Есть такой закон, по которому только принц Эмбера может путешествовать по отражениям, хотя, конечно, он волен взять с собой тех, кого сочтет нужным. Мы вели за собой войска и видели, как гибли люди, но я хочу, чтобы вы знали: существуют отражения и субстанция, так устроен мир. Из субстанции сотворены Эмбер, Земля и все сущее на ней. Отражений — бесчисленное множество, и на них происходят самые разнообразные события, отражающие истинные. Эмбер самим своим существованием предопределил подобное положение вещей. Что еще можно сказать? Отражения простираются от Эмбера до Хаоса, и путешествовать по ним можно тремя способами, каждый из которых достаточно труден.
Первый состоит в следующем: если в твоих жилах течет королевская кровь, ты можешь идти сквозь отражения, заставляя их меняться на твоем пути, как тебе заблагорассудится, пока не окажешься именно там, куда хотел попасть. В созданном тобою мире ты можешь делать все, что захочешь, если, конечно, не вмешаются родственники.
Второй способ заключается в использовании карт, которые Дворкин, великий человек, изобрел специально для того, чтобы члены королевской семьи могли поддерживать связь и видеться друг с другом в любое время. Дворкин был старым-престарым художником, покорившим пространство и перспективу. Он нарисовал не только портреты, благодаря которым мы могли в любую минуту оказаться рядом, но и всю колоду гадальных карт, и у меня давно сложилось впечатление, что карты эти обладают многими другими свойствами, о которых мы даже не подозревали.
Третьим способом был Лабиринт, также созданный Дворкиным исключительно для членов нашей семьи. Проходя лабиринтом, ты сначала узнавал, как пользоваться картами, а потом получал власть над отражениями.
Карты и Лабиринт давали возможность мгновенно попасть из реального мира на отражения. Первый способ был куда более трудным.
Теперь я знал, что делал Рэндом, когда мы ехали с ним на «мерседесе». Во время нашего путешествия мой брат создавал по памяти реальный мир, постепенно меняя отражения и удаляя из них все лишнее. И только достигнув полного соответствия в деталях, он сказал, что мы прибыли к месту назначения.
Ничего особенного: обладая знаниями, найти свой Эмбер мог каждый. Даже сейчас мы с Блейзом вольны были отправиться на отражения истинного Эмбера, где правили бы долго и счастливо. Но мы хотели иного. Ничто не могло сравниться с реальным городом, в котором мы родились и по образу и подобию которого создавались все города, сколько их было в целом свете.
Итак, мы избрали самый трудный способ и шли по отражениям, а любой человек, обладающий над ними властью, мог воздвигать препятствия на нашем пути, чтобы помешать нападению на Эмбер. В данном случае таким человеком оказался Эрик, и наше войско таяло на глазах. Что ожидало нас в будущем? Этого никто не знал.
Но если Эрик станет коронованным королем Эмбера, на одних отражениях это событие повторится, а на другие неизбежно окажет сильное влияние. И именно поэтому я не сомневался, что каждый из нас хотел бы видеть на троне только самого себя.
Мы миновали призрачный флот Жерара — Летучих Голландцев данного отражения, — и я понял, что до Эмбера рукой подать.
На восьмой день нашего путешествия разразился шторм.
Море почернело, на небе стали собираться тучи. На какое-то мгновение наступил полный штиль, и паруса безжизненно повисли. Огромное голубое солнце спрятало свой лик. Мне стало ясно, что наконец-то Эрик взялся за нас не на шутку.
Ураганный порыв ветра обрушился на флагманский корабль и — да простят мне избитое выражение — разбился о его борт.
«И рвал нас ветер, и била буря», как говорят или говорили поэты. При первом же шквале мне показалось, что мои внутренности вывернули наизнанку. Нас кидало из стороны в сторону, как игральные кости, которые великан тряс в кулаке перед тем, как бросить. Ливень хлестал по палубам, которые попеременно захлестывали гигантские волны. Небо почернело, пошел мокрый снег с градом, и раздался ужасающий раскат грома. Я уверен, что от неожиданности все мы вскрикнули одновременно. По крайней мере, я вскрикнул. С большим трудом добрался я до брошенного штурвала и, привязавшись ремнем, выровнял корабль. Эрик, черт его побери, решил покончить с нами одним ударом.
Затем я почувствовал легкое покалывание во всем теле, звон в ушах и увидел Блейза, находящегося как бы на другом конце туманного серого тоннеля.
— В чем дело? — спросил Блейз. — Я уже несколько раз пытался с тобой связаться, а ты не отвечаешь.