Элион вышел следом за Миолином, мрачный и расстроенный. Заметив Элеонору, он поднял глаза и вдруг с решительностью посмотрел на неё. Девушка смутилась. Не говоря ни слова, король быстрыми шагами пересёк коридор и покинул дом. Эли продолжала стоять в растерянности.
— Элеонора!
Голос отца вернул девушку к реальности.
— Да, отец, — откликнулась она.
— Подойди сюда.
Эли повиновалась. Она нашла отца в обеденном зале, окна которого выходили в сад. Миолин был всё ещё зол, но голос его звучал ровно.
— Я слышал, ты присоединилась к армии Эриона, — начал он.
— Да, — тихо ответила та, опасаясь, что теперь гнев отца падёт на неё. Она действительно не знала, как сказать ему об этом. Он не одобрил бы её решения. Во всяком случае, так она считала.
— Что ж, — вздохнул советник, — я не стану тебя держать. Это правильное решение. Это выход, — сказал Миолин куда-то в пустоту. Элеонора облегчённо вздохнула. — Когда ты уезжаешь?
— Сегодня днём.
Миолин нахмурился и замолчал. Он раздумывал, покусывая нижнюю губу. Как далеко они с королём успели зайти? Сколько у него времени? Быть может, его уже совсем не осталось?
— Это хорошо, — пробормотал он себе под нос. — Я сам скажу об этом Митиль, а ты отправляйся собирать вещи. И чтобы из дома до этого времени ни шагу.
Эли кивнула и побежала в свою комнату.
— Да, и пошли за этим твоим другом, Итилем. Попроси его зайти ко мне перед отъездом. Мне нужно с ним поговорить, — крикнул советник ей вдогонку.
Как хорошо, что отец её понимает, что поддерживает её в эту минуту, что готов ей всячески содействовать.
Перед глазами девушки всплыло мрачное, расстроенное лицо короля.
— Неужели он думал, что отец сумеет меня отговорить? — прошептала Элеонора.
Бурка посмотрел на девушку с ужасом.
— Ты это вот сейчас серьёзно? — встревожено спросил бельчонок. — На войну?
— Бур, ты знал, что со мной не будет легко, — бросила та, не глядя на друга.
— Да, но не смертельно же опасно! — возмущённо возразил зверёк. — И не с первой же минуты!
— Кстати, о времени. Ты бы не мог сбегать в лагерь и позвать сюда Итиля? — попросила Эли. — Отец желает с ним о чём-то поговорить.
— Ну вот, теперь я ещё и посыльный, — насупился Бурка. — Я тут пытаюсь сказать тебе, что мне эта затея с походом не по душе, а ты посылаешь меня за этим твоим главным драчуном. Вот уж!
Бельчонок недовольно сложил на груди лапки и отвернулся.
— Ну пожалуйста, — попросила Элеонора. — Кого мне ещё просить?
Бурка фыркнул, почесал нос и спрыгнул со стола, с которого он наблюдал за сборами девушки, на пол.
— Хорошо, — сердито сказал он. — Я приведу этого Итиля. Но это не влияет на моё мнение по поводу похода на север. Учти.
— Ты не пойдёшь со мной? — Эли оторвалась на минуту от своих дел и взволнованно посмотрела на друга.
— Я пойду с тобой, — нехотя ответил тот, прыгая к двери. — Не могу же я оставить тебя без присмотра. Но это не значит, что я делаю это с удовольствием.
Эли улыбнулась, глядя, как исчезает в дверном проёме пушистый хвост её храброй Серебристой белки.
Встреча с советником несколько испугала Итиля. Выйдя из кабинета Миолина, эльф в смятении огляделся по сторонам, словно проверяя, мог ли кто-то услышать их с советником разговор. Но в доме, казалось, никого не было. В полной тишине гостиной громко пробили полдень старые часы, вторя тревожному стуку сердца самого эльфа. Итиль тяжело выдохнул и направился к двери. Он даже не зашёл к Элеоноре, чтобы поздороваться. Эльф был настолько потерян и взволнован после разговора с советником, что едва ли мог упорядочить мысли, лихорадочно проносящиеся в его голове. Ему нужно было подумать.