– Губы хотя бы побледней ему сделай, а то похож на накрашенного.
– Ну а какой же он? Накрашенный и есть.
– Почему у него один глаз синий, а второй карий?
– Потому что я пыталась выбрать какой-то один цвет. Пусть так остаётся.
Нестор тем временем разбирал кучу одежды для Вражины, которую притащил Камран.
– Йен, я всё понимаю – носки, рубашка, штаны... Но зачем ты ему трусы притащил? Думаешь, Вражине где-то доведётся снимать брюки?
– Так... чтобы не натёрло ему там нигде, – смущённо ответил Йен под хохот друзей.
Лысину Вражине пришлось прикрыть немодной кепкой с козырьком, хотя Радка сперва настаивала на панаме.
– Хочешь из него фрика сделать, чтобы его каждая собака облаивала? – вступились парни.
В конце концов настал тот вечер, когда, по мнению друзей, робот был готов показаться в обществе. Руководимый ИскИном и получивший задачу сопровождать Нестора, Вражина невозмутимо следовал рядом, не обращая внимание на посмеивающихся молодых людей. Встречные прохожие скорее обращали внимание на их веселье, чем на человека в кепке. Лишь в трамвае к нему стала присматриваться пожилая дама, вскоре отошедшая от греха подальше, с пониманием, что с этим пассажиром явно что-то не в порядке.
Большой спорткомплекс по вечерам иногда устраивал развлекательные акции, в том числе бои без правил. Друзьям вновь пришлось воспользоваться терминалом, который подтвердил их эмансипацию, право на посещение закрытых для юношества мероприятий.
– Как удобно мы всё-таки устроились, – отметил Йен, – пару раз за этот год выполнили задания представителя ди Алмейды, и проходим, куда хотим.
– Стойте, а это кто? – спросил вдруг мускулистый мужчина, проводивший "фейс-контроль" на входе. – Что за хрень?
– А, не обращайте внимания, – махнула рукой Радка, – ему, конечно, ещё мало лет, но ведь на кукол правила не распространяются.
Йен любовно снял с Вражины кепку, а потом надел обратно.
– Чтобы лысина не мёрзла, – пояснил он остолбеневшему мужчине.
– Вы что, придурки? – наконец, отмер тот. – Зачем вы из манекена робота сделали? Кепку на него надели...
– У него ещё и трусы есть! – гордо объявил Йен. – Чтобы не натёрло, ну, вы понимаете... Показать?
– Не надо! – отшатнулся мужчина. – Идите в зал, извращенцы, и если будете там мешать публике со своим роботом, я вас лично оттуда выкину!
– Ну вот, из-за твоих трусов, Йен, нас всех извращенцами обозвали, – покачал головой Нестор, прикусив губу, чтобы не рассмеяться.
Бои без правил разочаровали Нестора. Правила всё-таки были – не наносить сопернику серьёзного вреда. Под "серьёзностью" тут, видимо, понимался вообще любой вред. Как правило, массивные противники выходили на ринг и сравнительно легко толкали друг друга, теснили своими телами, захватывали руками и ногами и роняли на пружинящий пол.
– Балет какой-то, а не бой, – поморщился Нестор.
– А чего ты хочешь, парень? – флегматично спросил старичок, сидящий по-соседству с ним, – В нашей благословенной секции слишком сильно заботятся о здоровье граждан. Если хочешь больше экспрессии, сходи в другой зал, там проводят женские бои в грязи. Девчонки часто заводятся и лупят друг друга со всей силы. Тяжело потрепать друг друга им мешает скользкая грязь, ну и девчоночья слабость в сравнении с парнями.
Под громовой голос ведущего "Кто желает бросить вызов чемпиону Тору Бесшабашному? Есть тут такой смельчак?" друзья в неотвязном сопровождении Вражины покинули этот зал.
Борьба в грязи привлекала куда большее количество зрителей. Вход в зал располагался в верхней части трибун, и взору друзей открылась далеко внизу яма, в которой шевелилась и извивалась пара полностью заляпанных грязью тел. Зрители со всех сторон улюлюкали и подбадривали дерущихся, как-то различая их.
– За волосы её, Красотка, макни лицом вниз!
– Ангел, выкинь её из ямы!
Друзья подошли поближе и стали наблюдать за дракой.
– Тут ловкость нужней, чем сила, – справедливо заметил Йен.
Победившая в драке Красотка вскоре шагнула под включённый для неё водопад и вышла оттуда, оказавшись симпатичной девицей в красных спортивных шортах и лифчике.