— Духи лесные! — ахнул Бурка. — Да что с тобой не так?
Девушка опустила лук и, тяжело вздохнув, отбросила его в сторону.
— Это ожидание меня просто изматывает, — проговорила она. — И зачем он только едет сюда? Что ему в столице мало дел? Прислал бы сюда командира Сильдиориля. Они бы с Гриэром вдвоём справились.
— Ты про кого? Про короля?
— А про кого ещё, — Эли подняла с земли лук и медленно побрела в сторону лагеря.
— Я думал, вы друзья. Разве ты не хочешь его увидеть?
— Нет, — отрезала девушка.
— Ну, знаешь ли, он тут главный, командир, так сказать. Такие решения, как война с Реолдоном, должен принимать король. Так что, придётся ждать. И встретиться придётся. К тому же, может он наградит тебя за твои успехи. Ты вон сколько орков в сражениях перестреляла! А скольких обезглавила? Никто так не отличился. Может, тебе медаль дадут или грамоту какую почетную, — Бурка бежал рядом и важно рассуждал. — Грамоту можем в палатке повесить, а то там тоска смертная. Так всё поживее будет, с грамотой-то.
Эли усмехнулась.
— Грамоту? Мы уже не в школе, Бур. Тут грамоту не дадут. Тут либо жизнь, либо смерть. Как-то не до грамот. Война.
— Ну и что мы тогда тут забыли? — взвизгнул бельчонок. — Признания никакого, спасибо не допросишься, так ещё и убить могут. Тоже мне, развлечение! Я-то думал, король приедет, всех наградит — и по домам. Шубку вот всю неделю начищаю, к медалям готовлю. А она мне всё про войну! Домой пора, в тепло. Я тут от сырости болотной скоро заболею. А ведь я Серебристая белка, редкий вид. Забыла?
— Как же, такое забудешь, — вновь усмехнулась Элеонора. — Ты ж мне об этом каждую неделю напоминаешь и не по разу.
— А если меня волки какие съедят, — продолжал Бурка, не обращая внимания на её замечание. — Или того хуже — возьмут в плен, будут пытать. Я ж за печенье Эрион продам. Ох, лесные духи, плохи дела.
Эли невольно рассмеялась, что очень порадовало Бурку. Целую неделю он пытался её рассмешить, сочиняя всевозможные небылицы, и вот получилось. Он довольно ухмыльнулся и прыгнул девушке на плечо.
— Послушай, мы орков уже давно не видели, волков тут не водится, а от сырости ты вряд ли умрёшь. Так что не паникуй. Шкурку твою мне жалко. Но медалей не жди. Зато хоть чистый походишь, — Элеонора щёлкнула бельчонка по носу.
— Я всегда чистый, — обиделся он. — К тому же, это не моя вина, что кругом грязь, а эти эльфы купаются в озере, как стадо быков. Все разом, толкаются. Того и гляди утопят. Нет, такая ванна не по мне.
Они подошли к лагерю, где на удивление стояла такая тишина, какой уже неделю не было. Эли напряглась. Она кинула взгляд в сторону палатки генерала и заметила короля. Они стояли к ней спиной и что-то обсуждали. Сердце девушки заколотилось. Она кинулась в свою палатку и поспешила укрыться в самой её глубине. Бурка лишь сильней впился коготками в её плащ, боясь слететь с её плеча.
— Что ты носишься, как угорелая? — буркнул он, спрыгивая на пол. Бельчонок осторожно выглянул из-за края палатки и ахнул. — Это он? Это король? Король, да? — зверёк был так взволнован, будто и правда ждал медалей и победных песен.
— Он, — проговорила Элеонора, ища глазами, где бы ей спрятаться.
Не прошло и минуты, как кто-то вежливо покашлял у входа в палатку и попросил разрешения войти. Бельчонок метнулся в вещевой мешок и перестал дышать. В палатке было тихо, и ответа на вопрос короля не последовало.
— Эли, я видел, как ты пришла. Я знаю, что ты там. Позволь мне войти.
Элеонора выдохнула и еле слышно сказала:
— Войдите.
Элион шагнул в палатку и остановился у входа.
— Ну, здравствуй, моя роза. Я так давно тебя не видел. Как ты? — с нежностью в голосе спросил он.
Эли окинула короля быстрым взглядом и, отвернувшись, сказала:
— Я в порядке. Всё чудесно. Мы одержали победу над орками Пепельных гор, освободили пленных, так что на северных землях Эриона вряд ли остался хоть один выживший враг.
Король вздохнул.
— Да, я слышал о твоих успехах. Генерал говорит, что на твоём счету несколько десятков орков. Но как ты? Ты не жалеешь, что присоединилась к походу? Всё-таки война не женское дело.