-Не забывай, с кем говоришь, дитя Севера!
Альмалея обернулась, отбросив все сомнения и посмотрела в глаза своему древнему страху, который так долго спал в старом теле. Огромный, до сводчатых потолков демон взирал на нее с высоты своего роста взглядом, которым можно было вдавить в землю кого угодно, но только не ее. Огненное дыхание его плавило воздух и наполняло его удушливым запахом подземелий, настолько глубоких, что никто не осмеливается спускаться в их недра.
-Решил задавить меня авторитетом? Изменить мое решение своим влиянием в этом мире? Поверь мне, Мэррой, если придется, я откажусь от Ордена, объявлю себя безбожницей и снесу все храмы в Аллиен-Тар. И уж тем более мне все равно на то, кем ты был! Кончай этот спектакль. Слышишь? Ты не сможешь меня запугать!
Что будет, когда столкнутся свет и тьма? Кто победит? Древнейшее из порождений Вселенной, или же величайшая из сил, подвластных смертным? Никто не знает ответов, даже те двое, стоящие друг против друга в просторной зале. Но оба они понимали, что столкновения допускать было нельзя. Ты не знаешь, что будет с тобой, если ты опустишь руку в муравейник, но проверять все равно страшно. Воздух уже трещал от напряжения, когда оба противника начали медленно творить плетения.
-Госпожа! Есть зацепки!
Томек ворвался в залу, радостно смотря то на Светлейшую, то на сгорбленного старого магистра.
Насколько страшно умирать? Эх, если бы кто- то только мог ответить, что находится там, по ту сторону. Вечность, полная сказочных видений и исполнения желаний или же непроглядная пустота, полная только холода и скорби. А может быть, там нет ничего? Ты просто умираешь и твой дух никуда не переносится, умирает вместе с телом и на этом все кончается. Тогда все эти рассказы про вечную жизнь и дары Богов не более чем сказка? Если это так, то умирать страшнее, чем думалось. Ведь у тебя не будет даже шанса на перерождение.
Сайа смотрела на раскидистый дуб у фонтанчика и прокручивала в голове эти безрадостные мысли. Она знала точно, что у этого дуба есть ответы на все ее вопросы. Он был столь стар, столь могуч, что не мог не знать. Да и рос он в самом центре города эльфов, впитывая их знания корнями и листвой. Взгляд девушки блуждал по его густой, слишком густой для весны, листве, на которой маленькими каплями сверкала роса, отражая в себе молодое солнце.
Уже третий день в Аллиен-Тар утро не начиналось как обычно. Никто не встречал новый день на самой высокой башне, никто не делился с ним своими переживаниями и секретами. Не было больше того человека, который сам выбирает свой путь, не будет больше никого, кто смог бы показать людям тот мир, который они не видят. Она не знала многого, в частности, и того, когда в кабинете появилась королева.
Альмалея стояла около дверей, всматриваясь в девочку. Высокая, стройная и гордая, она стояла в полутени, но даже в таком тусклом освещении были видны ее сапфировые глаза, от которых не могло укрыться ничего. Глядя в них, человек сам выкладывал свои помыслы, свои тайны, не в силах бороться с их чистотой. Когда она двинулась к гостье, шелка ее платья зашуршали, а волосы цвета каштанов заколыхались волнами по плечам. Ее движения были гладкими и спокойными, исполненными достоинства и величия.
-Так значит, ты и есть то дитя, которое может помочь мне? Уж я надеюсь, что ты не одна из многих, которые ведутся на вознаграждение? - спросила Альмалея и помещение наполнилось холодом. - Я надеюсь, что тебя предупредили, что я делаю с теми, кто требует плату вперед?
Сайа вздрогнула, как от холодного осеннего ветра, так предательски забравшегося под теплую одежду. Она не знала, как следует вести себя в таких ситуациях, не знала, как говорить плохие вести и, тем более не знала, как признаться в своей причастности к ним. В конце концов она была просто девчонкой.
-Госпожа, - девушка поклонилась и опустила глаза, - Я не шарлатанка, не мошенница и не лгунья. Я пришла к вам не за наградой, а для того, чтобы покаяться и признаться в страшном действе.
-Что тебе известно?
-Я, - Сайа опустила глаза и, собравшись с мыслями продолжила, - я знаю, где был ваш племянник все эти дни. Я знаю, что произошло с ним, но я не могу сказать об этом. Простите...
Альмалея смерила ее взглядом долгим и густым, всматриваясь в глаза, читая ее страхи и тайны. Она видела все, что требовалось ей видеть, она чувствовала все.
-Уж не хочешь ли ты сказать, что боишься чего- то?
-Нет. Мне уже нечего боятся, слишком многое я поставила на то, чтобы прийти сюда, слишком многое я оставила позади, в том числе и доверие своего господина. Я уже не смогу вернуться обратно.