-Семь часов. Ты просил разбудить. – Атрей равнодушно застыл на пороге палатки, созерцая открывшуюся картину.
-Да. Сейчас. – Взлохмаченный некромант приподнялся на локте, приглаживая встрепанные смоляные волосы. Потревоженная его движением, заворочалась Дана, но он лишь набросил ей на плечи одеяло
-Спи.
Сектант выскользнул наружу, не желая мозолить глаза раздражительному ведьмаку. Ему требовалось немного времени, чтоб подумать. Проклятый (кстати, действительно проклятый) оборотень увел 414-ых у него из-под носа, лишив, тем самым, замечательного по своей простоте, плана.
Если бы они все же догнали основной отряд, дампил непременно получил бы от Ирфольте по первое число. И не факт, что остался бы жив и здоров. Атрей собирался амортизировать удар, сыграв роль посредника. Оставшийся ему должным, дампил, пожалуй, не отказался бы от интересного предложения. Как только отряд обрел бы стены, ведьмака можно было бы убирать. Атрею он становился неудобен. Сектант собирался предложить Деймосу занять его место. Управлять полукровкой представлялось ему намного более простым делом, чем манипулировать Ирфольте. Это становилось с каждым днем все сложнее. На самом деле хорошо, что с ни там сейчас Дана. Она выполняет роль модератора в пианино, снижая уровень злобности темного мага на пару показателей. За что ей большое сайентологическое спасибо. О том, что Дана может сорвать его план в Японии Атрей не опасался: Тенгри стер память выездного агента Сэдфилл после допроса.
Из палатки долетал смутный шум – видимо, там эти двое строили планы на день грядущий, и от этих планов кто-то будет опять отмывать лицо и шею. Дана имела скверную привычку пользоваться нестойкой помадой, и оставлять на жертвах своей профессиональной деятельности печальные следы своего пребывания. Впрочем, даже тотальная перемазаность ярко-алой помадой не убавляла ведьмаку зловещести. Видимо, кар-кар-карма…
Если бы Фальче мог знать, о чем думал японец, он бы поневоле с ним согласился. Но ведьмаку телепатии было не дано. Да и голова его была занята совершенно другими вещами.
-Скажи… — блондинка опустила расческу, на минуту оставив свои полураспустившиеся кудри в покое
– А тебя не смущает то, что я… Ну… Не совсем девушка?..
-Что ты имеешь в виду? – поднял на нее взгляд ведьмак. Дана и сама бы затруднилась ответить, что она имеет в виду, но ради него постаралась.
-Ну, что бы ты со мной не колдовал, я все равно мужчина…
-Не сейчас – ответ, точно такой же, как сама Дана выдала Арне, позабавил блондинку. Она повертела в руках расческу. Вытянула вдоль спальника длинные ноги. Для парня, игравшего роль девушки, они были выше всех похвал. Но для настоящей девушки, все же, слишком крупны. И, хотя Дана и знала, что этот факт совершенно не волнует Фальче, ей было неловко. Она постоянно забывала, что перед ней – не тот доброжелательный следователь, который всех поставил на уши, чтобы найти навязанного ему против воли напарника. Фальче, любивший Дану не за километровые ноги, и не за губки бантиком, а просто потому, что она как человек была ему приятна. Более чем.
-Тебя что-то беспокоит? – прервал ее затянувшиеся размышления Ирфольте. Собеседница пожала плечами – этот жест она уже научилась делать так, чтобы ее шестой размер при этом не совершал прыжка на девяносто градусов.
-Я думаю о том, что хорошо, все-таки, получилось, когда ты не стал меня спрашивать – превращать меня в женщину, или нет. Ты бы сомневался, и я бы сомневался, и мы бы тянули до второго пришествия Лиса в Институт, и ничего бы этого не случилось…
Она запнулась. Некромант смотрел на нее тяжелым, похожим на застывающую смолу, взглядом. Становилось ясно, что обсуждать с ним эту тему бесперспективно. Фальче сделал так, как считал нужным – так же он поступал и во всех прочих случаях. Просто до татуировки Черного хода он делал так только в вопросах, касавшихся его самого, и не затрагивал других людей. Три латинских слова наискось перечеркнули его предыдущую жизнь. Он испытывал дискомфорт после стрессовой новости относительно истинного положения вещей. В обычном своем состоянии он бы просто пережил это, как переживал неприятности раньше. В нынешнем – изменил положение вещей, не спрашивая у них позволения, и причисляя к этим «вещам» и Дану тоже. Этот человек был ему нужен для душевного здравия – он его получил. В том виде, в каком хотел, наплевав на все законы природы. Типичное поведение для темного мага.
Дана не была против. Иногда ведь очень хочется, чтобы решали за тебя…
-Теть Ир…
-Нет, это невыносимо… генерал, я не «теть Ир», а «товарищ майор»!
-Да какая разница, я лейтенанта СеКрета все равно не нашел…
-Удивил! Вот если бы ты сказал, что нашел его – вот тогда бы я, может, и уронила челюсть… И при чем там СеКрет?..
-Так сами ж сказали, телепата, не имеющего отношения к Шафрану, найти…
-Но не лейтенанта же, который на больничном!.. – Ирина схватилась за голову – Как только с тобой твой куратор справлялся?!
На лице Джежоли появилось мечтательное выражение. Джарская мысленно себя обругала. Нет, ну что за сумасшедший дом такой сегодня…
-Лучше расскажи, что в лабораториях – перевела разговор на другую тему она – может, там что-то прояснилось?..
-Ничего – замотал головой оборотень, отхлестав себя по плечам собственными косичками. Восемь тонких и длинных «крысиных хвостиков» своей легкомысленностью раздражали не одну Джарскую.
Майор закрыла глаза. Мысленно досчитала до десяти. Это не помогло. Тогда она открыла глаза и поглядела на оборотня. Медленно, чуть ли не по слогам, произнесла:
-Я туда схожу, а ты иди к себе. И не спрашивай, почему!
-А почему? – тут же спросил Джежоли.
Майор в очередной раз напомнила себе, что испепеление генерала ИПЭ чревато печальными последствиями.
Здесь было очень тепло, чтобы не сказать – жарко. Градусов тридцать, не меньше. Пахло восточными благовониями, и ароматическим маслом.
Лейтенант протянул руку, не пытаясь «посмотреть» ментально. Под пальцами гладко и лаково проскользила полированная поверхность ливанского кедра – телепат узнал дерево по запаху. Тяжелые бархатные складки полога. Вышитый шелк подушек, в беспорядке разбросанных вокруг.
Он сел, ощущая головокружение. Осторожно поискал, где оканчивается это роскошное ложе, и тут же ощутил под босыми ногами густой ворс ковра, в котором утонул почти по щиколотку.
Очередная попытка «посмотреть» окончилась все тем же провалом. Любопытно, куда же его опять занесло, и, главное, как. Последнее, что он помнил – неторопливую прогулку по городу утренней порой. В один прекрасный момент, совершенно неожиданно, пала тьма, и проснулся он уже здесь.
Телепат сделал несколько шагов, и наткнулся на край какой-то низкой мебели. В лучшем случае, ему до колена, и тоже засланной чем-то мягким. Внезапно его протянутую в поиске руку накрыла чужая ладонь – большая и горячая
-Вот мы и снова встретились, самое доброе в мире привидение. Правда, без мотора…
-Добрый день, господин Нао.
-О? А раньше ты звал меня по имени.
-Ваше имя было настоящим – пояснил телепат – Я это чувствовал. А фамилия «Аивенно» — нет. Зачем же я буду звать вас чужой фамилией?
-А почему бы тебе и теперь не звать меня просто Вэлэром? – поинтересовался обладатель горячей ладони. Он властно потянул собеседника на себя, силой усаживая его на низкий восточный диван. СеКрет привычно сложил руки на коленях – его собеседник не стал его удерживать.
-Мы не настолько близко знакомы, чтобы я мог позволить себе звать вас по имени – отозвался лейтенант – Простите мое любопытство, но не расскажете ли вы мне, как и зачем я здесь очутился?
-Расскажу. Не торопись, а то успеешь. Сейчас всего лишь три часа пополудни. Так рано дела не обсуждаются.
-Это местная традиция?