Между камней, извиваясь тонкими ручейками, стекала какая-то мутно-желтая жидкость. Она оставляла на камнях неаккуратные бороздочки и издавала сильный запах лекарств.
Дом, в котором буквально вчера обустроилась на новом месте Элен, чтобы создать свою лабораторию, прекратил свое существование от взрыва кислоты, спровоцированного толчком извне.
Припомнив, что там им рассказывали по криминалистике, темный маг с неудовольствием принялся за изучение развалин. Для него день был испорчен безвозвратно.
-Чтоб им там всем икалось в этом Институте!
-Дорогой, что случилось?
-Я смотрю, таблеток ты уже выпила?
-Ну, если тебе нравится, когда я швыряюсь вещами, могу выплюнуть обратно…
-Не стоит – некромант широким шагом прошел по комнате и опустился в любимое кресло. Дана давно обратила внимание, что Фальче всегда старается устроиться в самом плохо простреливающемся месте – видимо, рефлекс.
-Что случилось… Долго рассказывать.
-Я не против долгих историй – блондинка привычно устроилась у мужчины на коленях, приготовившись слушать. Она еще не совсем понимала все происходящее, однако тот факт, что темный маг о ней заботится, сомнений не вызывал. Так что к его вспышкам ярости Дана уже привыкла. И к тому, что он не терпит, когда ему перечат тоже. Это было не так уж и сложно.
-Только что вернулась Инесса. Телепортировала под ворота, и ее заметил караул, Фернандо и Синтия. Инесса совсем плоха, почти вычерпала свой резерв. Она единственная выжившая. Когда они уже возвращались, то попали в засаду. Инесса говорит, что смогла только понять – засада Институтская. Она была слишком сосредоточена на своей магической защите, чтоб ей жабы ночью снились, дуре безмозглой…
-Что плохого в том, что Инесса защищала группу?
-Не в защите дело, а в том, что она в результате ни группу не спасла, ни сведений не принесла… Я не знаю состава нападавших, и даже с чего она взяла, будто это был Институт, тоже не знаю. Я получаю информацию, если кого-то из отряда убивают, и мне можно не прикладывать особых усилий для того, чтобы их поднять. Если без подробностей, то это почти автоматический процесс, проходящий чуть ли не подсознательно. Зурга и Кевин точно были подняты, а вот Элен расчленили. Голову отделили точно. А на текущий момент в запасах что-то около пары десятков телепортов, обычных шариков. Кроме Элен здесь никто не умел их готовить.
-А она никого не успела научить – понимающе кивнула Дана – Да, жаль ее. Симпатичная.
-Кто? – рассеянно переспросил темный маг, думавший о чем угодно, только не о жалости к погибшей изобретательнице
-Элен, говорю, симпатичная. А что ты теперь будешь делать?
-Не поверишь – пойду спать… Нет, я сказал – спать! А заодно подумаю, как быть с Институтом.
-Я не понимаю.
-Я сам уже ничего не понимаю. Институт предъявляет нам претензии с самого начала нашего существования. Мы, как организация, ничем не заявляли о себе, не выдвигали лозунгов, условий, ультиматумов. Даже названия, а Новой Волной нас обозвали как раз в ИПЭ, не знаю уж за что. Знамя было безумной идеей Инессы. Так чем же мы их не устраиваем?
-Может, тем, что мы – террористы? – невинно предложила Дана свою версию
– Тем, что мы пошли на военные действия? – она едва не пожалела о своих словах, когда якобы расслабившийся ведьмак резко повернул голову в ее сторону
-Ты вспомнила?!
-Нет – покачала головой девушка – Но мне рассказывали. Ну, сам понимаешь, наверно, скучно сидеть в четырех стенах. Я и пошла – погулять, с людьми познакомится…
-И они вот так просто тебе все взяли и выдали?
-Ну, не просто, к каждому есть свой подход… Почему ты на меня
так смотришь? Я сделала что-то не так?
-Все так – Фальче снова закрыл глаза и откинул голову, отдыхая – Вот как раз теперь все действительно так.
-А зачем тебе вообще понадобилась та несчастная община? – поинтересовалась блондинка. Она запустила пальцы в жесткие темные волосы ведьмака, и, кажется, это занятие ее забавляло. Полосатый Крокозябл – зачастую, ее единственная компания – сонно покосился на эту композицию, профырчал нечто непонятное и утерянное для истории. И перевернулся на другой бок, спать дальше.
-Во-первых, я не люблю, когда мне указывают что делать. Во-вторых, они собирались открывать Геньяр. Кальвар признался. Собственно, с Кальвара все и началось. Он приехал сторговать Арну Аэддин.
-Ага, работорговля, то-се…
-Дана…
-Да?
-Тебе никто не говорил, что раскручивать на информацию темных магов – дохлое дело?
-Не помню – с обезоруживающей искренностью отозвалась блондинка, пожав плечами – Может, ты же и говорил… Я не знала, что тебе это не нравится. Больше не буду.
-Я не возражаю.
Дана успокоилась и затихла. Она еще мало что понимала в окружавшем ее мире, однако одно могла сказать точно – пока рядом с ней этот человек, опасаться ей нечего.
Атрей закончил разбираться с содержимым хотя бы одного ящика стола в кабинете далеко за полночь. Безумно хотелось спать, но в чем-то было даже приятно немного потянуть время – ведь все дела уже сделаны.
Те, кого он называл просто «тринадцать» давно спали в своем крыле дома, Кристина наверняка тоже видела десятый сон. Хотя лучше проверить.
Сектант тихо покинул рабочее помещение и прошел по коридору к комнате сестры. Осторожно отодвинул створку двери, заглядывая. Комната девушки напоминала ему нечто среднее между библиотекой и оружейным: книги, которые она натащила сюда, занимали едва ли не все пространство стола, а вот стены украшала неплохая коллекция метательного оружия. Сама Кристина беззаботно свернулась калачиком, и дышала глубоко и размерено. Атрей приблизился, и пригладил немного растрепавшиеся волосы спящей. Девушка отреагировала на прикосновение мгновенно – серые глаза распахнулись, и их взгляд немедленно метнулся к ночному посетителю.
-Что случилось, нии-сан? – едва слышно прошептала Кристина
-Ничего. Я лишь хотел убедиться, что с тобой все в порядке. – Атрей еще раз провел ладонью по гладким волосам сводной сестры – Я, знаешь ли, люблю, когда с моей семьей все в порядке.
-У меня самый лучший братик – Кристина немного по-детски улыбнулась. Атрей невольно припомнил, сколько раз он мечтал увидеть это выражение на лице Арны – доверчивое и дружелюбное. И вот, дождался. Только теперь оно ему уже не нужно. Совершенно. По крайней мере, в том смысле, что прежде. Впрочем, как сестра, бывшая Арна устраивала сайентолога совершенно. Она была предана, исполнительна, прекрасно обучена, и действительно его любила.
-Оней-чан, я хотел бы предупредить тебя еще об одном – наемник присел на край постели. Кристина немедленно подвинулась, давая ему место. В голове смутно заворочались воспоминания дремучего детства – как она боялась грозы, и всегда бежала ночью по темному коридору к брату, и как он никогда не прогонял ее.
-Я все сделаю, нии-сан!..
-Это на счет моего крестника. Показывай ему, что он – твой друг. Он не человек, у них, эльфов, другая психология. Для того, чтобы быть наиболее полезным, ему надо чувствовать дружбу окружающих.
-Я буду самым приветливым другом твоему крестнику, нии-сан. А как на счет твоего хаку?
-Хаку и так вполне с тобой дружен. Ты сможешь убедиться в этом сегодня же. Я собираюсь пригласить обоих сюда.
-Есть к ним дело?
-Есть. Называется «семейный ужин». А вот ты в это время отправишься туда, где они живут, и внимательно исследуешь это место и их вещи на предмет посторонней магии и прочих вредителей. Ловушки, подслушивающие устройства, ниточки-следилки – одним словом, все, что они по незнанию могли подхватить. Почистишь все, и смотри, чтобы они тебя не вычислили.
-Конечно, нии-сан. Положись на меня, все будет исполнено в лучшем виде.
-Я никогда в тебе не сомневался. Да, кстати, почему именно Тутти Шарп?
-Это одна из девушек Бонда, нии-сан, имя – личина. Тебе не нравится, ты недоволен? – Атрей поглядел в светящиеся беспокойством глаза сестры и улыбнулся так мягко, как мог