— И все же ты воспользовался мной, Кулл. Ты не можешь не признать этого.
Кулл повернулся к Коруму спиной и подкинул свою темную, со множеством зубцов острогу высоко в воздух. Она исчезла в заоблачной выси.
— Я пользуюсь множеством вещей — оружием, например, — но у меня нет перед ними обязательств, особенно когда они становятся мне не нужны.
— Ты несправедлив, Кулл!
— А что такое справедливость? — Кулл затрясся от хохота. — Что это такое?
Корум весь подобрался, намереваясь броситься на Исчезнувшего Бога, но Джери удержал его.
— Если собака приносит тебе добычу, ее надо вознаграждать, верно, Кулл? — сказал Джери. Иначе она не будет служить тебе.
Кулл резко повернулся на четырех ногах. Его фасеточные глаза сверкали.
— Если собака не станет охотиться, следует завести новую.
— Я бессмертен, — сказал Джери. — И непременно предупрежу остальных собак, что они ничего не получат за верную службу Исчезнувшим Богам.
— Мне больше не потребуются собаки.
— Ты уверен? Даже ты не можешь предвидеть, что будет после Пересечения Миллиона Сфер.
— Я могу уничтожить тебя, бессмертный из смертных.
— И уподобишься тем, кого презираешь.
— Тогда я вам помогу, — Кулл откинул назад свою украшенную каменьями голову и оглушительно расхохотался. Даже Танелорн содрогнулся от громовых раскатов его смеха. — Так я потрачу меньше времени.
— Ты выполнишь свое обещание? — настойчиво повторил Корум.
— Я не признаю обещаний. Но я помогу вам, — Кулл неожиданно нагнулся и схватил Корума и Джери под мышки. — Сначала в царство Короля Мечей!
Голубой Танелорн исчез, и перед ними возник Хаос, пляшущий, словно раскаленная лава в жерле извергающегося вулкана, и сквозь пламя и дым Корум увидел Ралину.
Но Ралина была исполинского роста.
Глава четвертая
КОРОЛЬ МЕЧЕЙ
Кулл спустил их на землю и уставился на гигантскую женщину.
— Она не живая, — сказал он. — Это замок.
Замок был выстроен в форме Ралины. Но кто выстроил его и с какой целью? И где сама Ралина?
— Мы войдем туда, — сказал Кулл, шагая сквозь колеблющиеся порождения Хаоса, как сквозь дым. — Не отходите от меня.
Они подошли к высокой белокаменной лестнице, которая вела вверх и заканчивалась порталом, устроенным в пупке исполинской женщины. Кулл начал взбираться по ступеням, довольно неуклюже перебирая четырьмя ногами. Он что-то напевал себе под нос.
Наконец они добрались до круглой двери и вошли в огромную залу, озаренную лучами, лившимися с высокого потолка. В центре круга света стояло воинство, вооруженное для битвы. Там были и кошмарные, и божественно прекрасные создания, в самых разнообразных доспехах и со всеми видами оружия. У одних были звериные головы, другие походили на прелестных женщин. Все они улыбались вошедшим. Корум понял, что это герцоги Ада — те, что служили Мабелоду, Королю Мечей.
Кулл с Джери и Корумом остановились у двери. Кулл поклонился и улыбнулся в ответ. Собравшиеся в зале слегка изумились, но явно не узнали Исчезнувшего бога. Они расступились, и перед вошедшими предстали двое.
Один из двоих был чрезвычайно высокого роста и совершенно нагой, если не считать легкой накидки. Гладкая безволосая кожа, идеально стройное тело. Длинные белокурые волосы ниспадали на плечи, однако у существа не было лица. Не было ничего — ни глаз, ни носа, ни рта — только гладкая чистая кожа.
Корум понял, что это и есть Мабелод, прозванный Безликим. Второй была Ралина.
— Я ждал, что ты придешь, — сказал Король Мечей, хотя у него не было губ, чтобы выговаривать слова. — Для этого я и выстроил замок. Это приманка, на которую ты должен был попасться. Смертные очень постоянны в своих привязанностях.
— Да, это так, — согласился Корум. — Ралина, ты цела?
— Я цела — и в здравом рассудке. Ярость хранит меня от помешательства, — отозвалась она. — Я думала, ты погиб, Корум, когда наш корабль рассыпался на куски. Но это чудовище утверждало обратное. Ты нашел помощь? Похоже, что нет. Я вижу, ты снова лишился руки и глаза, — голос у Ралины был совершенно бесцветный.
Корум почувствовал, как из его глаза скатилась слеза.
— Мабелод заплатит за то, что посмел огорчить тебя, — пообещал он.
Безликий бог рассмеялся — и герцоги Ада вместе с ним, словно расхохотались дикие звери. Мабелод потянулся и выхватил из-за спины Ралины огромный золотой меч, ослепивший Корума и Джери своим нестерпимым блеском.
— Я поклялся, что отплачу за Ариоха и Ксиомбарг, — сказал Мабелод Безликий. — Я поклялся не рисковать своей жизнью, но дождаться, чтобы ты, Корум, оказался в моей власти. Когда герцог Тир поверил твоей лжи — герцог Тир при этом опустил свою свиную морду — и едва не погубил моего верного слугу Гландита, который тоже играл роль в моем плане, ты был почти в ловушке. Но что-то сорвалось, ты сбежал. Попалась только женщина, а ты и твой приятель исчезли. Вот я и решил использовать ее как приманку. И стал ждать. Ты явился. Теперь я придумаю тебе наказание. Сначала я расплющу тебя, смешаю твою плоть с плотью твоих друзей и создам из тебя нечто уродливое, омерзительное — под стать тому, что ты презираешь. В этом обличье вы поживете с годик, а может, два или столько, сколько выдержит разум; затем я верну вам прежний вид и заставлю вас ненавидеть друг друга — и в то же время желать. Думаю, вы успели почувствовать, как я могу преуспеть в этом. А затем…
— Какая примитивная фантазия у Владык Хаоса, — заметил Кулл своим странным колосом. — А какие ничтожные стремления! И жалкие сны… — он засмеялся. — Они недостойны даже людей, не то что богов.
Наступила мертвая тишина. Герцоги Ада, как один, посмотрели на своего господина.
Мабелод держал золотой меч обеими руками, и из него вырывались тысячи теней, они извивались и плясали в воздухе, превращаясь в смутно знакомые Коруму фигуры, которые он все же не мог узнать.
— Моя власть далеко не ничтожна, тварь! Кто ты такой, что позволяешь себе насмехаться над могущественнейшим из Повелителей Мечей, Мабелодом Безликим?
— Я вовсе не насмехаюсь, — ответил Исчезнувший бог. — Я Кулл, — он протянул руку и выхватил из воздуха меч с несколькими клинками. — И я говорю то, что очевидно.
— Кулл мертв, — возразил Мабелод. — И Ринн мертв. Они мертвы, а ты — самозванец. И твои шутки нас не веселят.
— Я Кулл.
— Кулл умер.
— Я Кулл.
Трое герцогов Ада, выхватив мечи, ринулись на Кулла.
— Убейте его, — приказал Мабелод, — чтобы я мог приступить к пытке и насладиться местью.
Кулл выхватил из воздуха еще два меча. Он позволил клинкам герцогов Ада беспомощно удариться о свое изукрашенное каменьями тело, а затем пронзил их и отбросил так далеко, что они исчезли.
— Я — Кулл. — сказал он. — Мощь мириадов миров — моя.
— Ни одно существо не может обладать такой мощью! — закричал Мабелод. — Космическое Равновесие не позволяет этого!
— Я не подчиняюсь Космическому Равновесию, — возразил Кулл. Он обернулся к Коруму и протянул ему глаз Ринна. — Я сам разделаюсь с ними. Возьми глаз моего брата в свою плоскость и брось его там в море. Больше тебе ничего не надо делать.
— А Гландит?
— Уверен, что ты можешь справиться с ним и без моей помощи. Ты становишься ленив, смертный.
— Но Ралина…
— Ах, да.
Рука Кулла вытянулась, пробившись сквозь ряды герцогов Ада, и выхватила Ралину из-под носа у Мабелода.
— Вот она.
Ралина рыдала в объятиях Корума.
Корум услышал крик Мабелода:
— Соберите все силы! Созовите всех моих слуг, из всех плоскостей! Готовьтесь к бою, герцоги Ада! Вперед, за Хаос!
— Ты кого-нибудь боишься, Король Мечей? — крикнул Джери.
Золотой меч сверкнул в руке Мабелода. Он сгорбился, и голос его зазвучал глухо.
— Я боюсь Кулла, — проговорил он.
— Ты правильно делаешь, — отозвался Кулл. И помахал одной из своих рук. — Оставим все эти глупости и сразимся.