Только после десятков экспериментов удалось освоить процесс. Ключом к успеху оказался многоступенчатый обжиг — сначала при низкой температуре для удаления влаги, затем при средней для полимеризации связующих веществ, и наконец при высокой для окончательного спекания.
Первым изделием из нового материала стала простая реторта — колбообразный сосуд с длинным горлышком для перегонки жидкостей. Испытания показали превосходную устойчивость к кислотам, щелочам и высоким температурам. Материал не реагировал даже с самыми агрессивными веществами.
Вдохновлённый успехом, он приступил к созданию полноценного перегонного аппарата. Конструкция была основана на смутно вспоминающихся принципах дистилляции — нагревание жидкости до кипения, улавливание паров, их охлаждение и конденсация в отдельном сосуде.
Куб для нагревания изготавливался из кислотоупорной керамики, но имел двойные стенки для равномерного распределения тепла. Внутренняя камера вмещала около пяти литров исходной жидкости. Внешняя служила для циркуляции нагретого воздуха от специально спроектированной топки.
Крышка куба была снабжена герметичным затвором и отводящей трубкой для паров. Трубка изгибалась под углом и вела к конденсатору — системе из нескольких соединённых сосудов, охлаждаемых проточной водой из водопровода.
Конденсатор был самой сложной частью аппарата. Внутри основного сосуда размещалась змеевидная трубка, по которой проходили пары. Снаружи трубка омывалась холодной водой, поступающей из одного конца и уходящей через другой. Такая конструкция обеспечивала эффективное охлаждение и полную конденсацию паров.
Приёмный сосуд располагался в конце системы и собирал готовый дистиллят. Он тоже был снабжён градуировкой для контроля объёма получаемого продукта и краниками для отбора различных фракций.
Первые испытания проводились на простой воде. Аппарат работал безупречно — нагревание, испарение, конденсация происходили в строгом соответствии с законами физики. Получаемый дистиллят был идеально чистым, без малейших примесей.
Но настоящий интерес представляла перегонка забродивших фруктовых соков. За недели экспериментов накопилось несколько видов слабоалкогольных напитков различной крепости и вкуса. Дистилляция могла значительно повысить содержание спирта и создать совершенно новый класс напитков.
Первая партия фруктового самогона получилась крепостью около тридцати градусов — значительно выше исходных пяти-семи градусов браги. Вкус был концентрированным, насыщенным, с ярко выраженными фруктовыми нотками. Не водка в чистом виде, но вполне достойный алкогольный напиток.
Эксперименты с различными исходными материалами дали поразительное разнообразие результатов. Перегонка браги из сладких корней давала напиток с землистыми, ореховыми тонами. Ферментированные ягоды — чистый, почти водочный продукт с лёгким ягодным ароматом. Даже забродившие остатки медовых сот диких пчёл давали алкоголь с цветочными нотками.
Но самым революционным стало открытие возможности двойной перегонки. Первичный дистиллят, пропущенный через аппарат повторно, давал продукт крепостью до шестидесяти градусов. При этом улучшались не только количественные, но и качественные характеристики — исчезали посторонние привкусы, усиливался основной аромат.
Освоение дистилляции открыло новые горизонты не только в производстве алкоголя, но и в других областях. Аппарат можно было использовать для получения чистой воды из любых источников, концентрирования растительных экстрактов, извлечения ароматических веществ из специй.
Особенно ценной оказалась возможность производства концентрированных лекарственных препаратов. Многие растения Фурии содержали биологически активные вещества, но в слишком низких концентрациях для эффективного использования. Дистилляция позволяла получать мощные экстракты из тонн растительного сырья.
Экстракт из корней одного растения оказался превосходным антисептиком — более эффективным, чем простое промывание ран водой. Дистиллят из листьев другого действовал как болеутоляющее средство. Третий экстракт ускорял заживление ран и восстановление тканей.
Постепенно формировалась настоящая аптечка из концентрированных препаратов. Каждое средство было тщательно протестировано на себе, дозировки подобраны экспериментально. Риск был значительным, но альтернативы не было — медицинская помощь на Фурии ограничивалась только собственными ресурсами.