Мэр была верна себе. Она начала с обрисовки внешнеполитической обстановки вокруг страны, плавно прошлась по последним Кантерлотским сплетням и закончила своей скромной ролью в организации обороны Понивилля, а также влиянием себя на жизнь Эквестрии и мировую политику в целом.
Когда она закончила, я посмотрел на часы на видимой с моего места башне. Полтора часа. Что ж. Это не так уж много для нее, как я успел узнать.
Раздались жиденькие шлепки копыт по брусчатке площади, заставившие-таки мэра стесненно улыбнуться и отойти от трибуны. Нет, конечно, ее здесь любили, просто большинство слушателей уже откровенно спали стоя. Разве что слюна на брусчатку не капала. Не у всех капала. В общем, причина не поддержать мэра у них была уважительная.
— А сейчас, я приглашаю выступить с объявлением того, ради кого все мы здесь сегодня собрались!* Встречайте! Алекс Анноун!
Шлепки усилились — кое-кто все-таки начал просыпаться.
А передо мной неожиданно возникла глупейшая проблема. Дело в том, что я не знал, как начать свое выступление. Нет, конечно, крутилась в голове парочка цветистых выражений, но они выглядели бы глупо и не к месту. Из остального имелись в наличии: "Леди и джентльпони", но это было бы слишком напыщенно, и "Жеребцы и кобылки", но так можно было бы обращаться к друзьям после попойки, а не к ждущей тебя толпе.
Я стоял перед трибуной и тупо махал всем ногой, лихорадочно соображая. Тянуть дальше не было никакой возможности. Я набрал воздуха в грудь:
— Друзья! Как вам всем известно, проблема, в которой оказался наш дорогой, наш любимый город, огромна. Для удобства, мы не стали давать этой проблеме какие-то хитрые собственные имена. Мы назвали их просто Тварями. И они постарались оправдать свое название! Подлые грабители и убийцы! Сколько пони пострадало от них?! Сколько погибло?!
Толпа проснулась. Заворочалась. Загудела, выражая свое яростное согласие.
Я, тем временем, продолжал:
— Но, мы терпели их достаточно. Все! Баста! Настала пора показать этой нечисти, кто здесь главный! Мы готовы! Мы сильны, как никогда! Мы отвадим Тварей от нашего города!
Толпа выразила всеобщий "одобрям-с".*
— Нам известно, где находится их логово. Осталось лишь пойти и раздавить его! И у нас есть, чем его раздавить! Но есть и проблема. Вернее, целых две проблемы, помощи в которых я прошу сейчас у вас.
Площадь притихла, преисполняясь внимания.
— Первая из них заключается в том, что нам нужны бойцы. Храбрые и сильные пони, готовые пойти на любой риск, ради спасения своего города. Нет, я знаю, что на это готовы многие из вас, но я прошу взвесить свои возможности, свои силы критически. В отряде не нужны те, кого "стреножит" при первой же опасности. Они станут обузой остальным, заставляя думать об их защите, вместо того, чтобы двигаться вперед и атаковать. Нам нужны те, кто не забоится острых клыков, длинных когтей или вида крови. Если вы чувствуете в себе такую силу, знаете, что способны на многое — приходите завтра к дому, где живем я и Из Чадье. Моим добрым другом, Тимберхостом, уже, я уверен, знакомым вам, будет собран небольшой отряд. Приходите вместе с ним. Нам нужна ваша помощь.
Я на секунду прервался, переводя дыхание.
— А можно записаться добровольцем уже сейчас?
Толпа расступилась. К помосту, на котором я стоял, вышел светло-бежевый жеребец со светло-серой гривой. Мне он показался странно знакомым.
— Конечно можно, — кивнул я. — Однако мы определенно виделись раньше… Только вот, извини, не припомню где.
— Лагерь КонАрма, сэр. Рядовой Соулстрэй в вашем распоряжении.
— И верно! Как я мог забыть единственного КонАрмовца, решившего, хоть и не без нашей помощи, начать честную жизнь?
— И мне это удалось, как мне думается. Впрочем, решать не мне. Я пришел в этот славный городок, в попытке загладить свою вину. Конечно, я что-то делал для его обороны, но, думаю, этого мало. Только пойдя с вами, я могу исправить то, что натворили остальные КонАрмовцы.
— Что ж. Считай, что ты записан добровольцем. Приходи завтра с конвоем, как я уже сказал. Вопросы?
— Никак нет! — отчеканил бывший КонАрмовец и отступил в сторону.
— Может быть, будут еще желающие записаться сразу?
— Б-будут! — раздался не уверенный, но громогласный голос. Гигантский айсберг пришел в движение посреди моря пони. Мощно ступая по брусчатке, так, что казалось, камни крошатся под его копытами, вперед выдвинулся огромный белый пегас с коротко стриженой гривой, вдвое превосходивший размерами даже самого крупного из присутствующих пони.