Скуталу снова больно упала на землю. Поджала ногу. Долго смотрела на нее в темноте, щупала, но так ничего страшного и не нашла. На вид — самая обычная нога самого обычного жеребенка. Она снова попыталась подняться, на этот раз куда осторожнее. Вроде получилось. Правда, на ногу лучше пока не наступать.
"Да… — подумала она оглядываясь. — А меня, похоже, и правда здорово приложило! Чушь всякая мерещилась… Ну и провалялась же я тут! Вон уже солнце поднимается. Как только не сожрал еще кто-нибудь… Так, Скут! Я же тебя… себя уже просила! Без глупых страхов! Даже в мыслях! Хотя и вправду было очень страшно… Интересно, а глубоко ли было падать, чтобы так интересно бредить?"
Она обернулась.
И оцепенела.
Падать было глубоко. Очень даже глубоко. Здесь было даже больше трехэтажного дома по высоте! Да что там! Из зданий в Понивилле выше, пожалуй, была только ратуша! Для сломанной ноги, к примеру, хватало и одного этажа…
Она перевела взгляд ниже. Сглотнула. Перед глазами у нее помутилось.
Под обрывом, до самых ее ног, были камни. Даже стояла она сейчас на большом камне. И все они были забрызганы кровью. Свежей.
Скут еще раз, поборов, подступившую тошноту, осмотрела себя. Нигде ничего, если не считать прокушенной опять губы, да кровавой юшки, стекающей из носа и капающей на камень под ногами.
Но кроме нее тут никого не было. Она не понимала как. Этому не было никакого объяснения. Но это была ее кровь. И судя по ее количеству…
Она должна была разбиться…
Насмерть…
Рассвело.
Скуталу уже вышла по дну оврага к берегу и сейчас потихоньку шла вперед. Быстрее она не могла — на ногу невозможно было наступить. Приходилось передвигаться какими-то скачками, что тоже было жутко неудобно и сильно выматывало, заставляя делать привалы едва ли не каждые пятнадцать — двадцать минут. Но она держалась. Держалась изо всех сил. Она ведь жива. Надо лишь добраться до знакомого берега. Конечно, сложно сделать это без компаса, оставшегося у Блум, но делать что-то надо. Вот и приходилось Скут уповать на то, что если идти вдоль побережья острова, то рано или поздно, но окажешься в нужном тебе месте.
Оставалось только надеяться, что остров не очень большой.
Только она вознамерилась дать себе очередную передышку, как где-то рядом послышались голоса. Забыв про больную ногу, вновь до крови закусив от боли губу, Скуталу как могла быстро кинулась в кусты.
Эпл Блум не находила себе места.
Ну что, скажите на милость, могло случиться со Скуталу? Ее не было всю ночь. Утром она тоже не появилась.
Блум давно бы сорвалась на помощь, но здесь была Свити Бель, которой тоже нужна была ее помощь, и которая все никак не приходила в себя. Блум вздохнула. В который уже раз за сегодня? Ни Скут, ни еды. Хорошо хоть ее идея с брезентом сработала и воды, после ночного дождя, хоть и довольно слабенького, было вдосталь.
Отхлебнув прямо из ямы, она снова пошла проверить Бель…
И обнаружила ту лежащей с открытыми глазами и уставившейся прямо на нее!
От неожиданности Эпл Блум вздрогнула:
— С-свити? Здорово! Ты очнулась! Ты в порядке? А? — Блум села прямо перед ней и слегка дотронулась копытцем. — Сви-ит! Ты че?
— А?! Я?! — дернулась Свити. — Ой! Прости, Блум. Я чего-то… Чего-то я заснула… А что мы делаем на суше? Мы ведь на суше? Что, мы уже нашли Мисеркнакера, да? Ну я засоня! А где Скуталу, Деринг, Дерпи, Дэш, Эплджек, остальные? Что, все уже чем-то заняты, да? Только не говори, что я уже все пропустила!
— Да не… — пробормотала Блум. — Все только начинается. Неужт ты совсем ниче не помнишь?
— Конечно помню! — Свити закатила глаза. — Помню, что вчера был жуткий шторм и я, наверное, заснула в… этой… как ее… кают-компании. Я что-то проспала?
— Как бы те сказать… — Блум задумчиво пожевала губу. — Ва-аще-т да… Шкипер крикнул че-т насчет якоря, и мы втроем кинулись к механизму. Мы-т успели, но нас самих смыло волной. Неужели не помнишь?
— Не-а…
— А то, как сначала втаскивала в эту лодку меня, а потом мы вместе ловили Скут? — Блум тыкнула ногой в сторону ближайшей стенки. — Неужели ваще ниче не помнишь, а Свити?
— Не-а… Расскажи, а? — Бель поудобнее улеглась на брезенте. — Ну пожалуйста!
— Пфуф… Ла-ано. Слушай. Хотя тут особо и нече рассказывать. Я сама не особо много помню. Якорь мы тогда вродь успели опустить — больно здорово кораблик тряхануло. Меня сбило с ног и я покатилась по палубе. Потом сверху обрушилась вода и через секунду она была уже повсюду. Не знаю, как, но я тогда выплыла наверх. А когда выплыла, прям рядом со мной была вот эт лодка, под которой мы щас лежим, — Блум взглядом показала вокруг. — А в лодке была ты. Ты меня и вытащила. А потом мы вместе вытянули Скут. Ты ведь помнишь, что она… плоховато плавает?