Нестор Хардли, опустив взгляд, выложил первую карту. Девятка червей. Потом постепенно выложил остальные. Десятка червей. Валет червей. Дама червей. Король червей. Пауза, во время которой все забыли, как дышать.
– Не может быть, – пробормотал Анатоль Хименес.
– Стрит-флеш, – опроверг его утверждение Нестор, выкладывая восьмёрку червей.
Банкир Штефан Хой пристально смотрел в лицо парня. Тот отвечал ему спокойным и твёрдым взглядом.
– Теперь я вспомнил тебя, – проговорил Хой. – И жалею, что не вспомнил в самом начале. Браво, парень! Твоя игра сегодня была чистым искусством.
Со всех сторон к Нестору понеслись поздравления.
– Это был даже не блеф, это контрблеф! – восхищённо смеялся ди Алмейда. – Ведь все были уверены, что у тебя на руках плохая карта и что ты пытаешься блефовать, притворяясь, что карта хорошая.
– Но ведь карта и вправду была хорошая, так что я никого не обманывал, – скромно улыбался Хардли, пока крупье сгребал его выигрыш на два подноса.
– Заходи в гости на досуге, – ласково промурлыкала Нестору Мэй Полонски. – По вечерам пятницы я устраиваю дома вечеринки, если в это время не выступаю.
Хименес увидел, как лицо его дочери выражает ревность. А потом лучится радостью, когда парень дарит ей выигранную брошь-орхидею. Анатоль понимал, что ничего больше не понимает. Пожалуй, ему требуется как следует отдохнуть от всего этого отдыха. Да, так он и сделает, придёт домой и выпьет бокал коньяка. Нет, лучше два.
ГЛАВА 9
Прикосновение длинной указки-кнута к плечу было всего лишь предупреждением от преподавательницы. Если при выполнении такого же движения в следующий раз не довернуть плечо, пожалеть свои связки, последует уже тычок кончиком этого кнута со слабым разрядом тока, и если после этого позволить телу запаниковать, смазать рисунок танца, после занятий тебя ждёт устройство, именуемое ученицами "дыбой". Нет, не ради наказания или пытки, конечно. Только для пользы, всё ради неё. Ведь потом твои связки легче будут тянуться, а суставы поворачиваться. Ну а боль первое время после дыбы можно будет и препаратами заглушить. Частично.
Сколько месяцев Делли уже тут? Она не помнила. Программа обучения и воспитания в школе танцев "Тропические птички" построена так, чтобы ученицы думали только о танце. Чтобы всё, что может возникнуть в их душах, сосредотачивалось и выражалось лишь в одном – в танце.
Тебе одиноко, ты в отчаянии, ты хочешь любви? Станцуй это. Ты желаешь общения, хочешь узнать, как живут другие вокруг тебя? Посмотри на их танец. Ведь ничего другого в мире не существует. Видишь, как та девушка искренне и красиво чувствует? Это потому, что она много работает над своим телом и движениями. А видишь, как другая фальшивит, её чувства примитивны и наиграны? Она не научилась хорошо танцевать, а значит, не стоит ничьего внимания. И, главное, ты ведь понимаешь, где чувствовать уместно, а где нет? Место для твоих чувств – сцена. А вне её, особенно во время занятий, ты не должна чувствовать ничего.
Поначалу директору школы-интерната Алиме Ковэнэй казалось, что Филадельфия Бенедин – классический случай того "материала", что попадает к ним, и под который разработана программа воспитания. Девочки, по сути проданные своими родителями, отказавшимися от родительских прав за деньги. Это без обиняков разъяснялось каждой поступившей к ним девочке сразу, и болезненный удар по их психике наносился вполне сознательно – так стирались в их душах прежние привязанности, образовывалось чистое поле для появления новых, нужных школе целей и смыслов.
Но Филадельфия при этом известии совсем не была шокирована, она лишь грустно опустила глаза, а потом подняла их на постеры, развешенные по стенам, и с любопытством стала разглядывать самые красивые изображения танцующих девушек.
– Хмм... – озадаченно прокашлялась Алима, не готовая к тому, что стадию ломки психики пришлось пропустить. – Как видишь, наши выпускницы могут танцевать чудесно. Но для этого нужно много трудиться.
– Я очень люблю танцевать, особенно в невесомости, – с радостью призналась новенькая. – И готова много тренироваться.
– Что ж, увидим. Наша школа даёт исключительные танцевальные шоу для публики. Каждая выпускница должна добиться того, что её будут характеризовать словами "прекрасная" и "восхитительная". Без этого она не покинет школу "Тропические птички", чтобы не наносить урон нашей репутации.