Марк резко развернул джип, через сплошную, и поехал домой к Карине. Как её телефон уже мог оказаться у Леси и почему она уже дома. Вечерний рейс?
Марк уже в третий раз нажимает на дверной звонок. И, наконец, с той стороны двери слышится шум спотыкающегося тела и шарканье тапочек.
Дверь открывается и прямо перед парнем оказывается Николай, отец Карины. Его Марк уже видел пару раз и знаком, но, видимо, после сна, мужчина сразу его не вспомнит.
— Здрасте. Где Карина? — сразу спросил блондин.
Мужчина пару раз сонно моргнул и уставился на парня:
— Дома. Кто ты такой?
— Её парень. Можно мне её увидеть?
Отцу девушки наверное не очень понравилась формулировка, но он кивнул.
— Сейчас я её позову. Проходи, — он пропустил парня в коридор, а сам направился в комнату дочери.
Через минуту он вернулся. Уже полностью проснувшийся:
— Её там нет.
Потом он прошёл на кухню, в ванну, заглянул в ещё пару комнат. В итоге громко, на всю квартиру крикнул "Карина", но никто не вышел.
Из одной комнаты выглянула девушка, закутанная в длинный халат. Она терла кулочками глаза и зевала:
— Что случилось?
— Карины нет. Она не у вас? — обратил внимание на неё глава спецпрокурора семейства.
— Нет.
Через несколько минут за кухонным столом сидели родители Карины, невеста Матвея, с которой блондин успел познакомится и сам Марк.
На кухню влетел Матвей.
— Как я и думал. Её мота нет в гараже. Она просто уехала покататься. А вы тут уже перекопошились. Вернётся она, — спокойно сказал он, собирая себе бутерброд. — А если нет — тогда уже можно её искать. Но, зная сестру, она сама припрётся. Вот ни разу такого не было, чтобы она не вернулась домой. А сколько раз я об этом мечтал! Ммм, вкусный бутер, да?
И парень оглядел сидящих за столом. Родители сидели, нахмурившись. Они никогда не одобряли мотоцикл. Риса заметно нервничала и переживала за будущую родственницу. А Марк, не говоря ни слова, встал из-за стола. Через мгновенье хлопнула входная дверь.
Матвей перестал жевать.
Сто.
Сто десять.
Сто двадцать.
Стрелка спидометра неумолимо мчалась к всё бОльшим цифрам. Руки парня стали белыми от силы, с которой он сжимал руль.
Безбашенная девчонка!
КАРИНА.
Ура! У меня получилось! Я поставила мотоцикл на дыбы и встала на него! Кто у нас теперь Королева Трассы?!
Я с гордым видом опустила переднее колесо на асфальт. Ну вот, сегодня покажу Элис как могу!
И тут произошло то, чего я всегда опасалась.
Блокировка переднего колеса.
Даже звучит страшно.
Помятуя правила при падении: я сложила руки по швам и откинулась на спину. Потому что вперёд падать и портить лицо, ломать руки — не хотелось. А спина защищена экипировкой и хоть это не "черепашка", но поможет.
Запоздало почувствовала удар спиной об асфальт и темнота. Лишь звуки глохнущего мотоцикла держали меня в реальности, но лишь на несколько мгновений.
Больше я не помню ничего…
Глава 20. О конце, который есть в любой книге
МАРК.
Хватило же мозгов у его принцессы поехать на гоночный трек в влажное утро, когда дорога не самая лучшая! И ни кого не предупредила!
А его, Марка, вообще не поставила в известность о своём прилете. Ну она у него получит!
Резко дернув руль, парень заехал на участок дороги, ведущий к трассе и там уже дал волю скорости, а точнее полностью вдавил педаль газа в пол.
На начале трассы её нет. Марк уже подумал о том, что возможно Карина поехала кататься по городу или другим трассам, но заметил одну деталь.
Тёмно-зелёное пятно посреди трассы.
Мысли Марка полетели одна за другой, показывая картинки всё хуже и хуже.
Глаза застилала пелена. Руки ещё крепче вцепились в руль. И всего за несколько мгновений, блондин преодолел, разделяющее их, расстояние.
С каждым метром он всё чётче и чётче осозновал, что пятно — это Kawasaki. И это не просто мотоцикл. Рядом с ним лежит гонщик.
Марк вылетил из машины и подбежал к нему.
— Карина! Карина! — крик рвал горло парню, но сейчас ему было совершено не до этого. Важнее ему было состояние девушки.
Почему она не откликается?!
Он нагнулся к её шее, пробуя пульс.
— …,- только и сказал он.
КАРИНА.
Глаза ужасно болят и никаких сил, чтобы их открыть, у меня нет.
Вдыхаю носом воздух. Пахнет какими-то медикаментами. Я в больнице. Ну значит жива ещё.
Трогаю руками то, что рядом со мной. Шуршащая простынь. Наверняка она белая! Как и потолок в комнате и стены. Всё белое.
Но моя рука натыкается на что-то тёплое. Я сжимаю руку. А в ответ получаю волну тепла.
— Карина… Принцесса моя, — хриплый после сна, шепот на уровне моего лица. Марк! Марк, он рядом. Он со мной. — Ты очнулась? Сожми руку — если да.
Я крепче хватаю его за руку:
— Да, я тут, — хотела сказать я, но получился хрип. Я облизала пересохшие губы. — Спасибо, что ты рядом.
— Подожди. Я позову медсестру. Слышишь? — взволнованно спросил он.
— Да.
И тёплая рука парня пропала, послышался звук открываемой двери и голос Марка, говорящий что-то…
МАРК.
Марк опустил голову на грудь, он не спал сутки и его невозможно тянет в сон. Но дыхание девушки, лежащей на кровати, не давало возможность даже задремать. Чему он был рад.
Но подлый сон всё равно коснулся его сознания. Ненадолго.
Тёплая рука коснулась его ладони и провела по ней. Она очнулась!
И даже говорит с ним!
Как не хочется отпускать её мягкую ладошку, но по-другому не добраться до коридора.
— Медсестра, срочно, — хватает за руку женщину в зелёном халате, которая просто мимо проходила. — Она очнулась!
Блондин запихивает её в одноместную палату для девушки.
— Сейчас она спит, — покачала головой медсестра, поправляя капельницу. — Если она очнётся опять — дайте ей это, — она протянула из шкафчика стакан с водой и растворила там таблетку. — И зовите врача.
И женщина покинула палату, плотно закрыв за собой дверь.
А Марк вновь сел в кресло и наклонился над девушкой. Её золотистые волосы разметались по подушке, лицо было расслабленно, а на уголках губ застыла лёгкая улыбка.
Парень взял ручку девушки и обхватил своими ладонями. На ум пришли строчки из песни.
— Я люблю тебя,
С тобой хотел прожить всю жизнь.
Сейчас я потерял тебя -
Не знаю ли верну.
А через мгновенье в палату ворвалась семья девушки, на ходу одевающее халаты для посетителей.
МАТВЕЙ.
Ну и что от этого Марка ни слуху, ни духу?! Надо было ехать с ним! Тогда бы он уже знал бы, что с его сестрой.
— Матвей, успокойся. Сейчас Марк позвонит и всё скажет. Я уверена, что с Кариной всё хорошо, — его плеча касается ладонь Рисы. Хорошо, что она не волнуется. Для ребёнка волнения — это плохо.