Тараза приподнялась, привалившись к дереву, стараясь не обращать внимания на боль. Ей удалось остановить кровотечение, но боль оставалась такой же сильной, правда, не такой, как при муках Пряности. Это помогло, но она понимала, что обречена. Над музеем разнеслись громкие крики и звуки борьбы.
Я победила, подумала Тараза.
Одраде выскочила из комнаты верхнего этажа и склонилась над Верховной Матерью. Они не говорили ни слова, но обе все поняли. Одраде прижалась виском ко лбу Таразы. Это был вековой ритуал Бене Гессерит. Тараза начала изливать в мозг Одраде свою память, надежды, страхи… все.
Одна из них могла еще спастись.
Шиана смотрела на эту сцену из комнаты пентхауза, стоя там, где ей приказала ждать Одраде. Она знала, что происходит на крыше. Это последнее таинство было известно каждой послушнице Общины Сестер.
Вафф и Тулушан, которые вышли на крышу раньше, не возвращались.
Шиана содрогнулась от понимания происходящего.
Одраде резко встала и побежала под крышу пентхауза. Глаза ее дико блуждали, но действовала она обдуманно и целенаправленно. Рванувшись вперед, она схватила шнуры нескольких плавающих светильников. Несколько шнуров она буквально впихнула в руку Шианы, и девочка почувствовала, что ее тело стало легче, его потянуло вверх полем, создаваемым светильниками. Собирая по дороге другие светильники, Одраде поспешила в узкий конец комнаты, где в стене была видна решетка. Именно она и нужна была Одраде. С помощью Шианы она выдвинула решетку по направляющим, вскрыв глубокую вентиляционную шахту. Свет шаров освещал шероховатые стены этого глубокого колодца.
— Держи шары как можно ближе к себе, чтобы эффект поля был наибольшим, — крикнула Одраде. — Отталкивай их, чтобы снижаться. Лезь в шахту!
Шиана сжала связку шнуров потной рукой и скользнула в шахту через порог. Она начала падать, потом в страхе притянула поближе к себе связку шаров. Сверху лился свет — Одраде не оставила ее одну.
Оказавшись на дне, они нырнули в насосную. Шум вентиляторов смешивался со страшными звуками, доносившимися сверху.
— Нам надо попасть в комнату-невидимку, а оттуда в Пустыню, — сказала Одраде. — Все эти технические помещения сообщаются между собой. Здесь где-то должен быть проход.
— Она умерла? — спросила Шиана.
— Да.
— Бедная Верховная Мать.
— Теперь я — Верховная Мать, Шиана. По крайней мере временно. — Она указала рукой наверх. — На нас напали шлюхи, надо спешить.
***
Мир создан для живых. Но кто они?
Мы испытали мрак, чтобы достичь тепла и света.
Она стала ветром, когда ветер мне путь преградил.
Жив я был в полдень, но погиб в ее обличье.
Кто поднимается от плоти к духу, падения ведал:
Слово рождает слово; но свет превыше всего.
От Тега потребовалось небольшое усилие воли, чтобы в мгновение ока превратиться в вихрь. Наконец он полностью осознал природу опасности Досточтимых Матрон. Это понимание усилилось от новых способностей ментата, которые появились у него вместе со способностью молниеносно двигаться.
Чудовищная угроза требовала чудовищного противодействия. Тег покрылся кровью с ног до головы, прокладывая себе путь по зданию штаба Досточтимых Матрон и убивая всех, кто встречался ему на этом пути.
Как он узнал когда-то от своих учителей из Бене Гессерит, самая главная проблемы человеческой вселенной заключается в овладении управлением претворения. Он явственно слышал голос своего первого учителя, успевая при этом крушить все и вся.
— Ты можешь понимать под этим обычную сексуальность, но мы предпочитаем более основополагающий термин: претворение. Он имеет множество граней и отростков и обладает поистине неисчерпаемой энергией. Эмоция, которая называется любовью, есть лишь небольшой аспект претворения.
Тег поразил в горло человека, вставшего на его пути, и ворвался в комнату, где располагалась панель управления защитой здания. Там сидел только один человек, его правая рука уже почти дотянулась до консоли с кнопками, когда его настиг разящий удар Тега.
Левой рукой башар практически обезглавил противника. Тело медленно сползло на пол, кровь хлынула из зияющей раны на шее.