Стукнули дверные засовы. Скрипнула решетка. Стражники впихнули очередного несчастного. Это был очень крупный жеребец, какого-то грязно-коричневого оттенка. Точнее трудно было сказать в тусклом свете умирающей лампы. Лицо его тоже было не разобрать, но судя по тому, как он держался, он явно был тут завсегдатаем. И, похоже, пьян.
— О! Да я тут седнь не один! Здаров приятель! За че теб-бя сюды?
— Здорово, — буркнул я. — Набил морду стражнику.
— О! Лихо! — он бухнулся на соседние нары. — Энт-то по-наш-му! А мене от оп-пять… и, п-хоже, мож-т надолго…
— Сочувствую.
— Ха! Пос-чувствуй лучше т-му гвардейцу, к-торого я на перо пос-дил!
— Гвардейца?
— Ага! А неч-че было! Хыто его пр-сил лезть? Энто мое дело, скоко я пью и к к-му п-р-стаю! Тем более, че я на р-боте!
— Угу, — почему-то нравился он мне все меньше и меньше. — А что за работа?
— Ха! Лучш-я в мири, есль хош знать! Тел-хр-нитиль я! Аж у с-мого Мис-ркнакера! Слыхал про т-кого?
А вот это уже было интересно!
— М-м-м… Может, чего-то краем уха, — соврал я.
— У! Ну ты темный! Про таких поней… *Тьфу!* …пони не слыхать. Ну, энто неважн! Важн, шо он миня отседа в два счет-та выдернет! Невп-рвой! Пос-жу тут к-кой-то время, к-нешно, а п-том к Мис-сру на его остр-вок. Пляж, кобылки, все дела…
— Угу, — кивнул я.
— Скольк? — продолжал тот. — Ну, см-тря сдохнет он или нет. Ха! Да хоть и сдохнет. С Мисером — пл-вать я на него х-тел!
Скуталу шмыгнула носом и снова постаралась забиться подальше в угол.
— О! А энт-то хыто у нас там? Привет пр-ятель! П-рвый раз тут?
— При… Привет. Ага, — пролепетала Скут.
— О! Гы! Да ты не пр-ятель?!
— Аг-га…
— В-зет мне седня! — верзила поднялся со своих нар, и медленно двинулся к нам. — Вот с чем об-бычн пр-блемы, тк это с к-былками! Д-вно их у м-ня неб-ло. А тут нате вам! Д-же идти ник-куды ненужн!
— Эй! Т… Ты чего?! — Скуталу вжалась в стенку.
Я поднялся с нар.
— Ты гл-вное не боись, — расплылся в ухмылке коричневый. — Я м-леньких не об-жаю. Почти. Больн те не будет. Мож даже понрав-тся! — он подходил все ближе и ближе.
Так. Вот теперь он мне надоел.
— Притормози, приятель! — я встал между ним и Скут. — Че-то ты сильно разошелся!
— А энто м-е дело раз-шелси я или нет! — коричневая морда снова расплылась в похабной ухмылке. — А! Я, кажись, понял! Энто твоя, да? Гы! Ниче т-кая. И как она? На вид вп-лне се. Слуш-ший! А мож вмести, а? А че? Ну ты че? Че замолк-та, а? Или д-вай всет-ки я? Я даж запл-чу, када выду, ты ток напомни! Д-вай?
И он, отпихнув меня, снова сделал шаг в сторону Скуталу:
— Ути-пути… Иди сюды, моя сл-деньк-я…
Скуталу, с остекленевшими от ужаса глазами, заскребла ногами по стене.
Я снова заступил дорогу, оттолкнув его в сторону:
— Предупреждаю последний раз. Оставил ее в покое. Пошел, сел на свои нары. Сидишь и не вякаешь.
— Че? — прищурился верзила. — Энто мне еще вс-кая сопля сер-рая угр-жать будет?
— Буду.
— Зн-чит т-к! — скрипнули зубы. — Св-ли в стор-ну, п-ка я тебя вместе с ней не…
Договорить он не успел. Да и сложно бы это было, когда его зубы встретились с моим копытом.
Однако должного отрезвляющего действия это не возымело. Вместо этого началась простая, грязная драка. С ударом в зубы я, похоже, допустил серьезную оплошность. Во-первых, его зубы практически не пострадали. Во-вторых, его надо было сразу вырубать. Он был сильнее меня. Не так ловок, но сильнее. В затяжной драке преимущество было на его стороне.
Насколько на его, я понял лишь когда тот отшвырнул меня в сторону. Я ударился головой об ножку прикрученного к полу стола.
Навалилась чернота.
Слава Селестии, в беспамятстве я пробыл всего несколько секунд. Зрение и слух возвращались постепенно. Картинка перед глазами плавала из стороны в сторону, то становясь черно-белой, то снова обретая цвет. В таком состоянии было уже не до драки, поэтому, когда я увидел эту скотину уже на наших нарах, нависшую над Скуталу, я просто, не раздумывая, кинулся вперед. Даже не зная, что буду делать.
Я просто налетел на него со спины и с разлету ударил башкой об стену рядом со Скут. И еще раз! И еще! И еще! И еще! Что-то хрустнуло. Тот перестал сопротивляться. Темное пятно начало расплываться по стене… И еще… И еще… И еще… Кажется, я вновь потерял сознание…
— А… Алекс! — прорезался сквозь темноту голос Скуталу.