Техника теней, которую использовали скинаки из «Жало скорпиона», была под запретом на всём Фаарде. Эта техника считалась идеальной для выращивания безжалостных убийц и любое её проявление сразу вызывало страх и отвращение у обычных людей. Любой, кто мог крепко держать оружие в руках, должен был схватить адепта теней и, если нет возможности отдать на суд паладинов Картанга — уничтожить самостоятельно.
Всё что касалось техник было прописано в священном писании Картанга. Это был свод правил и запретов как для адептов, так и для обычных людей. Написанным мессией Картанга три тысячелетия назад и распространявшимся по миру Фаарда в виде неприкосновенной веры служителями Картанга. Ликард, за последние пару столетий, не мало сил приложил для обращения из обычных священников в боевых паладинов Картанга, предоставляя им все инструменты, для отлова и линчевания адептов с запрещёнными техниками. И чём-то эта структура стала оплотом спокойствия на Фаарде, а чём-то — инструментом для ликвидации неугодных, ведь веру можно трактовать по-разному.
Думки думками, но пора было выбираться из этой кутерьмы. Жало скорпиона наверно плохо понимали на кого охотятся. Лидаса не просто так называли Броневиком Ликарда, а в скрытых кругах и одним из лучших ловцом на Фаарде. Не смотря на свою четвертую ступень мастерства, он давно был един с Путём Песка стихии Земли и владел всеми техниками песка. Сидя в глухой обороне, войну не выиграть, значит пора менять подход к ситуации.
— Рыцарь песка! — выкрикнул Лидас, активируя лучшую в данный момент технику.
Из защитного купола вышел песчаный рыцарь с длинным мечом и широким щитом. Скинаки ускорились в атаках. Каждая тень или малейшее затемнение служило им точкой скрыта, создавая множество мест для внезапной атаки. Они словно плавали средь теней не забывая посыпать мастера песка теневыми ножами. Но рыцарь будто не чувствовал всех натуг жителей песка. Доспех толстым слоем постоянно движущегося песка, покрывал адепта. Все простые атаки то соскальзывали, то застревали в песке. Щит Лидас подставлял под самые опасные атаки. Меч тоже больше служил для защиты, не было смысла пытаться прорубать им ускользающие тени. Так шаг за шагом Лидас дошел до выхода из подвала.
«И в чем была ловушка» — пронеслось в голове песочного мастера.
Опять какое-то шоу. На него нападает элитный отряд скинаков, адепты теневых техник, а он даже не вспотел. Смысл заманивать его в подвал, покромсав столько народу, чтоб просто отпустить. Что за бред. Лидас поднялся в зал и повернулся к злосчастной лестнице. Скинаки были ещё там.
— Песчаная гробница! — прокричал он, формируя одну из самых сильных своих техник.
Тонны песка должны были полностью заполнить помещение подвала, похоронив всех заживо. Никакие тени не помогут против давящей массы песка, и в этот момент Броневик почувствовал сильную боль в груди. Лидас упал на колени и разорвал рубашку. Вся грудь была покрыта плотной зелёной паутиной, в центре которой горела странная печать. Броневик переключился на внутренний взор, и картина, представшая перед ним, ещё больше ужаснула. Все энергоканалы были закупорены зелёной субстанцией, а само ядро выглядело не как сгусток концентрированной чакры, а как зелёным шаром, покрытым какой-то страной печатью, сковавшей все способности адептов.
«Какого черта происходит?» — пронеслось в голове Лидаса. — «Это невозможно».
В это место его ударил скинак, когда он ещё лежал на алтаре. Очевидно, тогда он и использовал какую-то неизвестную, запрещённую технику. Но техники не могут существовать без контроля, без постоянной подпитки чакрой. Как только контроль обрывается, тут же следует разрушение техники и это главное основополагающее у всех мастеров мира Фаарда. Техника Лидаса «Песчаный кокон» создаёт сферу, обрывающую любую связь с внешним миром. Никакая чакра не могла просочиться через неё, а значит техника печати должна была разрушиться. Или же это вовсе не техника, а какая-то болезнь, вирус, победивший его без особых усилий. Такой вариант ставит под угрозу весь устройство Фаарда, где мастера считаются высшей точкой силы. На этих мыслях сознание Лидаса начало меркнуть, уловив образы пятерых скинаков, поднимающихся из подвала. Остаток чакры от невоплощённой гробницы ещё оставался на пальцах, и Броневик, перед тем как провалиться в темноту, отдал последний на сегодня приказ песку, а может быть, и последний приказ в его жизни. В дальнем, самом темном углу зала закружился песок, оставляя на полу рисунок жала скорпиона и надпись «микарито», что означало «попал в плен».