Элеонора подняла на него полный недоумения взгляд.
— Тебе стало интересно? — спросила она, повышая голос. — Я что для тебя, забава? Ты просто играл с моей жизнью, как тебе хотелось?
— Эли, нет, всё не так, — поспешил заверить её эльф, беря девушку за руку.
— Не трогай меня! — с раздражением вскричала та, вырываясь.
— Прошу тебя, не злись, — взмолился Элион, метнувшись в отчаянии обратно к своему столу. — Я не знал, что так всё обернётся. Я не мог предвидеть, что так и не найду портала, и тебе придётся остаться здесь навсегда. Но я так привязался к тебе, моя роза. Я не хотел больше отпускать тебя. А теперь, когда ты стала совсем взрослой и такой… Когда ты сказала, что любишь меня, я был так счастлив!
Король поднял на Элеонору полные мольбы о пощаде глаза.
— Как я мог сказать тебе это? Ты бы никогда меня не простила.
Элион снова попытался коснуться девушки, но она отбежала от него к окну.
— Но ты должен был сказать мне! — закричала она. — Как ты не понимаешь, я имела право знать. Ты ведь был моим другом, моим наставником. Неужели ты мог сомневаться во мне, в моей преданности тебе, в моей любви? О, Великие Эльфы, Элион! Пока ты узнавал, что я такое, изучал меня и ставил надо мной свои опыты, я влюблялась в тебя, — Элеонора всхлипнула. Щёки её пылали, а в голосе звучала горечь обиды. — Ты не подумал об этом? Как ты не подумал и о том, что у меня есть родители, там, в другом мире, по которым я буду скучать и которым, наверное, очень не хватает меня. Ты не думал о том, что я ночи напролёт учила недоступные мне от природы заклинания, проводила магические обряды, пыталась разглядеть в этой дурацкой Чаше Истины хоть что-нибудь, — Элеонора не могла больше сдерживать слёз, и они потекли по её щекам. — Я делала всё возможное и невозможное только для того, чтобы ты гордился мной. Ты не думал о том, что я должна была выслушивать от сверстников за эти кудрявые волосы, — Эли тряхнула головой, — за совершенную бездарность к любому из школьных предметов. Ты никогда не думал обо мне, о моих чувствах! Тогда, в деревне у Ширханских водопадов, ты даже не нашёл в себе силы объясниться со мной. Ты ведь мог мне всё рассказать. Я бы поняла. Но ты предпочёл снова сбежать, как и из школы той весной, — Элеонора выдохнула.
— Эли, ты ко мне несправедлива, — возразил король, кусая губы. Слова девушки безжалостно жгли его из без того измученное терзаниями сердце. — Я только о тебе и думал. Ну что я мог сказать тебе тогда? Как я должен был себя вести?
— Ты мог сказать мне правду, — сквозь слёзы ответила она.
— Я люблю тебя и мне всё равно, что ты человек, — с жаром сказал Элион. — Вот правда.
— Но мне не всё равно! — вскричала Элеонора. — Я так не могу. Теперь не могу. Ты обманул меня, предал моё доверие, нашу дружбу. Я так зла на тебя, Элион!
Девушка подлетела к королю и с силой толкнула его обеими руками. Эльф едва устоял на ногах, чтобы не упасть.
— Прости меня, — повторял он, пытаясь схватить её за руки и удержать. — Я знаю, что виноват, но, Эли, я боялся потерять тебя.
— Пусти, Элион, — девушка пыталась вырваться из рук короля, но тщетно. Он крепко обнял её. — Мне всё равно, чего ты боялся. Ты должен был сказать. Ты был мне так нужен! Я чувствовала себя такой одинокой, такой никчёмной в этой школе. Почему ты не отправил меня домой?
Элеонора билась в руках короля, и он напрасно пытался её успокоить.
— Ты должен был найти портал, — продолжала она, колотя Элиона в грудь. — Или у тебя не хватило на это времени, пока ты выдумывал для меня новые трюки? Это у того-то, кто живёт вечность, не хватило на это времени?
— Прошу тебя, не говори так, моя роза, — в отчаянии взмолился эльф. — Я делал всё, что мог. И я никогда не играл с тобой.
— Ты заставил меня поверить, что мы можем быть вместе. Я любила тебя, я больше всего на свете хотела тебя! А теперь весь мой мир рухнул. Всё, во что я верила, оказалось ложью. А ты, ты самый большой обманщик. Я тебя презираю. Я тебе ненавижу!
Её слова прозвучали искренне. Элион похолодел. Эли была серьёзна и действительно имела это в виду.
— Эли, ты не понимаешь, что говоришь, — испуганно прошептал он, выпуская Элеонору из рук. — Ты не можешь так думать.
— А что я должна думать, Элион?