— Эй, дикарка, — обратился он ко мне. — Я помню, что нам запрещено разговаривать, но можно задать один вопрос?
— Что тебе?
— Как тебя зовут?
— Екатерина, но я привыкла, чтобы меня называли просто Катя.
— Значит, Екатерина. Как императрица?
— Я не сильна в истории.
— Куда тебе, дикарке, знать историю, — сказал парень и изобразил улыбку, не открывая глаз. — Меня зовут Энтони.
— Чего? Это что ещё значит?
— Моё имя. Меня зовут Энтони.
— Что за имя такое? Ты вообще откуда родом?
— Это долгая и запутанная история. А у нас есть запрет на личные разговоры, не так ли?
— Так, — ответила я с недовольным видом. — А есть сокращённый вариант? Твоё имя слишком сложное для произношения.
— Тони. Но если совсем просто, то Антон.
— Антон? К чему тебе столько имён?
— Личные разговоры, — незнакомец взмахнул рукой, указывая указательным пальцем вверх. — Забыла?
Мне больше не хотелось спорить с этим невыносимым кретином. Для одного дня уже было слишком много событий. Утром я была дома и проводила обычную тренировку с отцом. А ночью я уже сидела в пустошах с этим нахалом, чьё имя вызвало много вопросов.
Я почувствовала слабый интерес к этому загадочному парню. Кто он такой? Откуда он родом? Чем занимается? Какие у него способности?
Я услышала тихое сопение. Парень уснул прямо на траве, склонив голову набок. У него были жёсткие черты лица, тёмная борода и густые волосы. Он был первым, с кем я осталась наедине ночью.
«Чувствую, дорога будет непростой и долгой. Он ещё выпьет у меня крови», — подумала я.
Холод ночи пронизывал до костей. Мне ничего не оставалось, кроме как найти сухой хворост и развести костёр.
Как только темноту вокруг рассеял мягкий свет огня, а по телу разошлось тепло, я устроилась на ночлег возле костра. В кармане куртки я нащупала подаренный отцом плеер. Устройство продолжало работать исправно. Я распутала наушники, обмотанные вокруг плеера. Отец знал, как я люблю музыку, и что только она помогает мне справляться со всем негативом.
Я не очень хорошо разбиралась в устройствах прошлого, но интуитивно нажала на иконку с изображением ноты. Вставив оба наушника, я нажала на кнопку «play» и закрыла глаза. Музыка и успокаивающий мотив песен помогли мне успокоиться и заснуть.
Я не прошу судьбу вернуть тебя ко мне.
Я знаю, счастье не приходит дважды.
Плыву по ветру, но река моя в огне.
А я всего лишь парусник бумажный.
В поту холодном просыпаюсь, боль в груди.
Мне не даёт забыть прощальные объятья.
Последний крик любви, последнее "прости".
Я не забуду тебя никогда.
Твою любовь, твою печаль, улыбки, слёзы.
А за окном всё так же стонут провода.
И поезд мчит меня в сибирские морозы.
Вино допито, свет погас, но дом чужой.
Чужая жизнь, чужая женщина разбудит.
Но боль потери не расстанется со мной.
Пока истерзанное сердце биться будет.
Пускай тепло твоё останется с тобой.
А мне мой лёд несбыточных желаний.
Я стал одним из всех, сольюсь теперь с толпой.
И поплыву в потоке разочарований...
Сибирские морозы (исп. EMIN, Владимир Кузьмин)
Глава 6
— Папа, что такое «самолет»?
— Самолет? Откуда ты узнала это слово?
— Просто узнала, и все. Расскажи мне.
— Зачем тебе это знать?
— Я читала, что самолет может унести тебя куда угодно. Я хочу найти самолет. Но для этого мне надо знать, что искать.
— Вот оно что. Ты опять выбиралась из дома? Куда ты на этот раз отправилась?
— В заброшенный торговый центр на западе. Там было пусто, и никто меня не видел.
— Самолет не птица, но летать они умеют.
— Если это не птица, как он летает?
— В прошлом самолетами называли специальные летательные аппараты с крыльями, которые могли перевозить множество людей в любую точку нашей планеты. Мир тогда был открыт для посещений, и все люди могли свободно перемещаться по всему земному шару на самолетах.
— Пап, давай найдем самолет! Я тоже хочу летать!
— Екатерина, самолетов давно не существует. Мир пал еще в 2023 году, и он закрыт на карантин вот уже десять лет. Тебе не стоит покидать пределы нашего поселения. Остальной мир слишком опасен для тебя.
— Но почему? Почему я не могу выйти в мир? Мне не нужен респиратор, и я не боюсь "Генезиса".
— Запомни на всю жизнь. Для всех остальных людей ты такая же смертная, как и все. Ты боишься "генезиса" и всегда ходишь в маске. Ты можешь заразиться, и тебе стоит всегда бояться вируса, как и всем нормальным людям. Ты не одна из выродков поколения G и никогда им не станешь.