Выбрать главу

— Удачи на тренировке! — пожелали мы с Изом почти в унисон.

— ВАМ ТОЖЕ! — прокричала уносящаяся молния.

— Не понял, — проронил Из.

— Чего?

— Она что, меня боится или чего? Когда я про родителей сказал — у нее на лице явно мелькнул страх чего-то…

— Ты про это, — вздохнул я. — Долгая история. Потом объясню… Наверное.

— Но я-то точно видел…

— Ну видел, и что? Просто не говори об этом никому.

— ?

— Скажем так. Тут все очень, очень сложно. И сама Скут с ее характером. И ее судьба. Не многие столько пережили, сколько она в свои-то годы. Но и хватит об этом пока. Тем более что и я не должен был бы всего этого знать.

— Хорошо, братишка, — пожал, недоуменно, плечами Из. — Чем займемся?

— Думаю, нужно зайти в "Карусель" к Рарити — подобрать или может заказать что-то на завтра…

— Ну окей. Веди!

* * *

И вот впереди уже показалась "Карусель".

Прежде, чем мы подошли к бутику, на его пороге показалось белоснежное облачко.

— Хорошо, Рарити! — донеслось до нас, и облачко понеслось в нашу сторону.

По мере приближения облачко оказалась белоснежной, кудрявой единорожкой с розовато-сиреневой гривой и нежно-зелеными глазками.

— Ой, Алекс!

— Привет, Свити! Да, я уже вернулся, — приветливо улыбнулся я. — А это мой брат.

— Э-э-э… Из. Просто Из.

— Из… Какое необычное имя! А я — Свити Бель! — пропело улыбчивое "облачко" ангельским голоском. — Ой! Какая у Вас метка… А за что можно получить такую, а? А то мы с Эпл Блум и Скуталу их никак получить не можем…

— Ну… Это слишком долгая история, чтоб рассказывать ее вот так посреди улицы, — улыбнулся каким-то своим воспоминаниям Из. — Может как-нибудь в другой раз?

— Ой, да конечно, извините, что это я в самом-то деле… Но как-нибудь расскажете, да?

— Конечно, я ведь обещал! И давай на ты, хорошо? Для "Вы" я еще не достаточно древний, — снова слегка улыбнулся Из.

— Хорошо, хорошо! — закивала Свити своими ангельскими кудряшками. — Ой! Я, наверное, вас задерживаю, да? Простите!

— Да нет, что ты, — вмешался я. — Мы как раз идем к Рарити — Пинки Пай устраивает вечеринку в честь Иза — нужно выглядеть!

— Вечеринка это здорово! Надеюсь, нас пригласят…

— Да я и приглашаю! В конце концов, это ведь для меня вечеринка. Приходите и вы трое! — воскликнул Из.

— Правда? Можно? Спасибо Вам… тебе Из! Ой, забыла совсем! Меня ведь Рарити за нитью послала! До свиданья! — и "облачко" припустило дальше по улице.

— Из!

— А?

— А что это на тебя нашло? То есть, ты ведь не самый большой любитель вечеринок, как я помню?

— Ну да. Как и всякой толчеи.

— А тут вдруг сам приглашаешь?

— А что такого? Сделал приятное. Плюс, если уж вечеринка, так пусть уж точно будет кто-то знакомый, кто мне понравился.

— Понятно… Однако мы пришли!

Я постучал.

— Рарити! Можно?

— КОГО ДИСКОРД НЕСЕТ Я ЗАНЯ… Алекс?! Это ведь ты, да? Прости. Проходи, конечно!

Я толкнул дверь, и мы вошли.

Первым, что мы увидели, была, славившаяся на весь город своим весьма не кротким нравом кошка, которую, если я правильно помнил, звали Опалесценцией, сидевшая на манекене прямо рядом со входом. И конечно тут же попытавшаяся полоснуть не пришедшихся ей по нраву визитеров когтями.

А вторым — белоснежную единорожку с синей, великолепно уложенной гривой, синими же глазами и меткой в виде трех бриллиантов на крупе, положившую голову на груду ткани и каких-то выкроек рядом со швейной машинкой.

— Привет Алекс! — произнесла она, еле оторвав голову от груды. — Кошмар…

— Что случилось, Рарити?

— Заказов не будет еще два или три дня, а в голове у меня такой бардак! Ни одной толковой мысли! — Рарити снова уронила голову. — Свити-то я за нитью послала, а вот что делать потом — хоть тресни…

— Ну… Может мы тебе в этом поможем?

— Мы?

Из-за моей спины вышел Из.

— Простите, что сразу не представился. Меня зовут Чадье. Из Чадье. А вас, видимо, мисс Рарити? Премного был наслышан о Вас и счастлив лицезреть Вас!

— Ох… — только и выдавила Рарити. — Что же привело вас ко мне?

— Завтра Пинки Пай устраивает вечеринку и хочется выглядеть соответственно.

— Справлюсь. Давайте-ка я вас обмеряю. Предпочтения?

— Изу — смокинг, а мне — на твой вкус.

* * *

Позже в этот день.

— Уф! Вырвались!