-Ты даже не задержишься на коронацию? - сказала Альмалея. Сказала и не глядя на магистра, продолжила, будто бы боясь, что чем дольше будет длиться молчание, тем сложнее будет сказать эти слова, - Завтра я хочу передать власть ей, хочу, чтобы ты надел корону на ее голову, а потом мы бы отправились вместе, ты за запад, а я на восток.
-Ох. Альмалея... Ты уверена, что не пожалеешь об этом решении? Она еще совсем ребенок, думаешь, она сможет справиться с таким тяжким бременем? Думаешь она будет хорошей правительницей?
-Она уже не ребенок. Сегодня утром ей предстоит повзрослеть и поставить интересы своего народа выше своих собственных, - Альмалея всхлипнула и опустилась в кресло, отказываясь и дальше строить из себя сильную и непоколебимую, - Я уже так не могу. Я просто устала! Ты не представляешь себе, как сложно смотреть на всех этих людей и давить в себе неимоверное желание убить их всех. Стереть их с лица Иллиона. Всех до единого! - слезы катились по ее щекам, голос дрожал, а в носу неприятно пощипывало. Светлейшая плакала. Плакала, смотря на серый город, лежащий у ее ног. Город, который в миг потерял все свои краски, все свое очарование.
-Что же такого случилось сегодня, что ты решила в раз все бросить в топку и разорвать прошлое и свое и своего народа?
-Человеческая самоуверенность. Я долго смотрела на людей, пыталась видеть в них только лучшее и не замечать той гнили, которую они скрывают за своими масками добродетели, дружелюбия и любезности. Я не обращала внимания на разговоры, которые ведутся при закрытых дверях. Но нападение на наследника дома Айэши стало последней каплей. Понимаешь, Мэррой, мое терпение иссякло, и я хочу, чтобы люди получили по заслугам. Слишком много грязи они несут в Иллион, слишком много гнили истекает из их уст, из их действий и жизней. Они не способны на созидание, только вечное разрушение и разложение. Паразиты, которые заполнили весь Иллион, крысы из сточных канав из то будут приятнее, чем эти твари, которые не понятно почему считают себя королями жизни. Даже не смотря на краткость их существования они успевают натворить столько дел, столько загубить судеб, что меня пробирает страх за будущее этого мир. Пятьсот с лишним лет я оберегала покой этих земель, пятьсот с лишним лет я искала добро в людях, всматривалась в души и прощала ошибки. Но сегодня я сдаюсь. Я больше не могу, ты понимаешь меня? Ты понимаешь, что это для меня невыносимо? Поэтому я ухожу. Эта война будет моей последней.
-И что ты будешь делать? Ты ведь не сможешь просто так сидеть и смотреть как кто-то правит. Я ведь знаю тебя. И не пытайся врать сейчас. Хотя бы не мне.
Ох! Этот момент, когда твои друзья знают тебя даже лучше, чем ты сам. Знают все твои слабые места, твои страсти и терзания. И когда они говорят тебе о них, ты иногда пытаешься отвергнуть это, мол, это совсем не мое, не подкидывайте мне эту дрянь! Но на самом деле, ты даже не знаешь, что ответить на это все, что ты можешь противопоставить самому себе? Чем будет отражать атаки того, кто знает тебя как самого себя.
-Я не знаю, - Альмалея опустила голову, ссутулив плечи, - Наверное я стану ее советником. Или может быть наконец- то найду уединение у тебя в монастыре. Ты же примешь меня? Правда? Я так давно мечтала о спокойствии, о свободном времени, чтобы просто вот так сесть и подумать. И не беспокоиться о том, что вот-вот начнется совет или кто - то придет решать какие-то вопросы с управлением, с казной и так далее. Просто хочу побыть обычным человеком. В конце концов, твой монастырь самое прекрасное место для хранения тайн. Ах да. И еще! Я хотела попросить тебя, друг мой, чтобы ты забрал с собой мальчика, - Альмалея посмотрела на старого магистра и на миг улыбнулась, - Ты должен его забрать туда, где будет безопасно. Алтмекия попытается узнать, что же случилось в этих залах и стенах. И они не должны знать правды. - ярость холодной волной захлестнула сознание и застелила глаза багровой пеленой, - Я готова уничтожить Алтмекию, стереть с лица Иллиона.
- Не торопись с решениями, - магистр вздохнул и сел на край стола, - подруга, посмотри на все это под другим углом. Рано или поздно всплыло бы то, что ты так давно прячешь. Мы так давно прячем. Я обещал молчать об этом, и я буду молчать. Но что будет, если об этом все-таки узнают? Ты представляешь, что произойдет в этом мире тогда? Какая начнется война за эту тайну?