И, разумеется, пока Новая Волна отбивала прорыв, эльф при помощи своих товарищей, сбежал, только его и видели. Везучесть Ирфольте давно следовало пустить на фразеологизмы. Зато во время отбивания прорыва темный маг снова встретился с командовавшим всем этим безобразием Джежоли. Генерал лисов уже успел где-то оставить свою винтовку, зато обзавелся каким-то заговоренным эстоком – подобрал возле одного из убитых. Верхом на своей Зефирке и с этим оружием он выглядел достаточно внушительно – если, конечно, не обращать внимания на след от мармелада, не вытертый со щеки. Фальче не обращал. Ему самому мармелад был глубоко безразличен, Вереску тоже, а уж Астодану и подавно.
Оружие из Коридора с одной стороны, и способности оборотня с другой уравнивали шансы обоих. Впрочем, если бы и нет – в бою, где один из участников твердо намерен отнять жизнь другого, о таком быстро забывают. К тому же, после схватки на пороге полицейского управления Астодан за что-то крепко невзлюбил оборотня – может, за то, что ему удалось ускользнуть, или за вырванную буквально из пасти добычу – некромант не особенно разбирался.
Небо, так и оставшееся асфальтово-серым с утра, снова и снова озаряли магические вспышки – по лицам людей пробегали чудные тени. Темные тучи, собиравшееся над Ниневией, стали собираться снова.
Некромант не стал выдерживать драматическую паузу и изображать отличную мишень для стрельбы: дав коню шенкеля, мерной рысью двинулся навстречу противнику. Джежоли немедленно сделал то же самое. Его Зефирка по всем параметрам могла бы дать Вереску фору: судя по всему, ее родители буквально родились призерами. Так что и бежала кобыла резвее.
Инесса, все еще державшая защитные «колпаки» над указанными вестовыми местами, вытянула шею, чтобы лучше видеть. Она от кого-то из своих недавно слышала, что, вроде бы, Эту Паршивку убили, или, по крайней мере, серьезно ранили. В любом случае, хоть что-то хорошее в этом дне. С другой стороны, Инесса была одной из первых, кто желал боя. Гнев и обида, кипевшие в ней много лет, просились на волю.
Через мгновение оба всадника встретились: по-детски наивный и дружелюбный Джежоли, и справедливый рыцарственный следователь. И оба они пытались прекратить существование друг друга.
Джарская, только-только вылезшая из лазаретного обоза, после перевязки, как раз увидела эту сцену. Перед глазами, почему-то, встали ее рабочие карандаши фирмы «Фебер-Кастел». Фирменный оттиск на них как раз изображал сошедшихся в схватке конников. Ирине всегда казалось, что это очень красиво и в чем-то даже романтично. Теперь же она убедилась: ни то, ни другое. Только кровь, грязь и много боли. И норовящая вгрызться в тебя сталь. Потом ее позвали на позиции, отбивать опять обнаглевших вампиров, и она так и не увидела, чем дело кончилось. И, наверное, оно и к лучшему.
Из-за этих двоих бой переместился из центра влево – именно туда, на прикрытие от основной части Новой Волны, скомандовал идти Язоров. Его отряд в своем зверином обличье втаранился в колонну сражающихся, как нож в масло. Волна встретила барсов в штыки – и в прямом и в переносном смысле – однако, своего они добились. Разбили строй. Джежоли, все же достав некроманта напоследок острием эстока, сквозь зубы скомандовал сомкнуть ряды и не выпускать его из кольца. Однако из перспективной идеи ничего не вышло – потому что сюда опять добрел сабервирм, уже слегка оклемавшийся. Лениво раскидав противников носом, как котят, он проложил хозяину дорогу к его отряду, срочно в нем нуждавшемуся. Ни у кого даже не возникало сомнений, что едва первостепенные проблемы будут решены, эти двое снова встретятся, и растащить их сможет только безносая старуха с косой.
Переформировав отряды, Ирфольте отправился дать команду резерву. Не такому уж большому: всего дюжине человек. Но в такой момент и дюжина со свежими силами стоит многих. На территории «башни» ничего не говорило, что где-то идет бой. Утративший львиную часть своего добродушия Кальвар быстро и качественно обработал рану некроманта, попутно выложив ему все, что творилось с этой части полигона. Фальче слушал, закрыв глаза, и стараясь терпеть. Обезболивающее кончилось на этом пункте что-то около часу назад. Как обычно, Ирфольте повезло, как утопленнику…
-Кто здесь еще кроме меня? – поинтересовался он, дождавшись первой же паузы в речи оборотня
-Синтия, Рамирес, Наталья, Лаура, Феликс, и… И все.
-И – кто-кто, я плохо расслышал?..
-Не заставляйте меня выступать меж двух огней!.. – расстроенный Кальвар в сердцах бросил окровавленные бинты на землю – Она обещала, если проговорюсь, убить меня подсвечником!..
-Хорошо, можешь не говорить. А где Дана находится?
-Спра… Нет, стойте!.. Куда?! Остановитесь немедленно!.. Так она никогда не заживет!..
Однако темный маг его уже не слышал. Он преодолел те несколько десятков метров, что разделали его с домом справа. Там было устроено что-то вроде лазаретной палаты. Блондинка лежала на смятых простынях, темные пятна на которых говорили сами за себя, и тяжело дышала. Некромант с трудом опустился рядом на одно колено, убирая с лица блондинки спутанные волосы. Наверняка, Кальвар вколол ей все, что требуется. Но у девушки все равно был жар
-Я же просила… – пробормотала она, так и не открыв глаз – Я убью этого леопарда…
-Подсвечником? – невесело усмехнулся Фальче. Он аккуратно приподнял край простыни, оглядывая место ранения. Ведьмак был не силен в медицине, однако оно ему очень сильно не понравилось. Правое бедро – одна сплошная перевязка, и крови что-то уж сильно много… Да и вообще, додумался Кальвар, куда принести раненых: в то самое место, куда вчера сгрузили все вещи, что сумели найти на месте засады, где погибла Орлова. Теперь эта груда обгоревших бесполезных штуковин валялась на полу. Блондинка слепо шевелила пальцами, перебирая покореженные железки – видимо, монотонное действие отвлекало ее от боли. Фальче некоторое время наблюдал, как пальцы девушки все пытаются, и не могут, подцепить тонкую цепочку от какого-то украшения. Наконец, он не выдержал, и сам вложил ей в руку подвеску. Мимоходом, некромант ее узнал: именно эту штуку когда-то дала ему изучить Элен, когда они еще были незнакомы. А руки у него так и не дошли.
-Внутреннее – произнесла Дана, как будто зная, о чем он сейчас думает. О ее ранении, о чем же еще…
– Видимо, невозможность рожать детей – моя карма… – и она тихо, через силу засмеялась. Фальче прекрасно понимал, что ничего для девушки смешного в происходящем нет. С таким ранением она умрет от внутреннего кровотечения, как пить дать. А квалифицированного хирурга-гинеколога, чтобы зашить разорванную осколком матку, рядом не было. И не будет.
Дана выпростала одну руку из-под простыни и обхватила запястье мужчины
-Иди – произнесла она – Ты нужен там. За меня не беспокойся.
-Ты издеваешься?..
-Иди, иди… Думаешь, мне от тебя можно хоть куда-то деется, пусть и на тот свет? Ты же некромант…
-Прекрати – он наклонился, чтобы лучше слышать тихий голос – Уже недолго осталось. Победа фактически наша. Еще полчаса, максимум – час, и они сдадутся. Я найду тебе врача.
-Хорошо – Дана доверчиво прижалась щекой к его руке – Я буду ждать.
Фальче торопливо нашел в кармане последний амулет защиты, из тех, что делал Зурга, и набросил его на запястье девушки. Ему защита уже вряд ли потребуется, а вот Дане…
Кальвар поймал некроманта буквально на пороге, с сообщением, что под воротами стоят представители Института, и хотят поговорить. Фальче стало почти весело. Поговорить? Сейчас?.. Ну-ну… Когда их Институт уже собирается поджать хвост и согласится на все условия – им приспичило поговорить… Впрочем, тут же подумал он, возможно, они смогут сказать, где найти врача?.. Это стало решающим аргументом, чтобы к ним выйти.
Разумеется, это не мог быть никто другой, кроме достопамятных 414-ых… Во главе со светлым эльфом, долгих лет жизни его эльфийским традициям говорить с противником. Впрочем, ведьмак уже не думал об алтаре – собственно, ради сведений о враче, он готов был отказаться от ритуала, и от всего, что дает кровь и сердце дивного народа заодно…