Я смотрел не на них. Я смотрел на президента Нью-Тайдленда, сидевшего позади своего ректора. Он был бледен, молчал и всё время поправлял прядь седых волос. Классические признаки шока и принуждения. Кариме, я уверен, уже сделала те же выводы.
— Артефакт был доставлен на «Михиру», —голос Элдридж был спокоен, но в глазах стояла сталь. — Наши учёные первыми начали его изучение. Логично и продолжить здесь. Университет Нью-Тайдланда может направить своих специалистов. Мы открыты к сотрудничеству.
Вся эта человеческая бюрократия, все их договоры и протоколы в итоге упирались в один-единственный пункт: «В случае невозможности достичь консенсуса, окончательное решение о месте проведения первичных исследований принимает капитан корабля-первооткрывателя на основании экспертной оценки».
Я видел, как сжались кулаки у Сета. Он ненавидел, когда на него давили. Я тоже.
— Решение остаётся за капитаном корабля-первооткрывателя, — жёстко парировал он.
Экспертная оценка. Решение было за мной.
Сет, Кариме и оба университетских совета на мониторах смотрели на меня. На Михире — с осторожной надеждой. На Нью-Тайдленде — с напряжённым ожиданием, граничащим с угрозой.
— Автостраж? — Сет повернулся ко мне. — Твоё заключение. Где объект будет в большей безопасности и где ему нанесут меньше ущерба?
Все взгляды упёрлись в меня. Я ненавижу, когда на меня смотрят.
*Лог Сек-юнита // Экспертная оценка // Объект «Ключ»*
*Фактор 1: Безопасность. Михира. Менее развитая инфраструктура означает меньше точек входа для внешнего вмешательства. Логично.*
*Фактор 2: Технологическая совместимость. Нью-Тайдленд. Их ксенолаборатории теоретически лучше подготовлены. Теоретически.*
*Фактор 3: Человеческий элемент. Нью-Тайдленд демонстрирует признаки внутреннего конфликта и внешнего давления. Ненадёжен.*
*Фактор 4: Личное предпочтение. Михира. Здесь на одного надменного учёного меньше. И кофе в столовой вкуснее.*
*ВЫВОД: Михира.*
— Моя экспертная оценка, — мой голос прозвучал как скрежет шестерен, нарушая напряженную тишину, — основана на анализе пси-эмиссий объекта. Он активен и реагирует на внешние раздражители. Лаборатории Нью-Тайдленда превосходны, но их операционная среда характеризуется повышенным уровнем корпоративного влияния и стресса. Это неподходящий фон для исследования артефакта, питающегося эмоциями. Лаборатории Михиры демонстрируют необходимую стабильность. — Их инфраструктура менее уязвима для масштабного вторжения. А их подход… осторожнее.
Рекомендация: объект остается здесь.
На стороне Нью-Тайдленда воцарилась могильная тишина. Ректор покраснел. Хейла закрыл лицо руками. Его лицо побелело. Не от злости, а от чистого, немого ужаса. Его рука сжала комлинк так, что кости побелели. Он замолчал, получив сообщение на свой частный канал. Его глаза широко распахнулись, в них не было ничего, кроме паники. Он безучастно кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и разорвал связь.
— Это… это неприемлемо! — выдохнул ректор Нью-Тайдленда. — Мы оспорим это решение в совете Объединения!
— Вы можете оспаривать, — спокойно сказала Элдридж. — Но по Протоколу, решение капитана и его эксперта окончательно на время карантинного исследования. Ключ остаётся здесь.
Связь прервалась. В комнате оперативного управления на Михире повисло тяжёлое молчание.
— Они что-то замышляют, — первым нарушил тишину Тарик. — Слишком спокойно сдались. Ни угроз, ни истерик. Просто «оспорим». Это не их стиль.
— Я тоже это почувствовала, — кивнула Кариме. — Особенно президент. Он выглядел не злым, а… испуганным.
Решение было принято. Ключ под усиленной охраной, включая меня, перенесли в главный лабораторный модуль.
— ГИК, усиль наблюдение за всеми каналами Нью-Тайдленда, — приказал Сет. — И подключи «Холизм». Пусть усилит патрулирование границы нашей системы.
«Холизм», корабль-близнец «Перигелия», был нашим главным козырем. Пока он дежурил на орбите Нью-Тайдленда, никакая открытая агрессия была невозможна.
— Уже делаю, — отозвался ГИК. — Но… есть нюанс.
Президент университета Нью-Тайдланда прикахал Холизму оставаться на орбите и ни вочто не вмешиваться.
Пока на «Михире» шли споры, в трех уголках галактики принимались иные решения.
Производственный и командный центр «Вортекса», орбитальный заводской комплекс «Молот»:
Совет директоров, состоящий из бывших генералов и инженеров-оружейников, наблюдал за дебатами на Михире.
— Итак, артефакт остается на орбитальной станции Михира и она практически беззащитна. Их охрана — университетские преподаватели и этот… секьюрити-бот с «Перигелия», — подытожила женщина в форме с нашивками «Вортекса». — Предлагаю силовую операцию. Быстрый удар. Захват артефакта. Бесследное исчезновение. Есть, правда, этот вооруженный корабль Перигелий. Но, если группа захвата незаметно приблизится к станции на корабле, маскирующимся под грузовик, и осуществит прорыв периметра, Перигелий не станет стрелять по своей станции. При отходе захватим заложников, и Перигелий не станет стрелять по нашему кораблю.