-Не вижу ничего странного в своих словах. Это принцип. Я не могу, и не буду, если ничего не чувствую. -То ли чудо, то ли чудовище, я все никак не определюсь... — Дана, позабыв о предосторожности, закурила, держа в сильных пальцах длиннющий мундштук. Он лаково отсвечивал в лучах заходящего солнца. -Я так решил — упрямо стоял на своем собеседник — Значит, так будет. -Хорошо, дорогой — покорно вздохнула блондинка — Впрочем, все в отряде и так считают меня твоей любовницей... Дана провела рукой по его лицу, задумываясь не столько о своих действиях, как о своих ощущениях. Много раз до этого агент Сэдфилл совершал такие, или похожие действия во время работы, во имя целей и задач ИПЭ. За ними, действиями то есть, стоял холодный и трезвый расчет и никогда — личная заинтересованность. Но теперь все изменилось. В первую очередь в том, что агент Сэдфилл всю жизнь прикидывавшийся женщиной, ею стал. Особо сильного шока это не вызвало, все-таки сколько в образе работал-то. Но с некоторыми вещами пришлось столкнуться впервые: никогда прежде агент Сэдфилл не смотрел на объект работы так, как на некроманта. Единственного человека, кого он мог бы назвать другом. -Ты говорил, что серьезно относишься к терминологии. И ко всему, что происходит между людьми.
-Говорил и повторю.
-Ты меня любишь?..
-Отличный вопрос. Но глупый — он улыбался, наблюдая за собеседницей
-Какая же, оказывается, ты ехидная язва... — Дана вздохнула. Разговор давался ей трудно. Она вообще другое имела в виду, но кто бы тут ее спрашивать стал, что именно... Когда Ирфольте чего-то хотел, он брал и делал, а все несогласные могли или молчать или быть проклятыми. -Девять лет?.. А это... ну, нормально вообще? — поинтересовалась она, пытаясь уложить информацию в своей голове. Та отказывалась не только укладываться, и вообще находится там. -По-моему совершенно нормально. Скажи, а зачем? Зачем, если за этим ничего нет? Тело без души. Как зомби. Дане стало страшновато. Примерно как если бы ей предложили отправиться в космос — вот прямо сейчас, сию же минуту!.. Одно дело быть «идеальной женщиной главного злодея», готовить кофе, делать массаж и спать у него под боком, и совсем другое — вообще послать на фиг тот факт, что когда-то ты не принадлежал к женскому роду. Ее затянувшиеся размышления прервали:
-До вечера время есть. Сейчас ты мне еще будешь нужна для одного дела. -Говори, займусь — с готовностью кивнула блондинка. -Не ты. Мы. -Вдвоем?..
-Именно
-Но я же ничего не понимаю в магии...
-Тебе и не нужно ничего понимать, просто делай то, что я говорю. — Дана при этом подумала, что она и так постоянно делает то, что говорит некромант. И, вроде бы, у него нет причин на нее жаловаться. Хотя да, «некромант» и «жаловаться» вместе не сочетаются...
Фальче встал, и собирался идти и заняться сборами, но его остановила Дана. Удерживая за руку рядом, сказала, глядя снизу вверх
-Пока я нужна, я буду рядом и буду делать то, что ты говоришь. Собственно, я такая же, как и все прочие члены этого отряда: мне некуда больше идти...
Фальче силой поднял ее с дивана, прижав к себе. Благодаря неуемной фантазии Пазолини, то есть непомерным каблукам, к которым испытывала явную слабость Дана, они были фактически наравне, нос к носу. Правда, агент Сэдфилл был на порядок мельче, но тем не менее. -Есть такая поговорка — произнес Фальче — «В коридоре много дверей», слышала?
-Ты что, тоже был в коридоре?.. — удивленно переспросила девушка. Она немного отстранилась, хотя делать этого не очень хотелось. Блондинке только оставалось себе напомнить, что она хоть и не мужчина и воин, но где-то рядом, ну, по крайней мере, когда-то была. И что надо как-то справляться с теми фокусами, которые откалывает это женское тело. Еще не ко всем ним Сэдфилл привык...ла. До ритуала он мог бы четко ответить самому себе, что Фальче ему дорог и симпатичен, однако все же не настолько, чтобы спать в его постели, или сидеть у него на коленях и методично размазывать свою помаду по его шее... Хотя — кто его знает, как бы сложилось тогда, не иди события так быстро. Может, и дошел бы до жизни такой. Сейчас же вот дошел. То есть дошла. И не собирается на этом останавливаться. -Я решил — зачем-то опять перешла на полузабытый мужской род Дана
— Только не перебивай, я именно что решил. Тело у меня может быть любым, я не перестаю от этого быть... не-девушкой, скажем так. Но я все равно решил. -Что именно? — осведомился Фальче таким тоном, будто и так заранее знал. Он смотрел на собеседницу полу прикрытыми глазами, и под этим взглядом Дане почему-то вспоминались всякие крупные зубастые существа, бродящие по лесу в ночи с желанием пообедать. -Возьми меня. Сейчас, или с собой, или куда угодно, или в любом другом смысле. Если хочешь. -Хочу.
-Отлично. Я согласна. Я буду для тебя женщиной. Я решил. Глупо звучит, да?
-Нет. -М-да, правда, я так понимаю, никуда мы сегодня тогда уже не поедем...
-Ну почему же, еще как поедем. Ближе к ночи. В темноте даже лучше будет. Меньше уровень дисгармония. -Я все равно не знаю, что это такое... — Дана поглядела в окно, подумала о чем-то, и внезапно огорошила собеседника очередным парадоксальным перлом:
-Скажи, — медленно начала она — а можно я тебя попрошу?
-Проси — разрешил темный маг. Он выглядел вполне довольным ситуацией и терпеливо ждал ее развязки.
-Скажи, мужчины девушек вообще на руках носят не ради того, чтобы ощупать?..
-Хочешь проверить?
-Это не шутка. Я действительно хочу это знать. Хотя меня и редко носили: я, скажем так, не маленькая...
-Значит, хочешь проверить — словно не слышал ее Ирфольте — Отлично. Правда, помнится, ты протестовала, когда я в последний раз исполнял твое желание...
-На этот раз я не буду — пообещала Дана — И как-нибудь смирюсь с той мыслью, что действительно перехожу в разряд извращенцев...
-Еще раз назовешь мою женщину этим словом, и никогда больше не увидишь ее в зеркале.
-Ни хрена себе, проклял... — успела еще прокомментировать заявление блондинка, перед тем, как ее ноги оторвались от пола. «Оказывается, носят» — удовлетворенно подумала она, обняв некроманта за шею — «Вот и отлично...»
====== Отражеине в глазах – в ======
Эфла еще раз просмотрел список выполненной работы. Итак, съездить в Сибирь, поднять там послужной список Шафрана — есть, мотнуть в Питер, пообщаться с Николаем Орловым — есть. Допросить саму Орлову — есть. Сказать «спасибо» (в эквиваленте шести литров) генералу Нортону, за то, что передал всю требуемую информацию о Коридоре <nobr>414-ым —</nobr> есть...
Что осталось-то?..
Ах, да...
Капитан спустился в подвальную часть здания, где кроме лабораторий было еще много чего интересного. Например, камеры заключения.
Когда его группа Б передала ему дело о Слепце, в запасе оставался один день. Этот день Эфла потратил на то, чтобы найти среди заключенных и задержанных за правонарушения магов безумных, которым сделка с демоном на его условиях пойдет едва ли не на пользу. И выбрал самую удовлетворяющую кандидатуру среди них. Слепец, и ему подобные создания, питались человеческими эмоциями. Осваивая новое «вместилище» они вылепливали из человека совершенно новую личность. После того, как Ирфольте умудрился призвать демона из нижних слоев эфира в реальный мир, ИПЭ не имело желания сотрудничать — ни с одним, ни со вторым. Но если в случае с некромантом события их и не спрашивали, то все, связанное со Слепцом, было более или менее под контролем. Начать уже хотя бы и с того, что тот явился в приемлемом для этого мира облике, заявив, что не против сотрудничать. Начать свое общение с Институтом он бы хотел с того, что извинился бы перед лейтенантом СеКретом за те неприятные минуты, что тот пережил по вине Слепца в Елгавском штабе. Теперь же оный Слепец курсировал по штабу в облике непримечательного мужчины, нигде не расстающегося с темными очками. Это была вынужденная мера необходимости: глаз у этого существа не было. Слепец нашел предложение Эфлы приемлемым, остановил свой выбор на одном из заключенных, а между делом — давал неплохие консультации магического характера всем желающим. А сейчас с ним бы хотелось просто поговорить...