-Хороший подарок – одобрила девушка
-Сборник крылатых латинских изречений.
-Не тот ли, за которым ты меня когда-то посылал?
-Именно тот – кивнул Атрей – Наш библиотечный сборник я не намерен передавать в чьи-либо руки
-Как ты тонко обошел термин «чужие»…
-Уже не чужие.
-А зачем ты сделал это? В смысле, отдал книгу?
-По двум причинам. Во-первых, крестнику положен подарок, которому тот должен радоваться.
-Хорошо, что ты на сутки раньше не успел – фыркнула девушка – Иначе я бы посмеялась над тем, как ты даришь своему крестнику наряд для Бала Роз…
-Золушка – произнес сектант без всякого выражения – А во-вторых, это способ остановить темного мага.
-Ты решил его останавливать?
-По правде сказать, я бы не отказался от его смерти. Однако, в виду последних обстоятельств, о которых ты наверняка слышала, стоя за моей дверью, этой роскоши я себе позволить не могу. Отдавая Лаари книгу я, формально, лишь следую долгу крестного. Лаари же найдет там фразу-ключ, применит ее, и тут возможны три варианта. Либо у него все получится, и ведьмак остановит экспансию, либо ведьмака убьют, либо он убьет 414-ых.
-Что тебе удобнее всего?
-Второе, разумеется. Однако я сомневаюсь, чтобы Лаари убил его. Так что вполне приемлемым считаю вариант хотя бы обессилить…
Атрей оторвал взгляд от кустов за окном, и поглядел на сестру. Кристина сидела ровно, спрятав кисти рук в широких рукавах юкаты, и внимательно слушала. Идеальная сестричка, что и говорить.
-У меня будет очень много работы – произнес сектант – Теперь, когда я закончил с разметкой поля, то есть со всеми родственниками, и прочими связями, дом полностью на тебе – я в тебя верю, у тебя все получится идеально
-Можешь не сомневаться – заверила брата Кристина – Я все сделаю в лучшем виде. Ты будешь работать у себя?
-Нет. Мне потребуется кабинет отца. Там удобнее работать, и еще сохранились экранирующие щиты, я проверял. Сегодня в четыре часа первое занятие для тринадцати, а потом не беспокой меня.
-Не буду – кивнула с готовностью собеседница. Атрей потрепал сводную сестру по макушке, и вышел из комнаты.
Кабинет, упомянутый им в разговоре, представлялся ему не таким уж простым заданием. Там было тайн и загадок, хвативших ему на полжизни – учитывая, насколько он-то не преуспел в «семейном бизнесе»… Тем не менее, Атрей собирался попрактиковаться с новыми силами, а ничего более экранируемого в его распоряжении не находилось.
Под порогом кабинета топталась Эцуко. В руках она держала сверток, опознанный наемником с первого взгляда.
-Что ты здесь делаешь? – поинтересовался Атрей с той безликой доброжелательностью, которой отличаются вышколенные секретарши крупных боссов. Эцуко молча кивнула на свою ношу, но потом передумала хранить молчание, и пояснила:
-Ты сказал, отнести к тебе на стол. Но я не знаю, где он, и решила отнести на стол Тенгри. Дверь заперта, я не могу войти, а уйти ведь мне нельзя…
-Заходи – позволил ей сектант, заставляя раздвижную дверь распахнуться. Он знал, как та реагирует на родственную связь, и не опасался последствий. Эцуко маленькими аккуратными шажками продефилировала к обширному столу и бережно опустила на него свою ношу. Обернулась к сектанту, и молча на него воззрилась – дескать, всем ли доволен? Тот был доволен всем, о чем и сообщил посредством кивка. Разговаривать Атрей явно не собирался. Эцуко, впрочем, тоже – у нее были свои планы. Проходя мимо наемника, она внезапно сделала резкий выпад в его сторону. Не отошедший еще после ранения, тот не успел отреагировать привычным образом, и быстро отпрянуть. Однако девушка не собиралась нападать – быстро привстав на мыски, она прижалась губами к узким губам Атрея, надеясь хоть так дать понять свои намерения. Однако это удовольствие продлилось не более секунды – губы так и не разомкнулись. Сайентолог отступил на шаг, отказываясь принимать участие в подобном мероприятии.
-Думай, что делаешь – спокойно заметил он, словно Эцуко только что при нем споткнулась, не глядя под ноги
– Зачем мне это? Я человек семейный, и на стороне утешения не ищу.
-Ты никогда не любил мужчин – возразила Эцуко, решив идти до конца – Это ведь просто политика, я знаю. Моя мать была замужем за другой женщиной, магом ритуала общины оборотней-медведей, это тоже было выгодно. Думаю, твой вампир нужен тебе лишь для дела.
-Да. Но не для того, о котором ты думаешь.
-Ты не любишь мужчин, но отказываешься от меня? – деловито уточнила собеседница
-Не обобщай частное. Зачем мне все мужчины, если у меня есть муж?
-Ты играешь словами.
-Кто мешает тебе?
-Ладно – Эцуко пожала плечами – Придется поискать в другом месте. Жаль. У меня на тебя такие планы были…
-До свиданья – ровным голосом отозвался Атрей, пропуская ее к двери. Закрыв ее, он наконец-то приблизился к столу. Его содержимое вызывало в наемнике намного большее волнение, чем все несомненные прелести Эцуко. Здесь ему светило провести долгое время. В любом случае, это место он исследует перед тем, как уничтожить. В этом доме должен быть только один хозяин, и это не мертвый верховный шаман.
У Эфлы пухла голова – впрочем, как и всегда. После того, как его навестили Бэл и Лаари, вывалив на эту его голову массу ценной информации, он запутался еще больше. Строго настрого наказав им ни под каким соусом не лезть в ИПЭ, потому, что здесь где-то до сих пор сидит «крыса», зомби не почувствовал облегчения. Родная паранойя скалила зубы и танцевала краковяк. Эти… идиоты… наверняка ведь сделают по-своему. Непременно нарвутся на неприятности. По законам жанра « главный злодей всегда самый незаметный», за всем этим безобразием должен бы стоять Это СеКрет… От этой мысли Эфлу ощутимо передернуло. Не хуже, чем от тех жутких словечек, которыми его называли эти 414-ые недоумки. «Кепипусечка»! Это он-то!.. Банда извращенцев, а не ячейка…
Тем не менее, все запутывалось и запутывалось, и конца-краю этому было не видно. Только разобрались со Слепцом – отколол очередной фортель Джежоли. Доктор Воронов отбарабанил майору Джарской свой, с позволения сказать, «отчет», и умчался к себе, в медчасть. Потому что этот зефирковый недоумок умудрился в буквальном смысле свалится хирургу на голову с перебитым плечом и бредовым рассказом. И Воронов не мог спокойно жить, пока не убедится, что все с генералом лисов в порядке.
А в остальном в штабе все было, как и всегда. Пропал лейтенант СеКрет, видимо, традиционно потерялся. Едва не поджарила хмельных дежурных капитан Рысева, во всем, кроме спиртного, добрая и душевная женщина. Полковник Хьюстон прислал телеграмму, согласно которой давал капитану ан Аффите доступ к части присланных 414-ыми предметов. И эта часть почему-то вся сплошняком состояла из ручек. Которые, согласно записке, «кепипусечке» предписывалось ломать во время злости. К каковому действу зомби приступил незамедлительно, матеря своих ненормальных подопечных в три этажа. Литания, и все духи предков, ну почему они не могут присылать НОРМАЛЬНЫХ отчетов??? А?! Вот я вас спрашиваю?..
Сегодня ему на стол подали еще стопку документов, не имеющих совершенно никакого отношения к его основной работе. Тем не менее, все уже привыкли спихивать ему на проверку совершенно все. Говорят, в Питере штаб праздновал избавление от ан Аффите, как Новый Год, а в Днепре, наоборот, объявили траур по поводу его перевода. Посторонние документы касались организаторской деятельности. Доктор Воронов за последние три недели, кажется, поставил себе великую цель: догнать и перегнать. Но не загнивающий Запад, а печально известного своим педантизмом дохлого формалиста. Хирург и впрямь был завален работой по уши, если не более, и отчаянно требовал подкрепления. Его мольбы были услышаны, и медблок, наконец-то, поделили на две части. «Человеческую» оставили Воронову, а вот вампиров, оборотней, и прочих нелюдей сплавляли теперь к Зореню. От какого только пациента он отказался наотрез, так это от Джежоли. Сказал, что тот все равно не запомнит, в какую дверь теперь надо стучать, чтобы добрый дядя доктор тебя полечил. В принципе, это было недалеко от истины. На практике, видимо, тоже, но кто бы об этом сказал…