— Отец говорит, что война с орками закончена, — сказал Нилль.
— Они сдались и подписали договор о капитуляции, — добавил Эдвин. — Король Иргил обязался больше никогда не нарушать границ с Эрионом. Это великая победа. Таких условий мира орки прежде не принимали. Твой отец, Элеонора, неплохо поработал.
— Если словам орков можно верить, — заметил Итиль. — Они не особо отличаются верностью своим обещаниям.
— Я бы тоже не стал на это рассчитывать, — согласился Ливаль. — Орки те ещё хитрые твари. Нужно было перейти реку и напасть на Рахтор. Решили бы проблему раз и навсегда.
— Да, но эльфы не ведут войн за земли, — заметила Эли. — К тому же, война и так затянулась. Наша армия понесла серьёзные потери. А ещё эти донесения с севера. Король явно был озадачен.
— Какие донесения? — с интересом спросил Нилль.
Элеонора прикусила губу, отворачиваясь. Но эльфы не собирались оставлять её в покое.
— Да, Элеонора, какие? — спросил Итиль.
— Ну, — протянула девушка, — я слышала, что на севере происходит что–то странное. Там кто-то сжигает эльфийские деревни.
— Что значит «кто-то»? — спросил Ливаль. — Ясное дело, орки! Эти животные с Пепельных гор прослышали, что королевская армия стоит на западе, вот и напали на пограничные поселения.
Элеонора неуверенно покачала головой.
— Да, но вот следов орков разведчики не обнаружили, а жители деревень пропали, — тихо добавила она.
Повисло молчание. Эльфы задумались, что бы это всё могло значить. Первым высказался Нилль.
— Наверное, орки увели эльфов в плен, — предположил он.
— Орки не берут пленных, — отмахнулся Ливаль. — Это не в их стиле.
— Значит, теперь берут, — возразил Нилль. — Как это ещё объяснить? Может, хотели помочь Рахтору и предложить вернуть пленных взамен на более выгодные условия мира?
— Странно это, — сказал Итиль. — Союз орков Пепельных гор и Рахтора давно развалился. Вряд ли они в сговоре. К тому же, на берегах Параэль стоит наша армия. Если бы орки Рахтора перешли реку или отправились по ней на север, эльфы бы это знали.
— Да, — согласилась Элеонора.
— Но король приказал генералу Гриэру отступить вглубь Эриона, за лес Руара. Теперь реку никто не будет охранять, — заметил Нилль. — Отец написал об этом маме пару дней назад. По условиям мира, эльфы оставляют берег Параэль.
Итиль и Элеонора были поражены. Они удивлённо смотрели на братьев.
— Король и правда поверил слову этого гнусного обманщика Иргила? — возмущённо воскликнул Итиль.
— Таковы условия мира — не преследовать и отступить, — ответил Нилль.
— Самые безумные условия, о которых я когда-либо слышал! — Итиль был раздражён. — И что, король их действительно подписал?
— Но ведь орки обязались больше не переходить границу и не вести против Эриона войн, — выступила Эли в защиту короля. — Зачем ему оставлять на берегу армию?
Итиль разочаровано покачал головой.
— Орки и их обещания, — фыркнул Ливаль. — Я думаю, Элион оставил там разведчиков. Что бы ни обещал Иргил, а он жаждет мести за отца. Король повесил его, как вора, в лесу Руара. Иргил был вне себя от злости.
Снова повисло молчание.
— А как ты провела лето? — неожиданно спросил Итиль, с любопытством взглянув на Эли.
— Я почти всё лето была здесь, — вздохнула девушка. — Отец отправил меня обратно, чтобы «не мешалась под ногами». В столице только о войне и говорили. Все были так заняты, что до меня никому не было дела.
Эли вспомнила, как король отвозил её в школу, и как они остановились у Ширханских водопадов. Он оставил столицу, чтобы провести время с ней и ещё хоть немного побыть рядом. От этой мысли, сердце Эли кольнуло. Она вспомнила их поцелуй у обрыва и ещё один на прощание. И то, как она голая стояла перед ним в комнате постоялого двора. Какой стыд! Элеонора почувствовала, как заливаются румянцем её щёки.