Недостаточно сухие дрова разгорались медленно и тяжело, и Анхельму пришлось встать на колени, чтобы уберечь от губительного сквозняка маленький, едва теплящийся огонек.
– Ты как моя работа, – вдруг сказал герцог пламени. – Я все кручусь-верчусь, берегу, опекаю… А со всех сторон летят ветра и сдувают все, что я сделал. Но ты не бойся, тебя я сберегу. Знаешь… Я хотел бы создать свою империю. Только не страну, нет. Я хотел бы заниматься промышленностью, стать великим стальным магнатом, как герой моей любимой книги "Властелин горы". Невероятная книга. От нее прямо жар идет, как от расплавленной стали! Ты не поверишь, как горяча расплавленная сталь! Больше тысячи градусов, наверное... И из нее можно делать такие удивительные вещи… Котлы и трубы, по которым течет природный газ. Или горячая вода. Рельсы для железных дорог, которые протянутся по всем континентам. Крепкая и надежная стальная арматура для строительства высоких многоэтажных домов. А еще лифты! Знаешь, такие, которые ездят сами? Артур Дейли, автор этой книги, о них писал. Представь себе, как в жарких печах дышит пламя, как выливается в тигли расплавленный металл… Боги, я начинаю понимать, почему Рин говорит сама с собой. Это так успокаивает...
Анхельм бросил последнюю щепку в огонь, который теперь задорно прыгал по поленьям, с треском поедая древесину, и уселся на пол рядом с камином, подложив себе свернутое пальто. Дышать стало полегче, грудь больше не сковывало.
– Ну вот, дружочек, ты уже стал совсем большим, ветер тебе не страшен, не задует, – вздохнул он, протягивая замерзшие ладони ближе к пламени. Мрачную тишину хотелось чем-то развеять, и он снова принялся рассказывать огню свои проблемы, обдумывать вслух случившееся и восстанавливать картину событий.
После боя в тронном зале и первой ссоры с Кастедаром герцог кое-как добрел до канцелярии и первым делом потребовал предоставить ему поэтажный план замка. Его восприняли всерьез далеко не сразу: только предъявлением перстня-печати удалось заставить подчиненных двигаться. Глядя на служащих канцелярии, Анхельм понимал, что многого здесь не добьется. Люди в Сорин-Касто совсем забыли, что такое война, поэтому страх от взрыва замковой стены и боев во дворах почти парализовал их. Они были слишком напуганы взрывами, сетовали на отсутствие императора и не понимали, кто теперь будет их защищать. Анхельму в этот момент было не до их эмоций – он сам едва понимал, что происходит, да и напуган был не меньше.
Получив на руки поэтажный план и карту замка, он сначала не поверил глазам, а потом горестно застонал: масштабы вверенной ему территории уничтожали.
Донжон оказался таким большим, что места в нем хватило бы на размещение целой армии: шесть этажей вверх и еще два уходили под землю, причем на самом нижнем располагался тронный зал. Из тронного зала имелись два потайных выхода: один туннель вел через старые храмовые катакомбы к близлежащей безымянной деревушке, второй уходил глубоко под землю, за Лунный лес и в сторону Драконьих гор. Но в отличие от первого второй ход был настолько древним, что в канцелярии никто не смог сказать, можно ли еще им пользоваться или же он опасен.
Канцелярия разместилась в просторном зале на четвертом этаже, и окна ее выходили как раз на город. Сверяясь с планом и видом из окна, герцог осматривался минут десять, пока не понял, что взрыв разрушил до основания три фронтовые башни первой окружной стены. У двух оставшихся частично повредились фасады и кровли. Строения за окружной стеной пострадали больше всего – каменными глыбами разбило весь первый ряд домов… Это заставило герцога стонать и рвать на голове волосы во второй раз.
Хозяйственные здания в нижнем дворе остались целы, но большой колодец завалило обломками, а это означало, что водоснабжение нижних дворов нарушено. К счастью, оставался конюшенный колодец в верхнем дворе, но вода в нем не годилась для ухода за больными и требовала долгой очистки. Кроме того, доставлять ее в нижние дворы можно было только бочками, а тяжеловозные кони… Вообще никто не знал, сколько осталось коней после нападения захватчиков. И не было никакой возможности выяснить число мирных жителей, погибших при взрывах и в боях.
Примерно запомнив план замка, герцог потратил полчаса на уточнение назначения комнат. Вместе с первым заместителем Хоффса они насчитали тридцать восемь зал на всех восьми этажах, и почти везде находились люди, а это был только донжон… Анхельму становилось страшно при мысли о скольких надлежало позаботиться, поговорить, проверить, обеспечить хлеб и кров! Поскольку герцог понятия не имел, как все это делается, то надеялся на помощь интенданта. Но Патрик отказался помогать и неизвестно, удастся ли Кастедару убедить упрямого старика, или же тот решит умереть, отстаивая свою правду.