— Он пройдёт тяжелый путь. Его ждёт опасная жизнь и самые невероятные открытия. Я написал ему жизнь, полностью продумывая её до мельчайших деталей и потока мыслей, меняя его сплетение судьбы. Я сплёл судьбы каждого из его окружения так, чтобы всё, что они делали или думали — привело бы к одному.
— К чему? Тревожно спросил Король, на что Бог опустил голову.
— К моему убийству, Годфри.
Услышать этого не ожидал никто, поэтому Бог дал своим спутникам время, дабы помолчать.
— Придёт момент — и я сплету их судьбы вместе, наталкивая их именно на тот путь, который и приведёт к самой нужной нам последовательности событий, понимаешь, Годфри? Бог, внезапно, вцепился руками за руки Годфри, радостно сообщая: — Я нашел тот самый сценарий. У нас получится это сделать. Я спасу это планету от гибели!
Годфри одёрнул Бога, глядя на Мистера Л, что не желал ничего говорить, выражая свою сторону.
— Как этот парень поможет незрелой светочи открыть Отголосок раньше времени? Как твоё убийство вообще что-то исправит, Анджелатриус? О чём ты говоришь? Не понимал Король, отказываясь принимать слова Бога, который, в свою очередь, молчал, дожидаясь пока король закончит монолог. Как только это произошло, Бог стал говорить, вновь.
— Я проложил путь, сплетая судьбы Светочи и этого Циркача, переплетая их историю с другими фигурантами. Вместе, они изменят цикл своими действиями и мыслями.
Годфри качал головой.
— Хочешь сказать, что с помощью Циркача и его компаньонов, что сплотятся со Светочью, чью память ты стёр, прописав ей новую жизнь, удастся спасти Землю от гибели? Попытался привести свою цепочку действий Годфри, на что Анджелатриус кивнул.
— Правда, для этого понадобится время и определённые события, но это уже останется за мной. Сообщил Бог, на что Король подловил Бога на том, что последний темнит.
— Ты задумал, явно, что-то нехорошее, Анджелатриус. Выразил своё мнение Король, на что Бог посмотрел на парня на экране.
— И я буду об этом сожалеть. Добавил Бог, и перед Квентином отвалилось воспоминание, приглашая парня на финальный отрезок жизни Бога, который тот, любезно, предоставил Квентину. Не думая ни секунду — Медиум шагнул в финальный эпизод памяти.
Перешагнув временной отрезок, Квентин оказался в покоях Бога, обходя стороной детей, что играли для Бога музыку. Медиум, внимательно, осмотрел помещение, замечая Бога, что склонился у Даменды.
— Они говорили на чистом Скилирийском, но Квентин понимал каждое слово, не предавая значения тому, что раньше он этого языка не знал. Подойдя вплотную, Квентин обнаружил знакомый ему Артефакт, что Бог протягивал Даменде.
— Теперь. Говорил Бог, поглаживая змею свободной рукой. — Остаётся только дать компасу судьбы повернутся в нужном направлении. Даменда, посмотрев на артефакт, открыла пасть, заглатывая кубик, из-за которого всё и началось.
— Теперь, нам останется только наблюдать и ждать. Всё уже готово…
Позади Квентина распахнулись ворота и парень обернулся, замечая озлобленного Годфри, что стремился к Богу.
— Мы так не договаривались, Анджелатриус! Начал свою речь Годфри, на что Бог, кивком, отпустил змею и та оставила их в одиночестве. Ворвавшийся в воспоминания Квентин наблюдал за происходящим.
— Я не могу в это поверить! Ткнул пальцем Годфри, в сторону окон, за которыми виднелись Реоктали.
— У меня не было другого выбора, Годфри. Спокойно разъяснил Бог, на что Король озверел, обрушивая кулак на столик с фруктами, плоды которого разлетелись от удара.
— Ты слишком заигрался, Анджелатриус! Предупредила Бога Король, на что Анджелатриус покачал головой.
— Ты видишь только то, что перед глазами, Годфри. Заключил Бог, на что Король обернулся по сторонам.
— И я вижу что ты нарушаешь жизненный цикл! Так нельзя, Анджелатриус, когда ты поймёшь это?! Годфри был взбешён, подходя ближе к собеседнику.
— Обрываешь все связи с другими планетами, перестраиваешь второй озоновый шар, играешь с судьбами людей, дабы подстроить нужный сценарий, а теперь ещё и это! Король ткнул в огромные корабли, что нависли над облаками.
— Если бы не моя с ними сделка, Годфри — ничего бы не получилось. Спокойно продолжал отвечать Годфри, отворачиваясь от Короля.
— Видишь ли, Король, ты, как и я, находишься в очень затруднительном положении. Наши дни на этой Земле сочтены, и ты, как и я, не виноваты в этом.
Кулаки Анджелатриуса стали сжиматься.
— Но, я не позволю этим Идиотам из совета сбрасывать то, что я создал, со счетов. Обернувшись, Бог посмотрел на Короля глазами, полными злости.
— В этом их вся политика! В том, чтобы бросать слабых! И я не позволю им сделать с моей планетой то, что им вздумается! Они не знают, что ждёт эту планету после моей гибели! Они не знают и не хотят! А я всех спасаю! Переписываю жизни людям, дабы сохранить им здравый рассудок и чтобы сохранить свой мир, в момент отчаяния! Король смотрел на Бога так, будто последний, явно, обезумел.
— Пойми, Анджелатриус… Начал было король, на что Бог крикнул, прерывая речь Короля.
— Довольно, Годфри! На секунду, фрукты подлетели вверх, вновь падая на землю, а на своей шее Гофри почувствовал невидимый силок.
— Я не отдам Землю в руки совета, они не дождутся моей смерти! Я — единокровный повелитель этой планеты и имею права распоряжаться своей планетой так, как хочу сам! С этими словами, гнев Бога усиливался.
— Моя болезнь… Тихо произнёс Бог, поднимая голос: — Это все их проступок! Сумасшедший старик не доглядел за мной и теперь, отправив меня сюда — они предрекли меня на смерть, понимаешь? Бог ступил на шаг ближе к Королю и последний почувствовал как невидимая удавка затянулась туже.
— И даже сейчас, когда они всё узнали, каков был их ответ, Годфри? Поинтересовался Бог, на что Король отвёл глаза.
— Что они сказали мне, Годфри?! Вновь прокричал Анджелатриус, заставляя всё вокруг дрожать от силы его крика.
— Анджелатриус, я понимаю что тебе отказали в транспортировке на Киллирию раньше назначенного срока и Октавий, наверняка, сожалеет о том, что совет отказал тебе…
— Имя мне Бог, Годфри! Снова поднял голос Бог, глядя на облака за окном.
— Я верил ему. Доверял как своему отцу, а кода я узнал что умираю, максимум, что он смог сказать мне так это: "Мы позаботимся о том, чтобы Земля попала в надёжные руки".
Анджелатриус обернулся, сжимая кулаки крепче. Из них начал искрить свет.
— Она не будет в других руках, Годфри! Твёрдо заявил Бог, качая головой.
— Я, либо спасу её, либо она падёт вместе со мной. Ошарашил Короля Бог, на что последний не поверил своим ушам.
— Это зашло слишком далеко, Анджелатриус! Пытался вразумить Бога Король.
— Своими выходками ты ставишь под сомнение весь план, который Киллирианцы вынашивали веками! Из-за тебя мы можем проиграть глобальную войну…
— А мне плевать на это, Годфри! В конце концов озвучил свою позицию Бог.
— Чем мы отличаемся от противников, если бросаем своих товарищей на смерть? С этими словами, Бог прошёл в середину комнаты, и перед ним загорелась голограмма, на которой изобразились пять лиц, среди которых Годфри узнал Светоч, и повзрослевшего Квентина, на котором, когда-то давно, Анджелатриус сделал акцент.
— Мне плевать на их планы, Годфри. Спокойно говорил Бог. — Потому что у меня есть свой. И эти люди помогут мне его осуществить.
Годфри, с удивлением, посмотрел на лица ребят, чувствуя как хватка ослабела.
— Десятки лет, я плёл им судьбы, Годфри. Ежедневно, я строил им ту жизнь, которая приведёт их к нужному мне финалу. И теперь — меня не остановить.
Годфри подошёл ближе, посмотрев на Бога.
— Что ты задумал, Анджелатриус? Прямо спросил Король, на что Бог отмахнул все лица, что витали в воздухе, оставляя только лицо Квентина.
— Видишь ли, Годфри… Любезно начал Бог, глаза которого горели идеей. Анджелатриус был в восторге от того что, наконец, мог поведать кому-то свой идеальный план, который помог бы сохранить жизнь ему и всей Земле.
— благодаря своему эксперементу по искусственному нарашиванию мозговой активности, я предоставил этим людям дар, который будет развивать их мысли и именно мой навеянный путь этим людям поможет сохранить мне жизнь и предотвратить смерть этой планеты. Анджелатриус решил начать с этого, пролистывая голографические лица Квентина, Велмы, Дезмонда, Венди и Евы.