— Гованон! Он всесилен, — нахмурился Калатин. — Возможно, так оно и есть, и ты единственный, кто сможет найти его. Мы могли бы заключить сделку, принц Корум.
— Если она послужит нашей общей пользе.
Калатин погрузился в задумчивость и, перебирая бороду, что-то бормотал про себя.
— Единственные из слуг фой миоре, которые не боятся острова и на которых не действуют заклятия, — это псы Кереноса. Даже сам Керенос опасается Ги-Бресейла. Но не его собаки. Так что даже там тебе будет угрожать опасность с их стороны, — он поднял глаза и в упор посмотрел на Корума. — Ты сможешь добраться до острова, но, скорее всего, погибнешь, не успев найти Гованона.
— Если он существует.
— Да-да — если он существует. Думаю, я понял цель твоего похода, когда ты упомянул о копье. Насколько я догадываюсь, это Брийонак?
— Так его называют — Брийонак.
— Одно из сокровищ Кер Длуда, не так ли?
— Думаю, что среди твоего народа об этом знают все.
— Почему ты ищешь его?
— Оно пригодится мне в битве против фой миоре. Больше я ничего не могу сказать.
Калатин кивнул:
— А больше ничего и не надо говорить. Я помогу тебе, принц Корум. Тебе нужна лодка, чтобы добраться до Ги-Бресейла? У меня есть такая, и я могу тебе ее одолжить. Тебе нужна защита от псов Кереноса? Можешь взять и мой рог.
— И чего ты ждешь от меня взамен?
— Ты должен пообещать, что доставишь мне кое-что с Ги-Бресейла. Очень ценное для меня. Только от Гованона, кузнеца народа сидов, ты сможешь получить это.
— Драгоценность? Амулет?
— Нет. Куда больше, — Калатин стал рыться в своих бумагах и вещах, пока не нашел мешочек из чистой гладкой кожи. — Он водонепроницаем, — сказал он, — и должен тебе пригодиться.
— Так что тебе нужно? Волшебную воду из источника?
— Нет, — тихо и тревожно произнес Калатин. — Ты должен принести мне слюну Гованона, кузнеца-сида. Вот в этом мешочке. Бери его, — из-под плаща он вытащил тот прекрасный рог, который пустил в ход, чтобы отогнать псов Кереноса, — возьми и его. Чтобы разогнать собак, трижды подуй в него. Шесть раз — и ты пошлешь их на врага.
Корум взвесил на ладони украшенный накладками рог.
— Должно быть, это в самом деле могущественная вещь, — пробормотал он, — если похож на тот, что у Кереноса.
— Когда-то этот рог принадлежал сиду, — сказал Калатин.
Через час Калатин отвел его к дальнему краю холма, где все так же размещалась естественная бухточка. В ней покачивалось маленькое парусное суденышко. Калатин дал Коруму карту и магнитный компас. Корум заткнул рог за пояс и повесил оружие за спину.
— Ах, — сказал волшебник Калатин, сжимая голову дрожащими пальцами, — может, наконец, мои желания исполнятся. Не пропади, принц Корум. Молю тебя, не исчезай.
— Ради людей Кер Махлода, ради тех, кто недавно пал жертвой фой миоре, ради мира, скованного вечной зимой, который никогда не увидит весны, я попытаюсь выстоять, колдун.
Морской ветер надул парус, и суденышко понеслось по искрящейся воде, держа курс на запад, где когда-то лежал Ливм-ан-Эш и его прекрасные города.
На мгновение Коруму показалось, что он найдет Ливм-ан-Эш таким, каким видел его в последний раз, и все остальное, все события последних недель окажутся всего лишь сном.
Скоро и материк, и утес Мойдель оказались далеко за спиной, исчезли из виду, и теперь принца окружало только бескрайнее и ровное водное пространство.
Если бы Ливм-ан-Эш уцелел, он бы уже увидел его. Но прекрасного Ливм-ан-Эш тут больше не существовало. История, как он исчез под волнами, была правдой. Истинны ли рассказы о Ги-Бресейле? В самом ли деле этот остров — единственное, что осталось от земли? И не станет ли он, Корум, жертвой тех же видений, что опутали и других путешественников?
Корум вгляделся в карту. Скоро он получит ответ. Через час или два он окажется в виду Ги-Бресейла.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
КАРЛИК ГОВАНОН
Не та ли это была красота, от которой его предостерегала старуха?
Конечно, она была обманчива. Перед ним лежал всего лишь остров. По имени Ги-Бресейл. Корум не думал, что ему доведется увидеть кусок земли, напоминающий Ливм-ан-Эш. Легкий бриз наполнил парус, подогнав суденышко ближе к острову.
В самом ли деле ему тут не угрожает опасность?
Легкие волны с шуршанием набегали на белоснежный пляж, и ветерок шелестел зеленой листвой кипарисов, ив, каштанов и дубов. Мягкие очертания холмов скрывали собой тихие долины. Кусты цветущих рододендронов полыхали ярко-красными, пурпурными и желтыми соцветиями. Окружающий пейзаж, залитый мягким светом, излучал золотистое сияние.