— Что это было? — испуганно спросила Кристи.
— Кажется, что-то взорвали. — ответил я, стряхивая пыль с волос. — Чтобы замедлить преследование.
Мы двигались всё дальше в кромешной тьме туннелей. Теперь только редкие фонари в руках бойцов освещали путь. Эхо шагов сливалось в монотонный гул.
Внезапно впереди раздался крик:
— Стоп! Всем стоять!
Колонна встала как вкопанная. Я привстал на цыпочки, пытаясь высмотреть, какого хрена там происходит. Впереди Диана с парой бойцов что-то горячо обсуждали, размахивая руками.
— Вода! Туннель затоплен! — донеслось из темноты.
Блядь! Только этого не хватало. Серые что, вздумали нас утопить, как крыс?
— Назад! — рявкнула Диана с такой невозмутимостью, будто речь шла о смене маршрута на прогулке.
Через минуту она уже протискивалась мимо нас, освещая путь фонарём. Тени плясали на её лице, делая его похожим на жуткую маску.
— У нас ещё есть лазейка, — бросила она на ходу. — Через старую канализацию. Правда, придётся выйти на поверхность и прорываться по улицам.
— Типа у нас есть варианты? — буркнул кто-то из толпы.
— Ни единого, — отрезала Диана. — Шевелите задницами!
Мы втиснулись в какую-то щель в стене, которую здешние крысы, наверно, считали проходом. Пришлось протискиваться боком, как в гребаном лабиринте для худых. Темень — хоть в глаз стреляй, а стены такие мокрые и склизкие, будто ты внутри какого-то монстра. Кристи поскользнулась на чем-то, о чем лучше не думать, я еле успел цапнуть её за шкирку.
— Осторожнее!
— Я пытаюсь, — она тяжело сопела, цепляясь за мой рукав. — Макс… если мы не выберемся отсюда?
— Не накаркай, — бросил я, хотя сам думал о том же. — Прорвемся.
Наконец эта кишка вывела нас к ржавой лестнице, больше похожей на гнилой скелет. Наверху виднелся люк, сквозь дырявый металл просачивался тусклый свет уличных фонарей.
— Проверь, что там! — Диана ткнула пальцем в одного из бойцов.
Тот, ворча, полез наверх. Приоткрыл люк, высунул башку и тут же юркнул обратно, как испуганный суслик.
— Вроде чисто рядом, — он сплюнул в сторону. — Но слышно сирены где-то неподалёку. Видать, оцепление ставят.
— Разобьемся на группы и валим в обход, — скомандовала Диана. — Слушайте сюда! Выходим по трое-четверо, никаких толп. Держимся порознь, не палимся. Точка сбора — старая фабрика в Немецкой слободе. Всем все понятно?
Вопросов не было. Да и какие тут могут быть вопросы, когда позади явно приближался грохот перестрелки — похоже, Серые наступали нам на пятки.
Первая группа выбралась наружу. Потом вторая. Затем пришла наша очередь.
— Макс, Кристи, вы со мной, — Диана проверила оружие. — И ещё… — она окинула взглядом оставшихся, указала на худого парня лет двадцати. — Ты. Как зовут?
— Семён, — буркнул тот.
— Отлично, Семён. Держись рядом и не отсвечивай.
Мы полезли по лестнице. Ночной воздух ударил в лицо свежестью после затхлости катакомб. Выбрались на мокрый асфальт какого-то переулка. Вокруг — глухие стены домов, окна в основном темны, хотя тут и там можно заметить желтые прямоугольники жилых квартир.
— За мной, — прошептала Диана. — И помните — на свет стараемся не выходить.
Мы двинулись по переулку, стараясь выглядеть естественно. Хотя какая, к чертям, естественность, когда ты весь в грязи и пропах порохом?
Крались вдоль стены, пригибаясь, шаг за шагом. Луна то пряталась за облаками, то вновь всплывала, как прожектор. Сердце билось в ушах, ноги двигались почти автоматически. И всё шло по плану, пока…
Бздыньк!
Раздался глухой, но отчётливо звонкий звук. Я резко обернулся. Семён виновато застыл с вытянутой ногой — пустая бутылка покатилась по асфальту, медленно, издевательски, словно нарочно.
— Твою ж… — прошипела Диана.
Из-за угла донесся крик:
— Эй! Кто там⁈
— Назад! — тихо скомандовала Диана.
Но было поздно. Один из солдат уже обернулся, вскинул винтовку и заорал:
— Стоять!
— Бежим! — Скомандовала Диана, вытягивая винтовку
Грохнул выстрел. Семён вскрикнул, схватившись за плечо. Я подхватил его под руку, потащил в ближайшую подворотню. Кристи неслась рядом, Диана прикрывала отход, отстреливаясь.
— Сюда! — я заметил приоткрытую дверь чёрного хода какого-то магазина.
Мы ввалились в тёмное помещение, где нас тут же окутал затхлый запах пыли и старых картонных коробок. Диана с грохотом захлопнула дверь и привалилась к ней спиной, тяжело дыша.
— Тихо! Ни звука!
За дверью раздались шаги, голоса. Сердце колотилось так громко, что казалось — они услышат. Кристи прижалась ко мне, я чувствовал, как она дрожит.