Армия Гриэра выступила из города в ту же ночь. Скрестив на груди руки, Элион молча наблюдал из окна своего кабинета, как храбрые воины выходили за ворота столицы. Внешне король оставался спокойным, но в глубине души он был уверен, что это только начало чего-то большего, чем просто похода на север. Мысль о том, что королевству предстоит вести войну на два фронта, его беспокоила. И всё же, Элион был уверен, что его армия — или же армии — справятся с орками. За его плечами был как свой опыт, так и многовековая история его предков. Если бы этот уверенный в себе и невозмутимый король мог предугадать, что случится на следующий день, он бы не стоял спокойно, разглядывая уходивших из города солдат. Он бы рвал и метал, желая лишь одного — мести и смерти королю Рахтора Иргилу, за самый больной удар, который когда-либо наносили Элиону его враги.
* * *
На следующий день, едва взошло солнце, в столицу прибыли разведчики с запада. Сон как рукой сняло, когда Элион услышал, что король Иргил действительно стоит у берегов Параэль, намереваясь перейти реку и вторгнуться в Эрион. Король разозлился настолько, что, не сдерживая эмоций, стукнул по одной из колонн тронного зала кулаком.
— Да он и впрямь потерял всякий страх. Что за дерзость! — проговорил Элион сквозь зубы. — Ступайте в лагерь, — приказал он разведчикам. — Найдите командира Сильдиориля и пришлите его ко мне.
Эльфы поклонились своему королю и поспешили удалиться. Сильдиориль, ещё молодой, но очень талантливый полководец, тоже был обеспокоен донесениями разведчиков. Он пристально смотрел на короля, поджав губы и сдвинув брови. Свой зелёный плащ эльф бросил на спинку стула, не желая садиться сам. Он ждал от Элиона приказа о немедленном выступлении на запад. И король его отдал.
— Сильдиориль, — грозно сказал Элион, — я хочу, чтобы ты гнал орков и их бешеных собак до самых ворот Рахтора, что б они вплавь перешли Параэль, дрожа от страха.
Элион был вне себя от гнева. Пусть он и ожидал такого поворота событий, но он всё же надеялся, что орки когда-нибудь научатся держать слово, и эти войны прекратятся.
— Я сделаю всё, Ваше Величество, чтобы войско Иргила перестало существовать, — уверенно ответил Сильдиориль.
Король довольно кивнул.
— Я присоединюсь к тебе через пару дней, — добавил Элион. — Хочу лично снести голову этому мерзкому орчьему отродью. Я наколю её на копьё его же памятника.
Сильдиориль поклонился и вышел из дворца. Через несколько часов королевская армия выступила на запад.
Миолин взбежал по лестнице и, запыхавшись, застыл на пороге кабинета короля. Он казался искренне удивлённым такому предательству со стороны Иргила.
— Да как он посмел нарушить едва только заключённый мир! — возмущался советник. — Он же мне давал слово, он обещал. Какое предательство! Великие Эльфы, какая подлость! И этот орк пожал мне руку. Элион, меня сейчас вывернет.
С этими словами советник зажал себе рот, словно пытаясь сдержать тошноту. Король, уже успокоившийся после безумного утра, молча смотрел на Миолина.
— Ты был прав, — продолжал советник, чуть погодя. — Не стоило заключать с Иргилом мира. Его слову грош цена.
— Нет, — покачал головой Элион. — Стоило. Это дало нам время собрать отряд, подготовить его и отправить на север. К тому же, Гриэр предупреждал меня, что так будет. Я был готов. Сильдиориль уже выступил с армией навстречу оркам Рахтора. В этом нет твоей вины, Миолин. Иргил подлый и коварный король. Он что хочешь мог тебе наобещать, лишь бы сохранить остатки своей армии. Но в этот раз он нас не проведёт. Я сотру Рахтор с карты тринадцатого измерения.
Король был настроен серьёзно. Таким — спокойным, уверенным и непобедимым — он нравился советнику. Миолин улыбнулся, глядя на то, как горели яростью и решимостью его глаза.
— Собери вечером совет, — продолжал Элион. — Я хочу обговорить с вами сложившуюся ситуацию до моего отъезда на запад.
— Ты хочешь присоединиться к Сильдиорилю? — спросил советник. — Но зачем? Думаешь, он один не справится?
— Он прекрасно справится, — ответил король. — Но это дело чести, Миолин. Чести эльфийского короля и бесчестия короля орков. И я хочу лично убить этого подлеца.
Эльф кивнул.
— Я оповещу старейшин, — сказал советник, покидая тронный зал.