Луцилла едва не покачала головой. Конечно, эта женщина не могла быть гулящей. Но как же быть с драконами, вышитыми золотом по черной ткани? Луцилла вновь присмотрелась к старческим чертам увядшего лица. Глаза слезятся от множества возрастных болезней. В местах, где веки отделены от носа морщинами, притаилась сухая корка. Нет, она слишком стара, чтобы быть гулящей.
Старуха заговорила с Бурцмали.
— Думаю, что для нее подойдет эта одежда, она сможет ее носить.
Женщина начала снимать с себя накидку с драконами и произнесла, обращаясь на этот раз к Луцилле:
— Это для тебя. Носи ее с достоинством, нам пришлось пойти на убийство, чтобы раздобыть эту накидку.
— Кого же вы убили? — спросила Луцилла.
— Послушницу Досточтимых Матрон! — в хриплом голосе женщины прозвучала гордость.
— Почему я должна надеть эту накидку? — жестко спросила Луцилла.
— Ты поменяешься со мной одеждой, — сказала старуха.
— Я не сделаю этого без объяснений, — Луцилла оттолкнула протянутую ей накидку.
Бурцмали шагнул вперед.
— Вы можете ей доверять, — сказал он.
— Я друг ваших друзей, — проговорила старуха. Она тряхнула накидкой перед Луциллой. — Вот, возьми ее.
Преподобная Мать снова заговорила с Бурцмали:
— Я должна знать твой план.
— Мы оба должны это знать, — согласился с Луциллой Дункан. — На каком основании нас просят доверять этим людям? Кто уполномочил вас на это?
— Тег, — ответил Бурцмали. — И я.
Он посмотрел на старуху.
— Можешь все рассказать им, Сирафа. У нас много времени.
— Ты наденешь эту накидку и пойдешь в ней вместе с Бурцмали в Исаи, — сказала Сирафа.
Сирафа, подумала Луцилла. Имя звучит очень похоже на имена представителей чистых линий Бене Гессерит.
Сирафа внимательно посмотрела на Дункана.
— Да, он еще слишком мал. Мы замаскируем его, и он пойдет отдельно.
— Нет! — отрезала Луцилла. — Мне приказано его охранять.
— Не будь дурой, — грубо ответила Сирафа. — Они будут искать женщину твоей наружности с молоденьким мальчиком. Они не станут придираться ни к воительнице Досточтимых Матрон, идущей под руку со своим ночным кавалером… ни к Мастеру Тлейлаксу и его свите.
Луцилла облизнула языком внезапно пересохшие губы. Сирафа говорила, как настоящий Домашний Проктор.
Сирафа бросила накидку на спинку дивана. Женщина осталась в леопардовом обтягивающем костюме, который позволял видеть стройное тело, с округлостями, которые выдавали тело более молодое, чем лицо. Сирафа провела рукой по лицу и морщины сразу стали мельче, открылось почти молодое лицо.
Лицедел?
Луцилла уставила в женщину тяжелый взгляд. Никаких других признаков, что это лицедел, не было. Однако…
— Снимайте свою накидку, — приказала Сирафа. Теперь и голос ее стал более молодым, в нем появились командные нотки.
— Вы должны это сделать, — вмешался в разговор Бурцмали. — Сирафа займет ваше место в качестве приманки. Это единственный способ проскочить.
— Проскочить куда? — поинтересовался Дункан.
— К кораблю-невидимке.
— И куда он доставит нас? — спросила Луцилла.
— В безопасное место, — ответил Бурцмали. — Мы получим шир, но больше я ничего не могу сказать. Шир тоже выветривается со временем.
— Но каким образом я сойду за тлейлаксианца? — спросил Дункан.
— Верьте нам и все будет сделано, — ответил башар. Он снова посмотрел на Луциллу. — Преподобная Мать?
— Вы не оставляете мне выбора, — призналась Луцилла. Она расстегнула застежку и сбросила накидку, потом сняла с корсажа кобуру с пистолетом и положила оружие на диван. На ней был надет серый леопардовый костюм, и Луцилла заметила, что Сирафа обратила внимание на ножи, заткнутые за голенные ремни.
— Иногда мы носим и черные костюмы, — сказала Луцилла, надевая накидку с драконами. Выглядела эта одежда тяжелой, но в действительности оказалась на удивление легкой. Одежда пришлась настолько впору, что казалась пошитой специально для Преподобной Матери. Сзади на шее было какое-то шероховатое пятно. Луцилла пощупала его пальцами.
— В этом месте ее поразил дротик, — пояснила Сирафа — мы все сделали очень быстро, но кислота немного разъела ткань. Глазом этот дефект не виден.
— С внешностью все в порядке? — спросил Бурцмали у Сирафы.
— Очень хорошо. Но мне надо ее проинструктировать. Они не должны делать ошибок, иначе их прихлопнут, как мух, — Сирафа как-то по-особому хлопнула в ладоши.