— Серые потрепали? — спокойный голос Гаррета раздался из глубины комнаты.
— Лев, — процедил я, поворачиваясь к старику. — Он пришел к Эду за мной. Тот почти меня выдал, но в последний момент помог сбежать. — Я многозначительно промолчал, надеясь, что наставник поймет — произошло нечто важное, о чем нельзя говорить при всех. Предательски возникший комок в горле мешал говорить. — Он вступил в драку с серыми.
Я сглотнул. Пальцы Кристи крепче сжали мою ладонь. Гаррет все понял и тяжело вздохнул, покачал головой:
— Значит, впервые в жизни Эд сделал правильный выбор…
Марта, сидевшая за столом над картой, подняла голову:
— Думаешь, Лев погиб?
— Не знаю, — честно ответил я. — Там всё обрушилось, но…
— Но он Телекин, — закончил за меня Гаррет. — Мог выставить щит, мог отбросить обломки… я бы и ломанного рубля не поставил против того, что он выжил.
Марта кивнула и снова склонилась над картой:
— Тогда нам надо действовать быстро. Я получила информацию, что Серые стягивают силы к окраинам города. Все выходы из города блокированы. Видимо атака на конвой их сильно взбудоражила.
Я же про себя подумал, что было бы неплохо если бы так оно и было. В противном случае моя судьба была бы совсем не завидной. В этот момент подумалось что уж лучше если бы Эд был бы мертв. Так серые не узнают о том, кто я на самом деле. Ведь если они узнают, то возьмутся за меня всерьез.
Я осмотрелся. В комнате, кроме нас, находились еще Проповедник и Диана. Они сидели за соседним столом, проверяя оружие. Напряжение в воздухе было почти осязаемым.
— Что у нас со связью? — спросил Гаррет, подходя к Марте. — Удалось связаться с Ростовом?
— Пока нет, — покачала головой девушка. — Но наши люди работают над этим. Если твой курьер добрался до Дениса Михайлова, возможно, нам стоит ожидать ответа.
Старик кивнул и повернулся ко мне:
— Садись, Макс. Расскажи подробнее, что произошло.
Я опустился на стул, Кристи села рядом, не отпуская моей руки. Диана принесла нам кружки с горячим чаем, в который явно было добавлено что-то покрепче. Я сделал глоток, чувствуя, как жидкость обжигает горло и разливается теплом по телу. Напряжение начало потихоньку отпускать.
— Я вернулся на базу, — начал я, собираясь с мыслями. — Надо было уладить кое-что прежде, чем свалить. Думал, что так он меньше будет злиться на наш… мой побег.
Я сделал еще один глоток, вспоминая недавние события.
— Когда я вошел в его кабинет, там уже сидел этот сукин сын, Лев. В кресле Эда. А сам толстяк был в кресле для посетителей, злой как черт. Я сразу понял — что-то не так.
— Агент знал о твоих способностях? — уточнил Гаррет.
— Да. Он сразу назвал меня «юным Менталистом». Я попытался использовать на нем внушение, но у него был амулет. — Я горько усмехнулся. — А потом я попытался напасть на него с ножом.
— Идиот, — выдохнула Кристи.
— Согласен, — кивнул я. — Лев отбросил меня телекинезом и вырубил. Очнулся уже когда меня тащили по туннелю. Эд нес меня на плече.
Я прикрыл глаза, вспоминая те моменты, которые теперь будут преследовать меня в кошмарах. Момент с амулетом я решил опустить.
— Когда он поставил меня на ноги, — Я коснулся цепочки на шее, но тут же аккуратно отдернул руку, заметив внимательный взгляд Марты. — Что-то… щелкнуло в его голове. Он спросил только: «Ты…?» А потом… — я мгновение помолчал. — Потом он приказал мне бежать и атаковал Льва.
В комнате повисла тяжелая тишина. Кристи сжала мою руку еще крепче.
Гаррет переглянулся со мной, и я понял, что он уловил мой намек на амулет. Он слегка кивнул, давая понять, что разговор об этом будет позже, наедине.
Я посмотрел на остальных. Проповедник сидел с суровым выражением лица, словно что-то обдумывая. Диана же с любопытством рассматривала меня, будто пытаясь понять, что во мне такого особенного, что Эд решил пожертвовать собой.
— Ты сделал правильно, что сразу пришел к нам, — сказал Гаррет, нарушая тягостное молчание. — Теперь нужно решить, что делать дальше.
Я оглянулся на Кристи. Она смотрела на меня с беспокойством, но в ее глазах читалась еще и какая-то гордость. Словно я совершил что-то значимое, хотя на самом деле просто пытался выжить.
— И что теперь? — спросил я. — Отсидеться здесь, пока всё не утихнет?
Гаррет покачал головой:
— Нет. Здесь оставаться опасно. Серые могут знать о «Пьяной Ели», особенно если они допросят кого-то из банды Эда.
— Явин, — имя друга сорвалось с моих губ. — Он остался в квартире. И он знает, что мы связаны с сопротивлением.