Она хихикнула.
— Почему рай всегда так похож на землю?
— Лучше спроси: почему земля так сильно напоминает рай? Знай же, что Демиург создал полдневный мир по образу и подобию небесного; многие из диких мест, до которых еще не дотянулась рука человека, еще не забыли прекрасные небеса.
— Не можем ли мы войти внутрь? О, пожалуйста! Я ничего там не поломаю и не съем ни одного яблока. Ну пожалуйста!
Оберон прижал губы к ее уху и прошептал:
— Только Серебряный ключ может отомкнуть эти ворота. Один взмах Рогом Единорога, и этот сон вступит в бодрствующий мир. Богатство этого сада может вылечить все несчастья земли.
Венди склонила голову.
— Мне кажется, что это будет так приятно… — На лице появилось ее любимое выражение: одна бровь пошла высоко вверх, на надутых губках появилась презрительная гримаса.
Оберон поднял руку. В саду за воротами мгновенно, как во сне, ветки всех деревьев покрылись плодами, колосья налились зерном.
— Смотри, Земля может принести плодов без счета. И больше никогда не будет голода. Никакая война не начнется и ни один преступник не уйдет неотмщенным, пока я сижу на своем троне, Хлидскьялфе,[76] и вижу все человеческие секреты. Погляди на эту травку, которая растет на том лесистом холме; она называется панацея, и лежит все болезни, даже чуму и рак. А теперь взгляни на то дерево, вокруг которого обвился могучий и мудрый змей. Здесь растут яблоки Гесперид, которые восстанавливают юность.
Он опять повернулся к Венди и выпрямился.
— Пока мы с тобой говорим, люди умирают, один за другим. Мы можем помешать им умереть, но для этого рог единорога должен быть моим. Спрашивай обо всем, о чем хочешь. Я обнажу для тебя свое сердце.
— Почему Азраил хочет Ключ?
— Он очень злой человек, гордый и эгоистичный.
— А люди могут строить дома в раю? Мой папочка архитектор и, иногда, чиновники из мэрии не дают ему построить то, что он хочет.
— Человеческое искусство должно прославлять, а не унижать природу, и будет лучше, если каменщики вообще не будут работать. Мы разрешим построить только замечательные дома, потому что уродливые — настоящая боль; причудливые деревянные коттеджи, благородные каменные замки; но и они не должны вредить лесам или горам.
— А что с фабриками и заводами? Мы можем построить их в Раю? Папочка очень гордился заводом, который он построил в Калифорнии.
— Честная работа на благо людей приносит нам радость. Но разве из рабочих домов не изливается наружу коричневый яд и не валит дым? Мы не разрешим ради неистребимой любви людей к золоту вечно разрушать природу. Нет никакой нужды во всей этой сумятице, которая называется коммерцией, если все люди будут сыты, здоровы и защищены надежной рукой короля эльфов. Мои сундуки никогда не опустеют.
— А что в Раю будет с изобретателями? Мой папочка тоже изобретатель. Он придумал особый легкий сплав, который может выдерживать очень высокое напряжение, и его можно использовать в суперкомпьютерах и для сверхбыстрой передачи…
— Подчиняясь моей воле земля, ветер и волны дадут все необходимое, а эльфы сделают все то, на что природу можно уговорить: вещи для плавания, полета или передвижения, средства для того чтобы увеличивать или уменьшать приливы, или успокоить разбушевавшийся ураган. Для чего в раю строить огромные машины, чтобы вырвать у земли то, что она и так отдаст, добровольно и с радостью?
— Мой папочка еще и юрист…
Оберон тонко улыбнулся. — Человеческий разум не имеет никакого понятия о правосудии. На суде бессмертных нет и не может быть лжи и риторики.
— А что со Второй Поправкой?[77] У папочки большая коллекция винтовок и пистолетов. Он победил на нескольких соревнованиях.
— Для чего нужно оружие? У Офицеров Короля есть молнии, которые поразят преступника в любой точке земли.
— Великолепно. А если нам не понравится ваша администрация, мы сможем проголосовать против нее? Или мы обречены на добро? Папочка однажды пытался выставить свою кандидатуру в муниципалитет, но проиграл.
— Терпение научит тех, кто не понимает моих путей. Ребенок не может вырвать посох из рук отца.
— Ну хорошо, еще один вопрос. А ты можешь сделать такой рай, что люди, которых ты показал в бассейне, могут в него придти, вылечиться, отдохнуть, но люди вроде моего могут отца не приходить, если не захотят? Рай, из которого люди могут уйти, если он им не понравится?