояли за частоколом, построенным вдоль всей линии обороны, а действиям панцирной конницы Родрика мешали вкопанные в землю заостренные бревна.
Патрули королевских сил ежечасно проходили вблизи от позиций Родрика, провоцирую их на начало битвы, но солдаты Загорья терпеливо ожидали и терпели насмешки. Родрик лично осматривал готовящиеся к бою войска и в уме набрасывал план боя, но четких действий в голове не складывалось — все сводилось к тому, что рано или поздно ему придется бросить в лобовую, сокрушительную атаку панцирную кавалерию Эрганов.
— Ваше Величество! — услышал Родрик голос Аэрона Дэмфэйра, на груди которого вновь красовался значок десницы.
— Я вас слушаю, лорд Дэмфэйр, — спокойно ответил Родрик, даже не посмотрев в сторону своего десницы.
— С южной стороны прилетела птица с прикрепленным к лапке письмом. Печать мне неизвестна, и поэтому я не стал её ломать, оставил письмо в вашем шатре.
Новость заинтриговала Родрика, он оставил Аэрона на позициях, а сам направился к своему шатру, стоявшему довольно близко к границе лагеря. Лучшие стражники сопровождали его, хотя Родрик считал это лишним, но осознание своего королевского титула заставляло его следовать хоть каким-то королевским правилам.
Двое охранявших шатер гвардейцев раскрыли раскрыли перед своим королем закрывающие вход ткани. Стражники остались снаружи, оставив своего короля одного в шатре.
Родрик осмотрелся — на столе, помимо бочонка с его любимой медовухой, были разложены карты, остатки от его утренней трапезы, которые он забыл приказать убрать. На верхушке бочонка лежал небольшой свиток.
— Хитро придумано, Аэрон, — с улыбкой произнес Родрик, поняв, что Аэрон положил свиток на место, к которому Родрик идет в первую очередь.
Он взял послание, плеснул медовухи в большую чашу, разломал печать и развернул свиток. Текст был написан очень коряво, но именно по этому почерку Родрик распознал, что письмо прислал именно Йен:
«Родрик, мы проверили правдоподобность письма лорда Златограда. Это правда. С юга движется крупная армия рыцарей, именующих себя Рассветным Орденом. Пишу из их стана, но не бойся — я договорился с ними о сотрудничестве. Наши враги теперь и их враги, брат. Узнать их легко — каждый их воин либо несет щит с эмблемой ордена, либо же поверх доспехов одет плащ или мантия с эмблемой ордена. Запомни — эмблема, это черное солнце, вокруг которого вращаются множество колец.
Они начнут атаку на закате этого дня.
Йен Эрган»
Родрик отложил письмо в сторону и разом осушил всю чашу до дна. Новый король предусмотрительно сжег письмо, ибо подозревал, что в рядах его армии есть хоть один человек, но симпатизирующий старому королевству. Родрик встал со стула и покинул палату. Аэрон всё так же стоял на холме, наблюдая за тем, как патрульные вызывающе ведут себя, называя как Родрика, так и его солдат «шлюхиными детьми» и «ублюдками».
— Лорд Аэрон, у меня к вам есть разговор… — суетливо начал Родрик.
— Я вас слушаю, мой король! — ответил Аэрон, жестами подав сигнал лучникам открыть огонь по провокаторам.
***
— Бэйл, что нам теперь делать? — спросил Михаэль, вокруг которого крутилось огромное количество лекарей и их помощниц.
— Я не знаю, друг мой, мы просто оказались между двух огней, с которыми нам скорее всего не совладать на данный момент, — волнующимся голосом произнес Бэйл, опершись на спинку кровати Михаэля.
Бэйла пугали новости о том, что армия Родрика стоит буквально в полутора милях от Роудс-Бриджа, а с юг, за Фолкским лесом стоит не менее смертоносная армия неизвестного государства. Роун МакХейг практически не спал, все время он следил за тем, чтобы создать несокрушимую линию обороны.