— Потеряли дар речи? — окликнула меня женщина.
— A-а… нет… мадемуазель…
— Неужели вы не видели меня вчера? — переспросила она. — Кажется, весь город сбежался поглазеть на монгольфьер.
— Я проспал, — признался я.
— Проспали?! Ах, видели б вы, как я вчера прилетела!
— Ага! А видели б вы, как я вчера приплыл! Ну, да не в этом дело. Послушайте, мадемуазель, у меня к вам просьба. Возможно, она будет весьма неожиданной.
— Высыпать миллион алых роз перед домом вашей возлюбленной? — спросила женщина.
— О, нет. — Я почесал затылок. — Об этом я как-то не подумал.
— Да неужели я действительно услышу что-нибудь оригинальное?
— Оригинальное? Вряд ли, — ответил я. — Я хотел попросить вас доставить меня в Траумштадт. Если это возможно.
— М-м-м, — она поджала губы, кивнула и окинула меня оценивающим взглядом, словно я сообщил ей что-то, что сильно повысило мой авторитет в ее глазах.
— Ну, так что? Я заплачу вам.
— Знаете, это и впрямь оригинальная просьба. До сих пор я не встречала смельчаков, которые отважились бы подняться со мною в небо. Люди предпочитают рукоплескать мне с земли.
— А что — это очень страшно?
Мысль о том, как обвести вокруг пальца моих противников, настолько захватила меня, что я и не подумал об опасностях, которые могут подстерегать путешественников по воздуху.
— Может, и страшно. Но скажу честно: совершенно безопасно, — сообщила женщина. — Впрочем, люди все равно боятся. По правде говоря, меня это устраивает. Во-первых, мне не нужна в небе компания. Во-вторых, пока монгольфьеры остаются диковинкой, я зарабатываю неплохие денежки.
— Мадемуазель, смею ли я надеяться, что вы вытерпите компанию со мной? Только до Траумштадта.
Женщина замялась.
— Ну, возможно. Я как раз в Траумштадт и направляюсь. Только придется обождать. Планируется шоу. Горожане хотят посмотреть, как я поднимусь в воздух.
Шоу! О, нет, только не это. Мне хотелось бы испариться по-тихому.
— Да, вы что-то говорили об оплате.
Я не знал, сколько денег предложить ей, и сказал первое, что пришло в голову:
— Я заплачу вам сто талеров.
— Сто талеров?! — воскликнула она. — За сто талеров я готова немедленно оторвать свою задницу!.. Ой, простите! Просто это так неожиданно!
— Послушайте, мадемуазель, если вы так и поступите, как только что сказали, я заплачу вам в два раза больше, чем обещал.
— Хм. Но бургомистр просил… Он хотел устроить публичное зрелище…
— Мартин фон Бремборт? Ну, мы как-нибудь извинимся потом перед ним. Вы же прилетите еще когда-нибудь в Меербург? И в следующий раз сможете раза два подряд взлететь на радость публики.
— Ну, хорошо, хорошо, — согласилась аэронавтесса.
Она даже не поинтересовалась, почему мне так срочно понадобилось покинуть город.
— Только подготовка к полету займет некоторое время, — предупредила она. — Необходимо наполнить шар горячим дымом.
— Мадемуазель, пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы улететь поскорее. Я ужасно опаздываю.
— Да, но полет займет три дня.
— Лучше бы два.
— Кстати, мне приятнее, когда ко мне обращаются «пани», — сообщила аэронавтесса.
— Ага. Пани?..
— Малгожата. Малгожата Бирюкович.
— Ага. А я маркиз де Ментье.
— Маркиз?
— Да, маркиз. Ну, что же мы стоим?! Позвольте, я помогу вам.
Я взял полено, которое пани Малгожата сжимала под мышкой. Но она резко отступила, вырвав дерево из моих рук. Даже пальцы мне оцарапала.
— Что с вами? — воскликнул я.
— Ничего. Вот, держите.
Она протянула кувшин с водой.
— А что, полено драгоценное? — спросил я.
— Еще какое драгоценное! — ответила пани Малгожата без тени иронии.
Когда мы выходили из храма, я пропустил ее вперед и оглядел площадь, взглянув поверх головы женщины. Клавдий Марагур спал. Только теперь он повернулся к фонтану правым боком.
— Пани Малгожата! Пани Малгожата! — закричали детишки, едва мы оказались на улице.
— Хотите, я покажу, как шар наполняется горячим дымом? — спросила она.
— Хотим! Хотим! — обрадовались дети.
Я прошел вперед и встал так, чтобы монгольфьер закрывал меня от велетеня и трактира «С совой». Пани Малгожата подошла к троллю.
— Эй, Дамбл, дай-ка прикурить! — обратилась женщина к зеленому великану.
— Почту за честь, пани Малгожата, — тролль приоткрыл заслонку печки.
Женщина поднесла к огню полено. Дерево вспыхнуло. Пани Малгожата забралась с горящим поленом в гондолу монгольфьера.
— Кстати, я зову его «Бобиком», — сказала летунья.
— Кого? — спросил я.
— Мой монгольфьер.
— А-а, — я окинул взглядом воздухоплавательное сооружение и добавил с сомнением: — Подходящее имя.
— Дамбл, подбрось мне каштанов, — попросила пани Малгожата.
Тролль передал кулек одному из малышей. Счастливый ребенок поднес горячие каштаны женщине. Она расправила горловину воздушного шара, чтобы тот наполнился дымом.
А я подумал, что совершаю очередную глупость. Ну кто такой этот Мирович, что от него нужно бежать на воздушном шаре?! Все же мне нужно было обратиться за помощью к бургомистру. В конце концов, этот хрыч Бремборт пил со мною на брудершафт!
— Через сколько мы будем готовы? — спросил я.
— Через полчаса, господин маркиз, — ответила женщина.
— Хорошо. К этому времени я вернусь.
Я обошел сзади здание суда, трактир и вышел к ратуше. Поднявшись по лестнице к парадному входу, я оказался на виду у Клавдия Марагура. Но велетень спал, и я, никем не замеченный, вошел в канцелярию бургомистра.
Навстречу вышел господин в сером сюртуке, которого я помнил, потому что накануне видел его в свите Мартина фон Бремборта.
— Маркиз? — произнес он.
Мне показалось, что его голос прозвучал неуверенно.
— Любезный, мне необходимо срочно увидеться с бургомистром, — сказал я.
Господин в сером сюртуке поджал губы и нахмурился.
— Видите ли, маркиз, боюсь, сейчас это невозможно.
— Почему? Бургомистра нет в резиденции? — спросил я.
— Нет, дело не в этом, — ответил Серый Сюртук.
— Что-то случилось? — обеспокоился я.
— Как бы вам сказать? — Серый Сюртук нервничал.
— Любезный, говорите, как есть, — попросил я.
— Видите ли, маркиз, в свете некоторых обстоятельств, ставших известными бургомистру, он приказал не принимать вас до особых распоряжений.
— Каких еще обстоятельств?! — возмутился я.
Мне пришло в голову, что надо дать Сюртуку в рыло, да и пройти к бургомистру, но по коридору прохаживались два дэва. Они исподлобья поглядывали на меня, и я понял, что рукоприкладством ничего не добьюсь.
— Я ничего не могу вам сказать, — произнес Серый Сюртук. — Да, признаться, я и не посвящен в подробности. Думаю, вам лучше вернуться к пану Розански, туда, где вы остановились. Я доложу бургомистру о вашем визите. Когда он разберется во всем, он даст вам знать.
Что за ерунда?! Неужели Мирович успел побывать у Мартина фон Бремборта и настроить его против меня? Пожалуй, если бы не дэвы, я и впрямь дал бы по морде Серому Сюртуку и прорвался бы к бургомистру. Но присутствие могучих стражей с каучуковыми дубинками охладило мой пыл. Я счел за лучшее убраться подобру-поздорову.
— Что ж, любезный, я последую вашему совету. Уж не знаю, что тут наговорили про меня бургомистру, но верю, что он во всем разберется.
— Думаю, вы поступаете наилучшим образом, — Сюртук вздохнул с облегчением.
Он проводил меня до выхода и сам отворил двери.
— Ах да, — вдруг вспомнил Серый Сюртук. — Я думаю, вам придется обождать до вечера. Бургомистр будет занят, сегодня утром из России прибыл граф Норд.
— Граф Норд? — я обернулся.
В это мгновение приоткрылась одна из внутренних дверей и в проеме я заметил белый фрак с ярко-зеленым воротником, ярко-красный жилет и ярко-желтые брюки! Старик-incroyables! А он-то что здесь делал?!
— Э-э-э, — промычал я и попытался войти обратно.