- Ох и не доброе у меня нутро чует...
Откинувшись на подушках, мужчина зажег еще одну ароматную палочку и прикрыл глаза. Восточные благовония должны были перебить омерзительный аромат севера, запах чистоты и свежести. Он был в пути уже несколько дней и все никак не мог разобраться сам в себе, чего же он желает больше, поскорее прибыть в посольство или же вернуться в Альтсайраат. Эти несколько дней, которые он планировал провести в Аллиен- Тар должны были пройти незабываемо и в то же время тихо, не привлекая лишнего внимания. Отомстить эльфам Алтмекийская империя успеет всегда. Благо было, за что мстить.
- Сайа, дитя мое. Попробуй найти мне что- нибудь интересное в этом сугробе. Я не хочу скучать в эти дни. - мужчина вскинул руку, показывая помощнице, чтобы она шла выполнять поручение и с тоской посмотрел на потолок. - Какая все- таки жалость, что она моя дочь. Какая жалость, что я не могу делать с ней то, что хочу.
Карета проехала по широкой улице, сквозь людскую толпу. Ехала она медленно, что позволяло людям внимательно рассмотреть ее, а особо любопытным даже попытаться заглянуть внутрь, в закрытое тяжелой парчой нутро роскошного экипажа. Только вот никто не мог ничего разглядеть, даже когда занавески колыхались, открывая небольшие щели, слишком сумрачно и задымлено было внутри, там, где на множестве подушек лежал великий посол великой империи. Прозрачные же изнутри стены позволяли ему внимательно рассмотреть окружающие его городские пейзажи, который так медленно сменялись с пестрых лавок на белоснежные жилые кварталы, которые сверкая огнями резали уставшие глаза, привыкшие к полумраку. На первый взгляд все выглядело так, словно в этом городе он не сможет найти себе никакого достойного увлечения и придется просто умирать со скуки на светских раутах, переговорах и балах, которых в дни праздника должно было пройти просто несчетное множество. И именно с такими не слишком радостными мыслями Альтаир увидел того, кто смог бы развеять его тоску по дому. Совсем молодой мальчишка с собранными в хвост волосами. Закутанный в серый плащ он стоял и беседовал с немолодым фокусником, радостно улыбаясь и было видно, что ему совсем не противно общество уличного шарлатана. Заметив экипаж, юноша внимательно осмотрел его, еще раз весело улыбнулся и поклонился, заставив посла невольно вздрогнуть, неужели мальчишка смог увидеть его. Или же просто почувствовал этот внимательный взгляд.
- Ох. Я хочу, чтобы он составил мне компанию на эти дни...
Развращенное абсолютной властью и вседозволенностью сознание нарисовало сцены в мозгу, от которых в низу живота растекалось сладкое томление. Этот мальчишка должен быть его собственностью, не гоже такой красоте оставаться бесхозной в столь невинном возрасте. Но все это должно было быть позже, но никак не сейчас. Только попробуй возбужденному воображению приказать перестать рисовать картины, попробуй отогнать от глаз образ того, кто зацепил твое если не сердце, то нечто другое, что, однако, тоже не маловажно в выборе партнера. Обернувшись через плечо, мужчина еще раз посмотрел на мальчишку, чей гибкий стан так радовал глаз. Распрощавшись с фокусником, он накинул капюшон на плечи и скрылся в дверях цветочной лавки.
- Почем цветы сегодня, Матильда?
- Приветики, малявка. Ну смотри, ведь праздник, а ты сам понимаешь, цветы у меня лучшие в городе. Вот полевые, букетик стоит три медяка. А если уже брать лилии, то тут от пятидесяти и выше, -уже немолодая женщина лучезарно улыбалась своему младшему другу, который приходил в ее лавку почти каждое утро и развлекал ее беседами или же покупал всю корзину цветов сразу. Он никогда не говорил, как его зовут, а она никогда не спрашивала, уважая его тайну, -ну а если же ты хочешь прикупить букетик роз, то придется отдать по 20 меди за каждую.
- Ох, а ты и правда подняла цены, но твои то цветы того стоят. - мальчишка подмигнул и откинул капюшон, заставив женщину ахнуть и поклониться.
- Ваше величество...
- Эй эй эй, спокойнее, ты чего. Первый день что ли меня знаешь. Ну ка встань немедленно. Или я обижусь.
- Но. Господин, как же так. Вы каждый день... так просто приходили.
- Ох. Да ладно тебе, это же я, твой постоянный малявка. Да ну тебя.
- Ну я правда не знала. Я бы была вежливее, Ваше величество.
- Встань я тебе говорю. Я уже жалею, что показался тебе. Ну вот смотри, -Амальтей поднял руку ладонью к верху и на ней засиял прекрасный цветок, никогда прежде не видимый в суровых северных землях. Тонкий аромат поплыл по комнате. - Это тебе.
С этими словами юноша вложил цветок в морщинистую руку, где он тут же превратился в целый золотой.