В комнате, как и ожидалось, никого не было. Не помню когда в последний раз находилась тут одна — было не уютно. Завалилась на кровать, встряхнула стекляшку с лекарством и фыркнула. Сволочь. Мог просто вывести из организма, ему это проще, чем мне сигарету из чьей-то пачки умыкнуть, путём перемещения. При воспоминании о сигаретах снова потянуло тошнить. Впрочем, я знала, что больше обниматься с белым другом мне не продеться, но это отвратительно ощущение подкатывающей рвоты продлиться ещё долго. Отравления у меня всегда проходили одинаково — ускоренная регенерация давала о себе знать.
— Рямяу?
— М?
Я повернула голову в сторону, откуда доносился звук. Ничего не увидела, со вздохом приподнялась на локтях и свесила голову вниз, заглянув под кровать.
— Приве-е-е-ет...
У самой стены сидело крайне милое нечто. Помесь кролика и белки с фиолетово-малиновой, пушистой шкуркой. Существо совсем маленькое — с мою ладонь. Огромные перламутровые глаза жалобно смотрели на меня предано, потеряно и просяще. Оно поджимало под себя лапки, чуть дергая хвостом.
— Рряаау?
Оно ещё и говорящее. Странного полу-разумного пушистика мне в жизни не хватало. Вроде это эфи — крайне странный вид тех белок-канибалов из парка, только более безобидный.
— И что ты тут забыл?
Видать, из зоопарка старшаков сбежал ещё тогда, но не поймали. И что мне с ним делать? Он же мне все руки изгрызёт пока я его до подвала донесу. Можно, конечно, его в какой-нибудь воздушный кокон запечатать, но куда я сейчас попрусь? Еле до лазарета долетела с учебного корпуса, пару раз чуть не рухнула вниз, а до общаги просто портальной стойкой воспользовалась, хотя предпочитаю крылья. Боюсь, что когда буду пикировать вниз просто в лепёшку расшибусь, с такой высоты никакие ветви растущих внизу деревьев не спасут.
— Ладно, подождём остальных, — я вздохнула, вернувшись в исходное положение и прикрыв глаза. Спать не хотелось, грызть гранит науки и того меньше. Внезапно вспомнила, что до зачётов осталось всего полторы недели. Сначала письменные экзамены, потом, скорее всего, отправят куда-то по контрактам. Интересно, что на этот раз?
— Ррр, — зверёк запрыгнул на одеяло, потоптался и вопросительно на меня посмотрел. Я старалась его игнорировать. Не найдя отклика, эфи вздохнул, как мне показалось, слишком тяжело и жизненно для такого как он, прыгнул обратно на пол, послышался хлопок. Вместо зверька я созерцала разноцветную пыль, которая медленно оседала на пол.
Через часа три в комнату вернулась команда в виде жутко довольной Олеси, так же жутко довольного Стаса с синеющим фингалом, хмурого как туча и прихрамывающего на левую ногу Кастиэля, обиженно надувшейся Ульяны и угорающего над всем этим Влада. Похоже, разборки прошли не для всех удачно.
Михеева демонстративно прошла к кровати ангела, села рядом с ним, а потом и совсем легла, зарывшись в его объятия. Стас старался в ту сторону не смотреть.
— А это что? — Олеся указала на пыль возле меня.
— Эфи. Пищал под кроватью, потом... ну ты видишь.
— И ты его не погладила?
— Нет. А надо было?
— Класс, — Влад усмехнулся, обнимая синеволосую сзади, та закинула руки ему за шею, выгнувшись кошкой, — Довела бедного зверька до греха. Они ранимые.
— Он самоубился что ли? — я недоуменно моргнула.
— Ага. Страшно скорее всего было.
Не знаю что я испытывала. Какое то смешанное чувство между безразличием и слабым угрызением совести. Упс.
— Пыль собери. Ингридиент не плохой, Ларкаст тебе за него может даже поблажку на экзамене сделает.
Я подорвалась как ужаленная. Благосклонность этого старого пердуна хотя бы на один зачёт! Да дайте мне десять этих зверьков, всех доведу — совесть на сегодня откладывается.
Алхимия вообще больное место большинства учащихся. А вернее — препод. Старая, бородатая сволочь, которая мнила себя чуть ли не гуру магии в целом, а не только своей специальности. Года с два назад о том, какое он делает одолжение академии, обучая в ней детей, услышал Кристофер. Мягко положив лапку на плечо дедку он попросил того пройти на арену и показать, что в нем такого. Поджилки у учителя затряслись конечно, но дед пошёл. Директор отметелил его, даже не доставая оружия, отправив напоследок пинком его лицо в песок. Аплодировали студенты стоя, Стас даже свистел. А у красноперого даже мундир не помялся.