— Говорили, матушка. — Он обернулся и посмотрел на растение, на которое только что наступил. — Это розмарин.
— Откуда ты знаешь? — Одраде не смогла скрыть напряжение, прозвучавшее в голосе.
Он пожал плечами.
— Просто знаю и все.
— Это говорит твоя исходная память. — Теперь в голосе Одраде звучало удовлетворение.
Они продолжили прогулку по лощине, поросшей ароматическими травами. Голос Одраде вновь стал задумчивым и печальным:
— У каждой планеты свой характер, но мы стараемся найти в них черты, присущие нашей Древней Земле. Иногда это лишь туманный намек, но на этой планете нам повезло больше.
Она опустилась на колени и сорвала побег какого-то ядовито-зеленого растения. Одраде растерла стебелек между пальцами и поднесла к носу Тега.
— Шалфей.
Она была права, это действительно был шалфей, но Майлс при всем желании не смог бы сказать, откуда он это знает.
— Я нюхал этот запах в пище. Это похоже на меланжу?
— Нет, шалфей просто улучшает аромат, но не изменяет состояния сознания. — Она встала и посмотрела на мальчика с высоты своего роста. — Хорошенько запомни это место, Майлс. Наш древний мир давно исчез, но здесь мы сумели воссоздать его частичку.
Он почувствовал, что сейчас она учит его чему-то очень важному. Он спросил Одраде:
— Почему ты спросила о том, не владеют ли планеты нами?..
— Наша Община считает, что на земле мы всего лишь экономы. Ты знаешь, кто такие экономы?
— Да, это такие, как Ройтиро, отец моего друга Йорги. Йорги говорит, что его старшая сестра, когда вырастет, станет экономкой на их плантации.
— Правильно. На некоторых планетах мы живем очень долго, дольше, чем другие известные нам народы, но мы — всего лишь экономы.
— Но если не вы владеете Капитулом, то кто?
— Вероятно, никто. Я задам тебе такой вопрос: каким образом мы выделяем друг друга, Общину Сестер и эту планету?
Он посмотрел ей в глаза, потом взглянул на свои руки. Сделал ли Капитул отметины и на нем?
— Большинство таких отметин находятся в глубинах нашего существа. — Одраде взяла мальчика за руку. — Пошли.
Они покинули ароматическую лощину и углубились во владения Ройтиро. По дороге Одраде продолжала говорить:
— Община Сестер редко основывает ботанические сады, — сказала она. — Сад должен поддерживать не только зрение и обоняние.
— Он должен поставлять пищу?
— Да, он должен служить поддержанию жизни, это его первейшая задача. Сад — источник еды. В той лощине, где мы только что побывали, растут травы, которые мы используем на кухне.
Поток ее слов проникал в душу мальчика и откладывался там, заполняя пустоты и провалы памяти. Он чувствовал, что за этими словами кроется план, рассчитанный на столетия. Деревья заменят строительные конструкции для удержания водных ловушек, растения предохранят от осыпания берега рек и озер, помогут сохранить от эрозии верхний, плодородный слой почвы, сохранят побережья морей и океанов и воду, чтобы в ней могли размножаться рыбы. Сестры Бене Гессерит думали и об эстетике — деревья должны давать тень, причем деревья должны отбрасывать на лужайки красивые тени.
— Деревья и все другие растения очень важны для наших симбиотических отношений, — сказала Одраде.
— Симбиотических? — Это было новое для Майлса слово.
Она объяснила ему значение этого термина, пользуясь понятными мальчику образами. Верховная знала, что Майлс часто ходит с другими детьми за грибами.
— Грибы растут только в окружении дружественных корней. Каждый вид гриба вступает во взаимовыгодные отношения с тем или иным видом растений. Растения и грибы существуют вместе, используя для роста соки друг друга.
Она продолжала развивать мысль, но Майлс был уже утомлен уроком, ему наскучило учение, и он с силой пнул ком травы, попавшийся ему под ноги, заметив, что Одраде неодобрительно посмотрела на него. Он сделал что-то неподобающее. Почему на одни растения наступать можно, а на другие — нельзя?
— Майлс, трава не дает ветру уносить верхний слой почвы в неподходящие места, например, на дно рек.
Майлс уже хорошо изучил этот тон. В нем чувствовался упрек. Он опустил голову и посмотрел на траву, которую обидел.
— Этой травой питается наш скот. Семена некоторых видов употребляем в пищу мы. Разные виды тростника защищают почву от выветривания.
Он знал это. Мальчик попытался отвлечь Одраде.