О чем они там болтали с Изом, я не вслушивался. Не до того было — ведь рядом ЭйДжей!
Видел только, что когда завели граммофон, Радуга потащила упирающегося Иза танцевать. Справедливости ради стоит сказать, что это сложно было назвать танце. Да и вообще танцем, ибо состоял сплошь из спотыканий, пиханий и оттоптанных друг дружке хвостов, хотя как они умудрялись это делать, для меня осталось загадкой. Впрочем, у остальных дела обстояли не лучше.
Когда ЭйДжей предложила станцевать и нам, отказаться я не мог. Лично на мой взгляд она выступила просто великолепно. Я вроде тоже неплохо — ноги сами вспомнили, без подсказок мозга. Кто-то нам даже аплодировал.
Уф! Наконец-то плюхнулись за стол. Почти сразу нам подсунули еще по одной.
— Пр-стите! У-опс! Хе! — к столу, какой-то странной походкой, подошла Скуталу. Долго примерялась к тарелке с яблоками. В конце концов, взяла одно почти из самых нижних. При этом несколько яблок, естественно раскатилось по столу, и Скут принялась собирать их копытами, ибо рот был занят. Собирать что-то круглое копытами — не легкая задача!
— Скуталу-у-у!!! Ты скоро??? — разлетелось над садом.
— Фяф!!! Уфе!!! — попыталась она докричаться с набитым ртом.
*Йи-и-ик!* Глаза Скут на секунду сошлись на переносице, а яблоко подлетело в воздух. Как ни странно, но она успела поймать его зубами возле самой земли и, постоянно икая, удалилась.
Вечер подходил к концу. Где-то трещали цикады. Неярко горели фонарики. Ужин плавно перешел в беседу. Постепенно все начинали расходиться.
Начали собираться и мы с Изом и Радугой. Все решили пойти пешком — так оно как-то надежнее. Хотя дорогу как-то угрожающе покачивало. Эплджек вызвалась проводить нас кружным путем, через домик Меткоискателей. Мы переглянулись. Не помню, кто первым озвучил мысль, что это верно, что дорога знает Эплджек, а значит, бросаться на нас не станет. Поржали все, но суть-то верная… И мы двинулись.
По пути я обратил внимание на подозрительные звуки из кустов, и извлек из них снулую Скуталу, которую было решено доставить в штаб Меткоискателей, где те иногда ночевали. А до тех пор она была водружена мне на спину, где и дремала.
— Су-ушай, Алекс! Ну а ваще-т, у вас с Исом… тьфу… Изом… ага… к-кие-т планы есть, а?
— Нууу… Эта… В смысле че-нить по с-рьезней работы по нае… найму в гор-де?
— Аг-гась!
— У-у-у… Вродь бла мысль его ф гвардию пр-строить, больно по харе… харя… харь-актеру п-дходит. Да и мет-точка тож…
— А! Кст-ти! Из! А че за м-тка? Как получил-та, а… А-а-а! — ЭйДжей как-то резко пошатнулась и начала падать в мою сторону. Я дернулся ее удержать. Ну… Как смог.
ЭйДжей выдала заковыристую фразу, весьма метко указавшую место не кстати подвернувшегося камня в природе, и что она с ним сделает.
Над моим ухом послышался восхищенный вздох проснувшейся Скуталу. И ведь наверняка запомнит!
— ЭйДжей? Все в прядке? — обеспокоенно спросила Радуга.
— Нога, — простонала та. — Подвернула круто п-хоже… Алекс! Я кнешн все понмаю, пр-ятно и все такое, но копыто с моего крупа м-жно уже убрать!
— Пр-сти! Задум-лся слегка…
— О чем? О м-ем крупе да? И как он те?
Я спиной почувствовал, как выпучились глаза Скуталу.
А еще я почувствовал, что разговор идет куда-то не туда.
— Супер. Ходить можешь?
— Да легко… Ай!
— Так! — решил я. — Там впереди к-кой-то стог. Д-вайте туда!
— Че уже так ср-зу? За круп и в стог?
— Эплджек! Ну не при… — я кивнул на Скут.
— А че? Сама узнает п-том!
— Пшли уже!
Ни до дома, ни даже до штабного домика на дереве мы в тот вечер так и не дошли. Просто не было сил.
Проснулся я от того, что чье-то копыто терлось об мое лицо.
Я лежал, раскинувшись, на стогу. Справа, почти уткнувшись в меня носом, так, что повернись я и наши носы встретились бы, посапывала Эплджек.
Копыто оказалось задним копытом Скуталу, устроившейся на самой вершине стога.
Скосив глаза, я заметил слева Иза и Радугу, также едва не касавшихся друг друга.
День начинался многообещающе! А впереди была ведь еще вечеринка у Пинки Пай!
Пинки сегодня действительно разошлась не на шутку. Стоит только сказать, что пригласила она половину Понивилля. Появилась даже Твайлайт, с которой я не замедлил познакомить Иза, как с "одним из самых выдающихся из подающих надежды магов Эквестрии". Что, естественно, вызвало у нее дикое смущение.
На которое я, честно сказать, и рассчитывал.
Что немало порадовало, так это то, что Пинки верно оценила наше состояние и, выставив на стол вторую чашу для пунша, предложила попробовать новый рецепт, с чем мы, само собой согласились, и чем оказались серьезно увлечены на некоторое время.