Советник провёл рукой над гербовой бумагой, проговорил какие-то слова, и на документе проявились королевская печать и подпись. Сам Элион не смог бы отличить подделку от оригинала. Ну вот и всё. Осталось отправить письмо Итилю и пустить слухи по королевству. Ревность, пожалуй, сильнейшее из чувств, способных толкнуть эльфа на предательство. Ему лишь следует немного помочь. У придворного знахаря Миолин взял пузырёк с ядом. Затем он написал полное отчаяния письмо к Итилю, вложил в конверт также королевский приказ и отправил всё это обратно в Реолдон с почтовым соколом.
Королю же были переданы поздравления с победой и пожелания его скорейшего возвращения в Эрион для праздничного пира. Леди Листар были посланы заверения в нерушимой дружбе между двумя королевствами и приглашение нанести ответный визит в Эрион в любое время по её желанию. Элеоноре советник не передавал ничего. Судьба девушки его не волновала. После смерти короля Миолин расправится и с ней. Это дело второе.
И всё же советник был обеспокоен. Что если и в этот раз что-нибудь пойдёт не так? Что если Итиль не пойдёт на убийство? Что если он расскажет всё королю и вызовет его на дуэль? Эльф умрёт, а у Элиона будут развязаны руки, сыграть свадьбу с девчонкой сразу по их возвращению.
Миолин тяжело вздохнул. Нет, эти мысли следовало гнать прочь. Такого не будет. Итиль влюблён в девчонку. Он сделает всё, чтобы эта свадьба не состоялась. К тому же, Итиль прекрасно знает, что в бою он слабее Элиона. Миолин верил в то, что он увидел в этом эльфе — слабость и малодушие, но вместе с ними и кипящую ненависть к королю. Нет, этот эльф не решится на дуэль, он выберет лёгкий путь. Советник очень хотел в это верить. Всего пара капель яда в королевский бокал — и всем его переживаниям настанет конец. И тогда, возможно, генерал обвинит леди Листар в предательстве и развяжет-таки войну с Реолдоном. Но это уже второстепенно. Главное, он уберет этого сумасбродного короля, обезумевшего от любви к ничтожному человеку, со своего пути.
Всё складывалось просто замечательно. Один лишь удар, нанесённый Элиону в самом сердце союзного королевства — и эльфийский мир будет поделён заново. И никаких людей. Никогда больше.
* * *
Глава двадцать вторая
Королевский отряд медленно въехал через главные ворота Реолдона, и перед Эли открылся вид на чудесный дворец из белого камня, возвышавшийся впереди на холме. Замок будто стремился своими лёгкими башнями к небу, стройные колонны поддерживали словно парившие в воздухе балконы, а по обеим сторонам дворца раскинулся прекрасный сад, украшенный фонтанами и беседками. К входу в замок вела мраморная лестница, серебряные перила которой выглядели словно застывшие листья виноградной лозы. На вершине лестницы стояла леди Листар, а весь сад был заполнен весело приветствовавшими гостей эльфами.
Эли разглядывала их дружелюбные лица и улыбалась в ответ. Король ехал впереди, гордо подняв голову и приветствуя эльфов. Он подъехал к дворцу и, спешившись, склонился в почтительном поклоне перед королевой Реолдона. И тогда Эли подняла на неё глаза и обомлела. Брови её удивлённо взлетели вверх, когда в её голове пронеслись слова Элиона о леди Листар. Он лишь небрежно отметил, что она красива, но ничего не сказал о том, насколько ослепительна и волшебна была её красота на самом деле. Впрочем, какими бы возвышенными эпитетами он и ни попытался описать её тогда, Элион едва бы смог передать словами всё великолепие и изящество королевы Реолдона.
Даже леди Аравена, которую девушка считала эталоном эльфийской красоты, блекла в сравнении с леди Листар. Казалось, сами нежность, грация и величественное достоинство слились в её хрупкой фигуре, облачённой в шёлковое серебряное платье, переливавшееся в лучах солнца. Большие синие глаза королевы сверкали, словно драгоценные камни, обрамлённые длинными пушистыми ресницами, румянец застыл на её щеках, а на губах была приветливая чарующая улыбка. Длинные светлые волосы спадали по плечам её величества, а её голову венчала тонкая серебряная диадема, изысканно выполненная мастерами Реолдона в форме цветочного венка. Королева была завораживающе и умопомрачительно прекрасна.
Элеонора услышала, как кто-то из стоявших рядом с ней воинов ахнул при виде леди Листар.
— Великие Эльфы, — присвистнул Ливаль, остановив своего коня рядом с Эли. — Она ещё прекрасней, чем я мог себе представить.