Я молча принял эту новость. Еще пять жизней на моей совести. Невольно вспомнился Пастырь, пронзенный фонарным столбом. Сколько еще людей погибнет из-за меня?
— Это не твоя вина, — словно прочитав мои мысли, сказал Гаррет. — Они знали, на что идут. Все мы знаем риски.
— Легче от этого не становится.
— Со временем станет, — он потер переносицу. — Теперь о планах. Марта хочет, чтобы мы как можно скорее выдвинулись в Ростов. Там безопаснее, и князь Михайлов готов предоставить нам защиту.
— И как мы туда доберемся? Учитывая, что Серые перекрыли все выезды из города?
— Есть несколько маршрутов, — Гаррет развернул на столе карту. — Вот здесь, в южной части, старая система дренажных туннелей выходит за пределы городской стены. А отсюда, — его палец переместился к восточному сектору, — контрабандисты проложили тропу через болота. Опасно, но проходимо.
— Звучит не очень обнадеживающе, — заметил я, изучая карту.
— Другого выхода нет, — пожал плечами старик. — После той заварушки с конвоем и сегодняшнего прорыва Серые перекроют все официальные выезды. Будут тщательно проверять каждого.
Я невольно вспомнил сегодняшнюю перестрелку — агента, чьими руками я убил его напарника, его остекленевшие глаза, кровь на стене… То, что я сделал, было за гранью всего, что я практиковал раньше.
— Слушай, я хотел спросить… насчет моих способностей, — я сглотнул, собираясь с мыслями. — Сегодня на рынке я… я заставил одного агента застрелить своего напарника. Я никогда раньше не мог заставить человека убить кого-то.
Гаррет резко выпрямился, его глаза сузились.
— Ты что сделал?
— Увидел амулет у одного из них и взял под контроль второго. Заставил его открыть огонь по своему. — Мой голос звучал глухо. — Даже не знал, что так могу.
Гаррет долго смотрел на меня, потом медленно откинулся на спинку стула.
— Принудительное убийство… это высший уровень ментального контроля, Макс. Большинство Менталистов не могут преодолеть внутренний запрет человека на убийство себе подобных. — Он потер подбородок. — То, что ты смог это сделать… это подтверждает мои догадки. Твои способности растут, причем стремительно.
— И что это значит?
— Это значит, что ты готов к следующему этапу обучения, — в глазах Гаррета появился азартный блеск, смешанный с чем-то похожим на настороженность. — Я могу научить тебя техникам, которые позволят обходить даже защитные амулеты. Не все, конечно, но базовые барьеры станут для тебя проницаемыми.
Он пристально посмотрел мне в глаза:
— Но прежде мы должны поговорить о контроле и ответственности. Сила, которую ты начинаешь проявлять… она опасна, Макс. В первую очередь для тебя самого.
Это звучало одновременно интригующе и пугающе. Особенно учитывая, что часть меня до сих пор не могла поверить, что я заставил человека убить своего товарища, а другая часть… другая часть чувствовала странное, темное удовлетворение от осознания собственной силы.
— И когда начнём?
— Завтра утром, — Гаррет улыбнулся. — Нам понадобится пара часов тишины и спокойствия. Я покажу тебе кое-что интересное из арсенала Имперских Менталистов. Техники, которым не учат в Академии.
— Звучит заманчиво.
— Так и есть, — старик свернул карту. — А сейчас поешь и отдохни. Завтра будет тяжёлый день.
Я поднялся и направился к двери, но остановился на пороге:
— А если всё рухнет? — бросил через плечо, не оборачиваясь. — Эта авантюра с Ростовом. План Б вообще существует?
Гаррет хмыкнул:
— План Б — это выжить любой ценой. И с ней, Макс, ты справишься. Не потому, что у тебя есть выбор, а потому что я видел, как ты работаешь. Хладнокровно и эффективно.
— Хладнокровие тут не при чем. Я просто делаю, что нужно.
— Именно это я и ценю, — Гаррет кивнул. — До завтра. Тренировку начнем на рассвете.
— Не проспи, старик.
Я вышел в коридор и сразу же столкнулся с Мартой. Её напряженное лицо не предвещало ничего хорошего.
— Нам нужно поговорить, — отрезала она. — Немедленно.
— Я вообще-то собирался поспать. День выдался… насыщенным.
— Это не обсуждается, — Марта уже шла вперед по коридору, не оглядываясь. — За мной.
Она привела меня в другую комнату — судя по обстановке, бывший кабинет мастера. Здесь даже сохранилась часть мебели — стол, пара стульев, полки с какими-то документами.
— Закрой дверь, — скомандовала она. — Разговор не для посторонних ушей.
Я подчинился, прислонившись к косяку. Сидеть не хотелось — так проще контролировать ситуацию.