Муж с интересом осмотрел спину и запястья. Сам он не врач, и больше, чем первой помощи, ожидать от него не приходилось. Но он твердо обещал заняться этим вопросом, как только утрясется текущая проблема. Вампир не обольщался. «Текущая проблема» вряд ли подразумевает осаду медового месяца. Хорошо, если этими отметинами займутся, хотя бы лет через пять. Но само обещание было невероятно приятно. На всем белом свете было только два существа, которые так заботились о вампире: собственно, новоиспеченный муж и светлой памяти капитан ан Аффите. Тот, правда, массажа не делал, да и вообще особой ласковостью не отличался, один мат чего стоил. Но факт от этого не переставал быть фактом.
Жизнь налаживалась. Но как-то очень странно.
-Я в ванную – Атрей небрежным жестом сдернул с полки чистое льняное полотенце – Это быстро.
Бэла ощутимо передернуло. Вода, бр-р-р…
-Я буду ждать – произнес он фразу, заключавшую в себе смысла куда больше, чем казалось на первый взгляд. Да и на второй, по правде сказать, тоже. Сектант исчез за границей сопредельного государства, и вампир остался в одиночестве. Он внезапно вспомнил, как муж во второй же (первый они оба провели за иным занятием. Нет, не тем – просто ожидали нападения) вечер предложил решить проблему. Вернее, начать ее решать. Но Бэльфегор отказался наотрез. Вода – нет уж, это не для него. С водой имейте дело сами. Атрей не обиделся. Сказал – если передумает, он всегда к услугам вампира.
И вот теперь, вампир этот сидел, грыз когти, и мучился перед очередным выбором. Угораздило же… Нет, почему Атерй не желает вести себя, как нормальный хозяин, вампир, в принципе, понимал. И это было… хорошо. Но непривычно. Слишком непривычно. Его не бьют, не сажают на цепь, не кормят с железной лопаты, не бросают к нему в клетку поверженных противников. У него вообще нет ни клетки, ни цепей. Зато есть – подумать только! – своя комната. Своя! Абсолютно! У него есть свое место, и он там хозяин. Хотя ночевать Бэл предпочитал все равно вместе с Атреем. И не только потому, что так безопаснее. Сам его муж заметил, что не видит никакого смысла в причинении физического вреда вампиру. Это же невыгодно, как же потом, при необходимости, Ли Кард будет сражаться?..
Сектант, погрузившись в горячую воду, мысленно еще раз пробегался по всему, что произошло сегодня, а потом перешел на то, что должно было быть завтра. Единственная за день возможность побыть одному и подумать. Нет, Бэльфегор никогда не мешал – в этом был его огромный плюс, по сравнению, например, с той же Арной или Лисом. Со всеми, с кем по воле случая Атрею приходилось работать в команде. Но, все-таки, один – это один. А не один, и еще один, который изо всех сил старается, чтобы его не замечали.
В сущности, такой супруг, как вампир, оказался чрезвычайно удобен – как Атрей и предполагал с самого начала. Отличный защитник, беспрекословно подчиняющийся командам, неприхотливый в пище, не требующий многоуровневого магического «покрывала», которое еще называли «фатой» — его плели все, вступавшие в брак, для второй половинки. Если, конечно, не хотели проснуться вдовцами. Дело это было тяжелое и долгое, а вот чего уж чего, а времени у сайентолога не было. Совершенно.
А еще вампир не лез не вовремя, не приставал с глупыми вопросами, не терял время, не спорил, не пытался выпендриваться, и вообще, с точки зрения сектанта, являлся примером подражания для любого члена ашуррана. Бэл никогда не теребил, когда видел, что лучше оставить человека в покое, и понимал, что неотъемлемое гражданское право на одиночество – это не глупые фанаберии смертных, а залог их душевного равновесия.
За все это Атрей готов был заплатить втридорога – потому что никогда не имел ничего подобного. Он за двадцать семь лет своей жизни уже так привык, что все, в пределах досягаемости кого ты оказываешься, непременно пытаются сделать минимум одно действие из этого списка, что поведение вампира изначально вообще не укладывалось ни в какую схему.
Мысль о том, что его любят, вообще была для сайентолога в новинку.
Примерно на этом месте его размышлений дверь тихо зашуршала, отъезжая в сторону. Атрей обернулся – никуда не торопясь. Войти сюда мог только Бэльфегор, так что, можно не дергаться. Вампир стоял, переминаясь с ноги на ногу, неуверенно поглядывая на круглый бассейн в полу, наполненный теплой водой. Он, с точки зрения Бэла, обладал как минимум одним плюсом над всеми прочими водоемами: содержал в себе невероятно притягательное с точки зрения Ли Карда мужское тело.
-Я… Попробую – произнес вампир, сам до конца не слишком-то веря в свои слова – Я решил.
-Иди сюда – Атрей протянул руку в его сторону – И не бойся ничего. Разве я не обещал, что не дам ничему повредить тебе?
-Но это же вода!
-Вода не кусается. Честное слово.
-Честное слово наемника? – Бэльфегор слабо улыбнулся. Он приближался к бассейну крошечными шажками, каждый из которых давался все с большим трудом. Хвост волочился за ним по полу, и вампир удерживал его там силой воли – стоило лишь его поднять, и он рефлекторно вцепится в любую деталь интерьера, желая воспрепятствовать дальнейшему продвижению.
Атрей подтянулся на локтях, выныривая из воды. Вряд ли это было для человека приятным, сообразил вампир. Наверняка холодно. Но тот себя ничем не выдавал. Он все так же протягивал руку вампиру – от горячей воды на ней проступили вены, выдавая его истинный возраст. Но даже это соблазнительное зрелище не перебивало водобоязни.
-Не надо бояться. Почему тебе не нравится вода?
-Потому что мне не нравятся воспоминания о ней.
-Единственный способ исправить это – создать новые воспоминания.
-Я сейчас подойду совсем близко – Бэльфегор сглотнул – Хочу попросить… Если я совсем обезумлю… Отдай мне соответствующий приказ, хорошо?
-Хорошо. Я обещаю, хоть мне и не хочется. А теперь дай руку.
Вампир присел на корточки, словно перед ним был не бассейн с водой, а жерло вулкана – и сами кончиками пальцев коснулся протянутой мокрой ладони. Весь дернулся, почувствовав капли воды. Сектант медленно сжал ладонь, продолжая что-то успокаивающе говорить. Ли Кард не мог бы сказать, что именно – он не понимал смысла слов, весь сосредоточившись на самоконтроле. Ему всегда было сложно совладать со своими порывами – он умудрялся хотеть одновременно великого множества вещей. Крови, выпивки, никотина, Атрея, убийства кошек, полета, и так далее. Но сейчас он бы все забыл – лишь бы оказаться подальше от бассейна с этой… водой.
Сектант легко подтянулся одной рукой, буквально вспрыгивая на бортик. Но даже вид его обнаженного тела не перебил страха – хотя и отвлек.
-Все в порядке – он осторожно, словно уговаривая дикое животное, подбирался ближе. Наверно, вампир и был для него таким вот диким животным – по крайней мере, существом, объятым животным ужасом, точно. Вторая мокрая ладонь аккуратно сгребла за плечи.
-Н-не надо!..— не очень членораздельно произнес вампир, из последних сил сдерживаясь, чтобы с воем не вылететь нафиг, проломив крышу.
-Останься, Каюи. Не уходи. Останься здесь. Ты разве не хочешь?
-Я хочу! Но здесь же вода!..
-Вода. А так же я и ты.
-Я знаю. Но вода же… Я не хочу воду!..
-Обними меня.
-Ч…Что?..
-Обними меня. Я прошу тебя об этом. Если ты, конечно, хочешь этого.