— Был бы всё ещё жив. Но ты помогла миру избавиться от очередного безмозглого слуги системы. Плюс тебе в карму за это.
— Ты чудовище. Настоящий и безжалостный монстр. Выродок!
— Такой же, как и ты, — парень усмехнулся и вновь стал пристально меня разглядывать. — Значит, телепортация. Интересно. Первый раз встречаю телепорта в жизни. И давно это у тебя?
— Тебя удивляет наличие сил у представителя поколения G?
— Силы меня не удивляют, но твоя способность к телепортации воистину необычна, — парень отвернулся в сторону. — Так зачем твой одержимый отец просил доставить тебя в Москву?
— Я не знаю. Я не видела мир за пределами нашего селения и не знаю, как он устроен.
— Ты не бывала за пределами Ростова? Как ты смогла переместиться на пустошь, никогда не бывая здесь?
— Не знаю. Смогла и всё. К чему эти допросы?
— Я знал многих представителей нашего вида и видел разные способности, но телепортацию вижу впервые.
— Насмотрелся? — Мне уже сложно было сдерживать порыв съязвить наглецу. — Расскажи о себе. Кто ты такой?
— Я не привык откровенничать. Тем более с заносчивыми малолетками. Моё доверие нужно заслужить.
— Пошёл ты. Мне плевать на тебя и твоё доверие. Но раз от тебя зависит моя жизнь, то мне стоит знать, с кем я имею дело.
— Дикарка, прекращай строить из себя генерала. Ты хоть и его дочь, но точно не тянешь на вояку и жестокого лидера. Личико слишком мягкое и детское.
— Ещё одно слово, и я перемещу тебя обратно в карцер на растерзание конвою!
Я больше не могла сдерживать эмоции. Этот высокомерный и раздражающий кретин выводил меня из себя. Мне было противно даже смотреть на него, не говоря уже о его неприятном и надменном голосе.
Я схватила свою сумку, которая лежала на земле, и направилась по пустырю в противоположную от города сторону.
— Далеко собралась? — спросил он.
— Далеко. И чем дальше от тебя, тем лучше.
— Ты знаешь, куда идти? —в тишине пустошей раздался ироничный смех. — Для справки: Москва находится в другой стороне, и до неё чуть больше тысячи километров пути. За пару месяцев дойдёшь.
Его слова заставили меня остановиться. Мне было сложно признать свою беспомощность, но недоумок был прав. Я не знала мир за пределами моего поселения. Я не смогу добраться до Москвы самостоятельно, как бы сильно мне этого ни хотелось. Несмотря на то, что этот заносчивый кретин меня раздражал, мне придётся терпеть его присутствие рядом.
— У тебя есть конкретные предложения? Или ты так и продолжишь вести себя как законченный кретин?
— Предложение есть, но оно не помешает мне продолжать вести себя как законченный кретин.
— Если ты намерен продолжить этот путь со мной, то у меня будет несколько условий.
— У тебя? Условия? В этой ситуации ты зависишь от меня, и это я должен выдвигать требования.
— Во-первых, ты замолчишь и не будешь общаться со мной без острой необходимости. Во-вторых, ты больше ни одним словом не обмолвишься о моём отце. В-третьих, ты не оставляешь меня ни на минуту. Пока мы не доберёмся до Москвы, ты следуешь за мной словно тень.
— Дикарка, не много ли ты на себя берёшь?
— Последнее и главное условие. Ты никому и ни при каких обстоятельствах не рассказываешь о том, кто я и что могу. Я просто девчонка, которую ты случайно встретил на своём пути. Ты умолчишь о моём отце и о произошедшей в моём поселении истории.
— К чему такая конфиденциальность? Боишься предстать перед ответом за грехи своего отца?
— Я не обязана отвечать за то, над чем я не властна. Мой отец погиб, и все его дела остались в прошлом. Я же должна начать жизнь с чистого листа и скрыть своё прошлое.
— Генерал успел подготовить тебя к подобному. Папаша предполагал твой побег, или это случилось по твоей воле?
— Никаких разговоров. Помнишь? Я не собираюсь обсуждать с тобой отца и свою жизнь. Доведи меня до места назначения, и мы забудем о нашей встрече.
— Хорошо, идём. И раз тебе так хочется поскорее отправиться в путь, нам нужно найти какой-нибудь транспорт, — зеленые глаза незнакомца стали оглядывать окружающий нас пустырь. — Но сначала предлагаю сделать небольшой привал. Я уже несколько дней ничего не ел и еле держусь на ногах. Твой отец и его солдаты не отличаются гостеприимством.
Я заметила, что парень постоянно покачивается. Его истощение было очевидно. Мне было непонятно, где мы сможем найти еду посреди этой пустоши и как мы найдём транспорт. Незнакомец опустился на траву и закрыл глаза. Его поведение было далеко от нормального, и я никогда раньше не встречала таких невыносимых людей.